"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
- Нам нужно продержаться некоторое время, - прочистив горло, ответил генерал и, забрав плащ из её рук, отдал солдату. - А зачем ты слезла с лошади? - вдруг спросил он, замечая, что девушка не собирается сражаться верхом. Она быстро вытащила из-за спины странные ножи с удлинённым лезвием и встала чуть в стороне от выстроившихся солдат, прямо на границе лагеря, уже готовая к бою.
- Я предпочитаю сражаться на ногах. Ко мне близко не подходить, убью ненароком. И Арон, на это сражение я в вашем подчинении, командуйте.
Генерал открыл рот, не зная, что сказать на это. Но мысли его прервал появившейся из-за холма довольно большой отряд Ификла. По всей видимости, он тоже решил добраться сюда как можно скорее, а основная армия идёт следом. Вот только в его подчинении больше конных и колесниц.
"Отлично" - думал он, осматривая их.
Но радоваться было рано, персидская армия была уже близко. Они явно не ожидали встретить тут кого-либо, но увидев размеры встречающей их армии, прибавили ходу, желая поскорее разделаться с ними. А Ификл, быстро оценив обстановку, уже на ходу принялся строить колесницы в боевой порядок и, увидев сигнал Арона, отправил их в бой.
Лина нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Она была намерена оставаться в лагере, как приказал Максимилиан, но судя по выдвинувшимся солдатам, сражение обещает сместиться вперёд, а это было скверным.
- Опять буду стоять в стороне и смотреть, как дура, - бубнила она себе под нос. Но всё равно, была намерена оставаться в лагере. Полководец и без того будет в гневе, а так у неё будет хоть какое-то оправдание...
Персидская армия даже не удосужилась толком построиться. Разумеется, они видели, что македонцев было мало, и их преимущество было очевидным, вот и полезли как орава неотёсанных мужиков. Но Арон и Ификл достойно встретили сильный натиск противника. Они быстро поделили поле боя между собой и организованно, стараясь не растягивать линю фронта, сражались с врагом. Но македонская и персидская армии очень быстро смешались, и отличить врага можно было лишь по ярким одеждам.
- Эй! Генерал! - крикнула Лина на персидском языке, увидев недалеко от себя персидского главнокомандующего, и улыбнулась, когда увидела, что он повернулся в её сторону.
- Не смей называть меня плебейскими титулами, - зарычал перс, разворачивая коня к наглой женщине. - Я хазарапатиш!
- Ой, да мне всё одно, патиш ты там, или не патиш, - пренебрежительно махнула рукой она и подняла глаза на подъехавшего мужчину. - Ну ты так и будешь на лошади сидеть? Или уважишь жену Максимилиана и примешь бой как настоящий мужчина?
Перс гневно зарычал, спрыгивая со своего скакуна, и тут же бросился в атаку, желая убить ту, из-за которой их империя лишилась царя.
Лина сама себе усмехнулась. Из первых же секунд боя стало ясно, что этот вояка даже рядом не стоял со своим правителем. И через мгновение ей в голову пришла безумная идея. "А почему бы и нет?" - подумала она, и резко увернувшись от очередного удара, оказалась за спиной, резко схватила его за волосы и приставила клинок к горлу. Перс замер.
- Неужели ты думал, что лучше Ордана? - тихо спросила она и вдруг оглушительно закричала на персидском языке - Всем стоять! Прекратить сражение!
Все, как один повернули голову в её сторону. Лина усмехнулась. Конечно, требовать сложить оружие, иначе их генерал, точнее хазарапатиш, умрёт - глупо. Там ещё достаточно главнокомандующих... Но её задумка была в другом. Пока преимущество персидской армии было слишком очевидно, а нужно было потянуть время...
Лина помедлила секунду, замахнулась и вогнала кинжал в сердце своего пленника. Предсмертный крик перса разнёсся по полю боя. Все ошарашено смотрели на женщину, брезгливо отбросившую от себя уже мёртвого мужчину.
- О боги, она ненормальная, - тихо произнёс Ификл, и с ним согласились многие.
- Кто ещё хочет умереть от моей руки? - громко спросила Лина.
