"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Максимилиан наконец-то скомандовал привал, и солдаты тут же побежали обустраивать лагерь на ночлег. Лина довольно улыбнулась, сидеть на лошади уже не было сил, и очень хотелось размять ноги.
- Ты как? Выглядишь неважно... - полководец подхватил жену за талию и нежно снял с лошади. Такая забота её всегда умиляла, обычно такой холодный и строгий, и всегда волнуется о ней.
- Я в порядке, только в реку окунусь и готова опять в путь.
- Нет, здесь купаться небезопасно, - строго сказал он, и Лине захотелось его пнуть ногой, что значит небезопасно? Она последние три часа грезила об этой прохладной водичке.
- Может тогда пошли туда, где безопасно?
- Тут нигде не безопасно.
- И почему же? - спросила она, уже начиная выходить из себя, но всё равно продолжала говорить вежливо и даже улыбалась.
- Лина, дорогая, тут много опасных хищников, ты же не хочешь лишиться своей прелестной ножки? - ответил он и притянул её к себе, гладя по ноге, которую могли бы откусить.
- Ну а можно мне хотя бы принести воды, чтобы умыться? - уже капризно спросила она и скривила губы, показывая своё отношение к этой неприятной ситуации.
- Это можно.
Через час лагерь уже был обустроен, ужин готовился, а Лина пыталась умыться и смыть с тела дорожную пыль, довольствуясь лишь корытом воды, и недовольно ворчала себе под нос разные ругательства. А ещё через полчаса она, наконец, была сытой, и относительно чистой и свежей. Переоделась в длинное белое платье и легла на кровать, закрыв глаза.
На следующий день
Боль пронизывала каждую клеточку, отзываясь звоном во всём теле, и каждый вздох давался с невероятным усилием, а глаза отказывались открываться. Лина попыталась пошевелить рукой, но она не слушалась её. Думать было тяжело, практически невозможно, и откинув бесполезные чувства и боль, она сосредоточилась на своих ощущениях пространства.
Тело явно в вертикальном положении, руки подняты наверх. Ага... Я вешу на этих руках, по этому их и не чувствую, они онемели. Просто замечательно.
"Хозяйка, похоже, мы опять куда-то вляпались" - кричало подсознание, и Лина была с ним полностью согласна. Через силу всё-таки разлепила веки и поняла, что была права, - она подвешена к потолку, а ноги едва касались пола. Не самое лучшее положение, но просканировав своё состояние организма, поняла, что кроме онемевших рук повреждений существенных не было, только ушибы. Уже хорошо.
Немного придя в себя, осмотрелась и обнаружила себя в странном помещении, не каменном... доски? И всё качается. Корабль, в этом не было сомнения. Этого ещё не хватало, её похитили и куда-то везут. Рядом никого не было, и только где-то недалеко слышались звуки моря.
Комнатка была совсем небольшой, с двумя лежаками по углам, и очень похожа на ту, на военном корабле Агатона, в которой она и Максимилианом спали, когда плыли в Византий. Эта мысль пошла холодной волной, отрезвляя - Максимилиан!
- Афина, - тихо позвала Лина богиню. - Афина. Я знаю, ты меня слышишь, передай Максимилиану, что я в порядке, пожалуйста.
У неё сердце разрывалось от мысли, как там сейчас её муж, он наверно был в бешенстве. Искал, волновался... И Лине никогда в жизни не хотелось так плакать и кричать, как сейчас, но она не могла себе этого позволить и терпела изо всех сил. В такой ситуации расслабиться, значит умереть.
- Афина, Арес, пожалуйста, мне не нужно помогать, помогите Максимилиану, сказала она, и перед ней вспыхнул белый свет, в котором появилась Афина в белом струящемся платье с пронзительно зелёными глазами и, как всегда, божественно прекрасна.
Она виновато скривила губы и жалостливо посмотрела на девушку перед собой.
"Ненавижу этот её взгляд", - гневно подумала Лина.
- Дорогая, прости, но это было необходимо. Твоё задание убить персидского царя, - прямо так сразу, без предисловий, сказала она.
