"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
- Я не понимаю... - произнёс Максимилиан. Вся эта таинственность и то, как Лина уговаривала врача принять её, было непонятна ему.
- Максимилиан, он очень сильно рискует, принимая меня в своей больнице, и если кто узнает об этих деньгах, то его посадят.
- Что сделают?
- Казнят, полководец, его казнят, - устало произнесла Лина.
- Почему? - возмутился он.
- Потому что он согласился принять меня в обход всем правилам, и не заплатит налоги со своей прибили. Не отвлекайся, пожалуйста, я очень волнуюсь.
- Хорошо, что дальше?
- Тут написан номер телефона доктора, пусть он будет у тебя всё время, - Лина отдала визитку мужу и нервно вздохнула. У неё было плохое предчувствие, и нужно было всё подготовить заранее. Хотя может быть просто переволновалась, всё таки в подобной ситуации она оказалась впервые... Но лишняя предосторожность никогда не помешает. - Как позвонить ты знаешь.
- Да, малыш, всё в порядке, - поспешил заверить жену Максимилиан, смотря на её волнения. Она уже в десятый раз просматривала собранные вещи и переставляла сумки с места на место.
- Да, вроде бы всё в порядке... Обними меня, пожалуйста, - прошептала она, прижимаясь широкой мужской груди. Его сильные руки, нежно обнимающие её, всегда странным образом успокаивали, и всё проблемы уходили на задний план. - Я тебя люблю.
- Ты моё сокровище, - улыбнулся Максимилиан, гладя девушку по золотым кудряшкам. - Лина, ты говорила, что раньше у тебя были другие волосы...
- Да, хочешь посмотреть? У меня где-то фотография есть.
- Что?
- Сейчас покажу, - подскочила она и побежала в спальню искать прибранное фото, о котором никто не знал. Фотографироваться, а тем более хранить свои фото, было строжайше запрещено, так как от этого зависела жизнь. Но когда девушки только закончили обучение в лагере, они решили нарушить правило... первый и последний раз. И этот небольшой кусочек бумаги сейчас был единственным напоминанием о трёх единственных подругах в этом мире.
Лина коснулась пальцем матового изображения... как они были молоды... как тогда радовались, что тот ад, сроком в десять лет закончился. И казалось, что вся жизнь впереди. Они чувствовали себя сильными, непобедимыми.
Четыре девушки в форме цвета хаки в виде коротких шортиков и майки, едва прикрывавшей грудь. Марго, платиновая блондинка с самурайским мечом, которым она владела в совершенстве, за что подруги её в шутку называли Чёрной Мамбой. Инка, самая младшая из всех, с каштановыми курчавыми волосами и большими карими глазами, предпочитающая огнестрельное оружие, держала в руках банальный автомат Калашникова, Машка - озорная и смешливая девчонка и Лина с двумя ножами в руках... подруги...
- Лина? - услышала она голос мужа над собой. Он присел рядом и посмотрел на фотографию в руках девушки. - Ты здесь другая.
- Да... - ответила она и почувствовала, что плачет.
- Это твои подруги?
- Да, мы вместе учились, но их больше нет... Их убили на моих глазах. Первой Марго, - коснулась Лина пальцем изображения. - Маша и Инна, увидев её смерть, потеряли бдительность и были повержены практически одновременно.
Максимилиан обнял жену, и забрал у неё из рук фотографию смотря на четырёх молодых девушек. И ведь не скажешь, что они были воинами, просто молодые красивые девушки. И ему было очень интересно, какой была та жизнь, чем Лина занималась до появления в Греции... Он нежна гладил жену по спине, утешая её и понял, что она никогда не рассказывает о том что было. Слишком больно было вспоминать прошлую жизнь, и слишком жестоко спрашивать о ней.
Через два часа Лина стояла у зеркала и разглядывала свой наряд. Мягкие тёплые брюки, тёмно-серого цвета, красивая красная блузка и кашемировое пальто. Да, она очень соскучилась по подобной одежде, пусть и менее удобной, но определённо красивой.
Рядом стоял Максимилиан, но радости жены он не разделял. Ему было неудобно. Тонкие шерстяные брюки и чёрная рубашка сковывали его движения, и он недовольно дёргал плечами, всем своим видом показывая, что думает об этой одежде.
