"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Не знаешь случайно, кто такой товарищ Степинский? Это очень важно. Скорее всего, фамилия не настоящая. Что-то типа прозвища, но такого… как сказать…
— Это партийная кличка Менжинского. Если не ошибаюсь. — Ответил Марк.
Он не стал дожидаться, пока я договорю до конца. Все-таки неподалёку, в опасной близости от нашего учебного стола, коршуном раскрылилась над Подкидышем Эмма Самуиловна.
  
— А что?
— Да так…
Повторил я и снова пожал плечами, пытаясь сообразить, кто такой этот Менжинский. Не знаю никакого Менжинского. Ну, что за херня-то…
— А Юзеф и Сыщик?
— Вот ты даёшь… — Бернес мрачно пялился на меня. Мои вопросы его явно тревожили. — Дзержинский и Берия. Откуда у тебя любопытство к этим людям? Дзержинского сменил Менжинский на посту руководителя ОГПУ. До этого Менжинский плотно с контрразведкой работал. Берия… Ну, всем известно, кто это. Зачем тебе-то они? Знаешь, не самые лучшие интересы, если что.
— Ага… А… Завещание? Что знаешь про завещание? И этот… — Я, проигнорировав вопрос Марка, напряг память. — Съезд в мае 1924 года…
— Ты совсем того? — Бернес покрутил пальцем у виска, не замечая, что непроизвольно начал говорить слишком громко. — Не спрашивай об этом вообще никого! Жить надоело?
Естественно, Эмма Самуиловна услышала значительно усилившийся голос Бернеса. Впрочем, подозреваю, его жест она тоже заметила. Старуха замолчала, а потом медленно повернулась к нашему с Марком столу.
— Реутов и Либерман… — Эмма Самуиловна отвлеклась от Подкидыша, который аж лицом посветлел от такого счастья. — Я не пойму, молодые люди, что может быть важнее творчества одного из величайших писателей современности…
Я вылупился на Эмму Самуиловну максимально преданным взглядом. Впрочем, Бернес тоже. Главное — демонстрировать чувство вины и глубокого почитания ко всем писателям разом. Тогда она быстро успокоится.
— Нам надо поговорить… — Прошептал Марк, едва Эмма Самуиловна, закончив отповедь, отошла от нашего стола. А потом добавил весомо. — Срочно.
Я покосился на него, но отвечать не стал. Хотя… Мне реально надо с кем-то поговорить. Вопрос в другом… Бернес может быть крысой, которая стучит чекистам. А может и не быть… В общем, я решил, надо попробовать. Осторожно. И заодно, возможно, смогу понять, что же именно с Марком. Свой ли он пацан или так, змея подколодная.
  