"Ну, конечно же, не просто так же меня похитили и посадили на корабль. Осталось выяснить детали".
- Меня везут к нему?
- Да.
- Хорошо. Афина, как там Максимилиан? - спросила Лина. У неё стоял липкий слезливый ком в горле, и она не могла нормально говорить. Такое сильное беспокойство о муже было слишком болезненно и непривычно для неё, а как только что выяснилось, она на задании, которое нужно не просто выполнить, но и не умереть, по возможности.
- Он переживает, - уклончиво ответила она.
- Афина, умоляю, передай ему, что со мной всё в порядке, и я скоро вернусь.
Богиня смотрела на девушку недовольным взглядом, она явно не желала этого делать.
- Я не смогу сосредоточиться, постоянно думая о нём.
- Хорошо, я передам ему твоё послание. Да, кстати, ты владеешь персидским языком, - сказала Афина и исчезла.
Лина закрыла глаза, изо всех сил сдерживая слёзы и пытаясь сосредоточиться.
"Нет, я не могу сейчас позволить себе переживать за мужа, сейчас мне нужны холодная голова и трезвый рассудок. Нужны, как никогда", - говорила она сама себе.
Несколько раз глубоко вздохнув, Лина принялась выкидывать из головы ненужную боль и бесполезные мысли. Что имеем? Персидский корабль и задание убить персидского царя. Не густо... Но вдруг дверь открылась, и в комнату, где заточили пойманную девушку, вошли два солдата персидской армии. Это были явно они, так как ни греки, ни римляне не носили столь откровенно малиновые туники, да ещё и со штанами. Но ни яркий цвет, ни наличие украшений на их одежде не испортили их грозного вида.
Сделав два шага, они остановились и начали внимательно изучать висящую на цепях пленницу, не подходя близко, и как будто что-то ожидая. Их предупредили, что эту женщину не стоит недооценивать, и держать следует только связанной и никак иначе. А с виду так и не скажешь, такая маленькая и хрупкая. Хотя пришла в себя она довольно быстро, и сейчас смотрела на мужчин перед собой, с таким же интересом, как и они на неё.
- Добрый день, мальчики, - улыбнулась она солдатам.
Но они дружелюбного настроя своей пленницы не разделили. Ничего не говоря, один из них подошёл к девушке и со всей своей немалой силой ударил её по лицу. Лина поморщилась от боли, а ещё больше от возмущения. Она ненавидела, когда её били по лицу, это казалось таким грязным, и к тому же было не очень хорошим началом.
- Будешь говорить, когда тебе позволят!
Фу, как банально, даже не интересно. Но Лине, чертовски сильно хотелось спуститься на ноги и растереть онемевшие руки. И, осмотрев своих тюремщиков, она решила попробовать по-другому.
- Достопочтенные воины, вы меня поймали и я ваша, бежать мне некуда, отпустите меня, пожалуйста, на ноги и я буду более разговорчива, договорились? - произнесла Лина беззащитно улыбаясь, и постаралась сделать честные при честные глаза.
- Откуда ты знаешь персидский? - спросил второй здоровяк.
Его очень интересовало, почему жена греческого царя говорит на их языке так, как будто родилась и выросла в Персидской империи. Об этом их не предупреждали, и это очень смущало. Может быть, они ошиблись и взяли не ту? Хотя в лагере она была единственной женщиной, и перепутать было невозможно.
- Отпустишь меня, и я всё тебе расскажу.
Он сузил глаза, прикидывая, как поступить, отпускать было опасно.
- Можете связать, - заявила она и улыбнулась.
- Сними её и свяжи.
Тот первый, который ударил Лину, потянулся за ключами и открыл замки на цепях. И девушка тут же рухнула на пол не чувствуя ни рук ни ног.
- Теперь отвечай, откуда у тебя такое владение персидским языком, ты не гречанка? - спросил первый, пока второй связывал онемевшие ноги и руки девушки. Довольно плохо связывал, кстати. Лина скептически смотрела на не слишком тугие узлы, державшие её, но решила пока не развязываться.