И в ту же секунду персы бросились в сторону македонского лагеря, где стояла дерзкая женщина, совсем забыв о том, что кроме неё на поле боя есть другие противники. Конечно, не все устремились к ней, а лишь те, кто услышали её слова, но и этих было достаточно.
Лина довольно улыбнулась. Главное теперь, чтобы македонцы умело воспользовались ситуацией. Последний раз вздохнув, она встала в боевую стойку, готовая к встрече с противником.
Арон от изумления открыл рот, смотря, как Лина просто стояла и ждала, когда к ней приблизятся враги. "Валерий нас всех убьёт..." Но как только первый перс приблизился к ней, она словно ожила, превратившись смертоносный смерч, в котором разглядеть что-либо, было невозможно. Её движения были молниеносны, точны и удивительно красивы.
"Интересно, а почему Максимилиан не разрешает ей выходить на поле боя? Одна эта женщина стоит тысячи солдат..." Хотя ответ на этот вопрос был известен. Да, Лина сильным и жестоким воином, но она так же была и женой царя, и как говорят, полководец в ней души не чаял. Да... смотря на то безумство, что творилось вокруг неё, он начал понимать тех, кто боготворил эту женщину, также как и Максимилиана, и поверил в то, что она убила персидского царя.
Лина полностью отдалась своим инстинктам, понимая, что в той каше, что была вокруг доверять глазам и ушам - значит умереть. Нет. Её руки сами знали, что нужно было делать, а тело жило своей жизнью. И в груди было лишь одно чувство - месть. Никогда Лина не испытывала подобного, никогда не задумывалась о том, что бы отомстить, и даже вернувшись из персидского плена, не было никаких чувств, кроме радости от встречи с мужем.
А сейчас... сейчас она вспомнила всё. Каждый удар хлыстом, пробивающий до самого сердца, каждый удар персидского царя... Лине вдруг стало ужасно жаль те золотые кудряшки, отрезанные Орданом, и те слова, что он произнёс, казались обидными. И вспомнила она, как персидский генерал проник к ним в спальню с мужем, желая убить его во сне. Вся ненависть, вся боль вдруг вырвались наружу.
Удар, ещё удар. Она даже не смотрела, кого разил её кинжал. Враги все, кто был рядом. Чужие клинки глухо сталкивались с её оружием, и, смешиваясь с предсмертными криками, отзывались эхом в голове.
Опять удар и опять кровь, много крови. Главное не останавливаться и уходить от тех, кто сзади. Противники хоть и слабы, но их много... очень много.
- Шшш... тихо малыш, всё хорошо, - вдруг услышала Лина через черноту, и поняла, что уже не сражается. За спиной широкая мужская грудь и знакомое дыхание.
- Максим? - осипшим голосом спросила она.
- Я милая, - ответил Максимилиан, но продолжал прижимать жену к себе, не до конца уверенный, что она пришла в себя.
Когда сражение уже близилось к концу, пришло известие, что к лагерю подошла не большая персидская армия, то самое подкрепление, о котором им было известно, но вот только ждали они его совсем с другой стороны. Но возмутило Максимилиана не это, а то, что Валерий знал о нападении с самого начала, вот только почему-то умолчал об этом.
Почему македонец это сделал, полководец решил выяснить потом, и едва узнал о происшествии, понёсся к лагерю. Но увидел он там совсем не то, что рассчитывал. Нет, конечно, сражение было, это факт. Уже угасающее и окинув взором поле боя, можно было увидеть лишь несколько пока ещё пылающих очагов, но в целом всё уже закончилось. Но кроме этого, словно ураган, по полю боя носилась Лина, и убивала всех на своём пути, а македонские солдаты шарахались от неё, как от огня.
Максимилиан тут же направился к ней.
- Осторожней, - вдруг услышал он за спиной. Обернулся и увидел генерала Валерия.
- Ты думаешь, я не смогу справиться со своей женой? - произнёс полководец таким тоном, что мог бы заморозить море. Тот поспешил отойти от разгневанного царя. Действительно, кто он такой, чтобы говорить ему подобное?