- Максимилиан, ну потерпи немного. Это очень хороший костюм, - улыбнулась Лина, протягивая мужу пальто.
- Я не понимаю... У меня была нормальная одежда.
- Ну Максим, сделай мне приятно. Ты очень красивый в этом наряде, и пошли уже, нам пора, - потянула она полководца за руку, и ему ничего не оставалось, как пойди за женой.
Лина вышла на улицу и осмотрелась. Дождь, с самого утра льющийся с неба мелкой изморосью, наконец-то прекратился, оставив после себя безобразные грязные лужи, а вот холодный ветер никуда не делся. И подняв повыше ворот пальто, она направилась прямиком к своим надсмотрщикам, сидевшими в неприметной чёрной иномарке на другой стороне дороги, чем неимоверно смутила их.
- Привет, - улыбнулась она им.
- Привет.
- Мы на мюзикл собрались, с нами пойдёте, или на улице посидите? - дружелюбно поинтересовалась она, переводя взгляд с одного мужчины на другого.
- Пойдём... - неуверенно потянул тот, что сидел за рулём, недоверчиво смотря на девушку.
- Поехали тогда, - сказала Лина и открыла заднюю дверь машины, предлагая мужу сесть.
Спустя два часа Лина, Максимилиан и двое надзирателей сидели в пятом ряду большого зала в ожидании начала представления.
- Тут красиво, - сухо сказал полководец, осматриваясь по сторонам. Довольно большое закрытое помещение, сплошь уставленное узкими креслами. Несколько этажей с балконами, богато украшенными золотыми орнаментами и огромное количество людей. Гогот стоял жуткий, все громко разговаривали, ходили, ища свои места, да и просто праздно шатающихся, нежелающих спокойно сидеть, было достаточно. Всё это отзывалось в груди странным беспокойством и тревогой. Конечно, Максимилиан не видел тут никакой агрессии или просто косого взгляда, все окружающие были милы и приветливо улыбались, и от этого становилось как-то не по себе.
- Да, очень миленько... Тебе удобно? - спросила Лина, смотря на мужа, узкое кресло ему было явно маловато.
- Лина, что за вопросы? - возмутился он, и девушка понимающе улыбнулась. Конечно, он грозный воин, гроза римлян, не пристало ему заботиться о комфорте. И Максимилиан, заметив улыбку на лице жены, недовольно отвернулся, демонстрируя окружающим холодную маску царя Греции.
Но заиграла музыка, занавес поднялся, оповещая о начале представления, и все разговоры вмиг прекратились, а взгляды устремились на сцену. Перед глазами зрителей появились артисты в ярких костюмах, начиная петь и танцевать, и с первых секунд представления стало понятно, что шоу обещает быть очень красочным и ярким. Максимилиан поражённо замер и открыл рот, а нежная ручка жены, вцепившаяся в его руку, говорила о том, что Лина разделяет чувства мужа.
Разумеется, эта постановка была очень необычна, как и всё в этом мире. Необычны декорации, необычны сами актёры, причём и мужчины и женщины, но кроме этого она была ещё и невероятно захватывающей. Актёры очень хорошо пели, и балетная часть была необычайно хороша, и полководец весь первый акт просидел не двигаясь, поражённо смотря на сцену.
- Это всё? - недоверчиво спросил он, когда занавес неожиданно опустился, и люди начали вставать со своих мест, рождая неприятный гул.
- Нет, представление состоит из двух частей. Сейчас перерыв, можно сходить попить или справит нужду, если кому надо. Мальчики, вы как? - обратилась Лина к мужчинам рядом и они неуверенно замялись. - Пошлите, я рядом постою, - улыбнулась она, видя их красноречивые взгляды. - И мужа моего с собой возьмите.
Потолкавшись немного в общем холле, они вернулись в зал. Конечно, Лина хотела походить побольше, размять затекшие ноги и спину, так как кресла были неудобными, но Максимилиан так смотрел на свою жену, что она была вынуждена повиноваться. Да, тут действительно было очень многолюдно, все громко разговаривали, иногда толкались, нечаянно, разумеется, но всё равно это очень злило древнегреческого царя.