"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
- Да я. А что, я разве не прав? - с вызовом спросил молодой мужчина. Ничем не примечательный. Среднего роста, среднего телосложения, короткие чёрные волосы, и очень наглые глаза.
Ничего не говоря, Лина подошла к нему и наотмашь, со всей силой ударила мужчину кулакам по лицу так, что его скула вмиг распухла.
- Не смей так говорить! - заорала она на него. - Ты и половины не знаешь! Это ты думаешь сегодняшним днём, как поесть и как поспать, а Максимилиан думает на десятилетия вперёд. Ты всего лишь единожды испытал то, чем он живёт уже больше двадцати лет, и смеешь судить его? А всё, что он делает, он делает ради тебя, чтобы у тебя был кусок хлеба на столе! А ты неблагодарная скотина! - всё больше и больше распылялась Лина, и сама не заметила, как в её руке оказался кинжал. И она довольно опасно размахивала им.
- Лина, успокойтесь, - услышала она рядом с собой.
Пару раз моргнув, сбрасывая с себя наваждение, Лина повернула голову.
- Добрый день Тирей, - чуть откашлявшись, поздоровалась она с оружейником. - Вы правы, я переволновалась. Но этот... мужчина не понимает о чём говорит.
- Конечно, не понимает, мало, кто может осознать, насколько тяжела ноша царя. Со стороны всё кажется очень легко.
- Ага, легко... - Лина недовольно отвернулась, всем своим видом показывая, что думает об этом. - Я его заменяю всего четыре месяца, а уже не помню, когда последний раз спала больше четырёх часов или обедала вовремя. Как Максимилиан ещё жив от такой жизни?
Все вокруг открыли рты от изумления, и Лина возмущённо посмотрела на горожан. Они все действительно думали, что жизнь царя сплошной праздник?
- Идите, дорогие мои, идите... Чего столпились? - замахала она руками, разгоняя горожан. Люди робко кланяясь, начали расходиться. А Тирей остался стоять на месте и широко улыбался. Небольшого роста крепкий мужчина средних лет с длинным носом и светлыми волосами ниже плеч, Лина его очень уважала, и не только потому, что он был лучшим оружейником в Греции.
- Лина, вы потрясающая женщина, вам об этом говорили?
- Ой, Тирей, и не раз, - улыбнулась она. - Вы мне лучше скажите, знаете ли вы Антипа, он пекарь.
- Антипа? Знаю, конечно, у него здесь самая большая лавка. А зачем он вам?
- В гости хочу зайти. Проводите меня?
- Конечно, - довольно усмехнулся Тирей этой странной просьбе и махнул рукой, предлагая идти за ним.
Через пять минут Лина уже заходила в лавку пекаря.
Уже знакомый девушке мужчина, стоящий у больших лотков с хлебом и лепёшками поднял глаза и замер на месте. И только широкая улыбка, расползающаяся на его лице, говорила, что он очень рад неожиданной гостье.
- Добрый день Антип, я вам не помешаю?
- Ой, Лина, ну вы скажете тоже! - возмутился Тирей и негодующе покачал головой. - Как вы можете помешать?
Антип, молча, соглашался с оружейником, и боялся даже слово сказать, подумывая, опуститься ли ему на колени перед женой царя, или уже не надо.
- Ой, совсем забыла, - воскликнула Лина. - Я же так и не вернула вам лошадь.
- Ничего страшного, - поспешил заверить девушку пекарь.
- Как это ничего страшного? Солдат, отдай этому господину свою лошадь, - приказала она охраннику, стоявшему за спиной. - Вам подойдёт та, что стоит на улице?
- Э... Но у меня была старая кобыла, а это породистый военный конь.
- Ну давайте я вам другую куплю, если этот не нравится, - обиделась Лина и надула губы, показывая мужчинам своё недовольство. На что Тирей тихо засмеялся.
- Лина, как вы себе это представляете? На военном обученном скакуне телегу возить?
- Но я не знаю где та лошадь... И потом какая разница? Лошадь она и есть лошадь... Не нравится эта, продайте и купите ту, что нужна вам, - закончила она и скрестила руки на груди. - Чего? - возмущённо воскликнула Лина, глядя на улыбающихся мужчин.
- Антип, а как у неё твоя кобыла оказалась? - спросил Тирей у пекаря.
- Ну, там долгая история, - ответил он, замечая красноречивый взгляд девушки. Она всем своим видом показывала, что не желает это обсуждать.
- Вообще-то я с другой целью пришла, - сказала она и улыбнулась, видя заинтересованные взгляды. - Ваш сын...
Мужчина заметно напрягся.
- Тирсей? - осторожно спросил он.
- Тот, что во Фракии, я не знаю как его зовут. Ой, не переживайте, - поспешила добавить Лина, заметив, как побелел Антип. - Я всего лишь хотела сказать, что он жив и скоро вернётся.
- Я так понимаю, нам не стоит спрашивать, откуда вы узнали об этом? - тихо спросил Тирей.
- Вы совершенно правы, - Лина обворожительно улыбнулась оружейнику. - Кстати, у меня закончились сюрикены, Тирей, сделаете мне несколько штук?
- Конечно, для вас, всё что угодно, госпожа. Только до меня дошли слухи, что вы делаете ножи у другого оружейника, - сказал он и попытался сделать обиженное лицо, но получалось плохо. Широкая улыбка всё портила.
- Ну он не оружейник совсем, - засмеялась Лина, понимая, о чём говорит Тирей. Отец Юлиана был прекрасным кузнецом, но оружия делал мало, и она однажды увидела у него нож, маленький и, в общем-то, ничем непримечательный, но он почему-то понравился ей. И теперь она постоянно просила сделать ещё, так как постоянно теряла их.
- Кириан кузнец, и те ножи даже оружием назвать нельзя, и к тому же они всё время куда-то деваются. Так что можете быть уверенны, что я вам верна. Ой, Антип, я наверно всех клиентов распугиваю, - Лина вдруг вспомнила, что вообще-то находится в лавке пекаря, и ему нужно работать.
- Нет, нет, что вы! - испуганно воскликнул мужчина, как будто отходя ото сна. Он засмотрелся на жену царя, разговаривавшую с оружейником, словно со старым другом, да и то, как он ей отвечал, шокировало его. - Госпожа, если можно, у меня есть небольшая просьба... Я хотел прийти к вам в начале недели как полагается...
- Говорите, что вы хотели.
- Мой младший сын, Тирсей... Он хочет пройти обучение в Спарте, в новом лагере, о котором все говорят, но он не подходит по возрасту. Как я знаю принимают с семи лет.
- Да, но будут ещё лагеря для юношей постарше, - ответила Лина. - Но, Антип, я вам советую очень хорошо подумать, прежде чем отдавать сына в этот лагерь. Конечно, если вы решите, я найду для него место, но подумайте, нужно ли вам это.
- Я не понимаю... почему? - нахмурился мужчина и недоверчиво взглянул на девушку. Она говорила так, как будто эта служба была чем-то недостойным.
- Антип, в этих лагерях солдаты проходят очень жестокое обучение, не жёсткое, а именно жестокое. Они делают из человека оружие. У этих людей больше никогда не будет нормальной жизни, и нет никакой гарантии, что он вернётся оттуда живым и невредимым. Это очень серьёзная проверка на прочность.
- Но вы ведь прошли эту проверку, - очень тихо сказал пекарь, и Лина открыла рот, услышав эти слова.
- Откуда информация?
- Лина, об этом все знают, - Тирей ответил за Антипа и то, как изменилось лицо девушки, ему совсем не понравилось. Взгляд стал холодным, а губы сжались в тонкую полоску и начали чуть подрагивать. - Простите, я думал, что вы знали.
- И что ещё говорят обо мне? - очень тихо спросила она.
- Ну много чего, но не всему же нужно верить.
- Так, ладно, я сама узнаю потом. На самом деле мне уже пора, столько дел... Антип, подумайте, если вы решитесь на это, то приходите в любое время, - сухо сказала Лина и вышла на улицу, закрыв за собой дверь. - Я приказала оставить лошадь, что не понятно солдат? Пешком прогуляешься, ничего страшного, - услышали мужчины через секунду.
- Удивительная женщина, - ухмыльнулся Тирей, смотря на дверь, за которой скрылась Лина. - Как ты с ней познакомился?
- Она ходила по Агоре, когда сжигали мёртвых. А потом я увидел её на ступенях храма Афины... О боги, она так плакала, я словно чувствовал её боль, боль за каждого убитого в этом сражении.