Глава 10
 
Я делаю выводы
 
— Итак…Сегодня мы приступим непосредственно к изучению приемов, предназначенных для защиты ваших жизней.
Мне показалось, Молодечный хотел сказать «никчёмных жизней», но в последнюю минуту сдержал свой порыв. Просто конкретно на этом слове он немного споткнулся.
Видимо, мы постепенно начали выходить с уровня «бездарных лоботрясов» на уровень кого-то более-менее соответствующего представлению чекиста о будущих разведчиках.
Впрочем, если сказать честно, я, к примеру, среди большинства слушателей школы не то, чтоб резидентов не видел, я бы их близко к такой работе не подпустил. Того же Цыганкова. Гнида он самая настоящая. Или, как ни странно, Леньку Старшо́го. Слишком прямолинейный, слишком дубоголовый. В его случае поговорка «простота — хуже воровства» подходит идеально. Человек-то Ленька неплохой, а вот агент разведки из него выйдет хреновый. Долго не протянет.
— Ого! Вот здорово… — Восторженно отозвался один из получекистов громким шёпотом. — Наконец-то…
Подозреваю, это был Крепыш. На него похоже. Я просто не видел всех своих товарищей, потому как Кривоносый выстроил нас в рядок, дабы держать в поле зрения каждого.
— Главное, что вам нужно запомнить и понять. Вернее, наоборот, сначала понять, усвоить до печенки, а потом запомнить. Значит, слушаем очень внимательно. В самообороне без оружия, которой вам выпала честь заниматься под моим чутким руководством…
Молодечный усмехнулся и окинул всех присутствующих выразительным взглядом. Его взгляд очень красноречиво говорил о том, что лично ему совершенно не кажется, будто мы этой чести достойны, но раз уж более подходящих кандидатов нет, то так и быть…
— Имейте в виду, здесь первоочередной задачей является способность бойца максимально эффективно и быстро лишить противника возможности к сопротивлению. К сопротивлению! Враг должен быть обездвижен, обезоружен, но способен говорить. Всем ясно? Если ситуация не требует другого, само собой. В этом смысл и суть. Потому, я вас, как кутят, учил практически две недели правильно падать и группироваться. Бывают ситуации, в которых прежде, чем справиться с противником, необходимо позволить ему думать, будто вы уже стали для него не опасны. Будто он уже вывел вас из строя. Это понятно? Ну, и, само собой, если нападение произошло внезапно, а оно всегда происходит внезапно, никто не предупреждает, что собирается вас убивать, вы должны уметь не только нанести удар, но и принять его без вреда для здоровья.
Молодечный перестал улыбаться, а затем, нахмурившись, в очередной раз обвел наш строй суровым взглядом. Наверное, чтоб мы прониклись его словами. Мог бы не напрягаться, честно говоря. Получекисты все трое, как один, замерли, вытянувшись по струнке. У них были такие лица, словно им сейчас позволят прикоснуться к чему-то очень важному. Прямо вселенского откровения ждали пацаны. В принципе, если учесть, что самбо появилось недавно, может, для них оно и видится чем-то таинственно-загадочным. Хрен их разберет.
Строй уже привычно был малочисленным, в составе пяти человек. Никого нового к нам не добавилось.
Я, Бернес, Никита, который все так же напоминал мне своим изможденным видом героя романа «Дети подземелья», Владлен с неприметной внешностью и Володя Крепыш, который теперь делит со мной комнату. Более точно, наверное, говорить, что это я с ним делю, меня же подселили к получекистам, но первый вариант звучит приятнее.
После заявления Молодечного, будто сегодня мы приступим непосредственно к изучению приемов боевого самбо, которое предполагает уже активные действия с нашей стороны, парни заметно оживились. Эта новость привела их в восторг. Полудохлый Никита даже немного порозовел лицом от приступа вдохновения.
А вот Молодечный, судя по его максимально недовольному взгляду, видимо, ещё не был уверен, что нам уже пора заниматься «по-взрослому». Хотя, с другой стороны, и ежу понятно, бесконечно кувыркаться на полу спортзала мы тоже не можем.
Умение падать — дело хорошее, но вряд ли противник выйдет из строя или сдастся, если я в момент стычки рухну на землю и начну кататься вокруг него. Если только от смеха помрет, глядя на мои акробатические этюды. Поэтому, хочет или не хочет того Молодечный, а переходить к полноценным урокам давно пора уже.
На самом деле, не так много времени у Кривоносого, чтоб сделать из нас серьезных бойцов. Год — это очень мало. Лично по моему мнению. И по прошлому опыту. Когда начинал заниматься чем-то новым, уходило значительно больше года на вразумительный итог. Хотя, с другой стороны, нас ведь не для участия в Олимпийских играх готовят.
— Короте́нькая справка. Для вашего понимания. Данный вид борьбы, которым мы с вами занимаемся, ввели в использование не так давно. Он, можно сказать, новый. С другой стороны, он включает самое лучшее из всех ныне существующих направлений. Некоторые из вас в курсе, что сделано это, для подготовки офицеров НКВД и военнослужащих внутренних войск. Думаю, объяснять не нужно, зачем да почему. Однако вам…
Молодечный посмотрел сначала на меня, потом на Бернеса. Прямо выделил наши персоны. Типа остальные уже служат в НКВД, а нас двоих чисто случайно попутным ветром занесло. Кстати, я давно заметил, Кривоносому замечательно удается передавать свои мысли вот такими взглядами. Ему, наверное, потому и говорить много не хочется. Он иной раз такую рожу состроит, что в этой гримассе сразу читается текст листов на десять. Причем, весь текст матерный.
  
— Вам, учитывая специфику будущей деятельности, подобные умения необходимы. — Продолжил, наконец, старший сержант госбезопасности. — Вы должны понимать, я научу вас возможность противодействовать врагу без применения оружия. Но! В любых других случаях, в которых перед вами не стоит конкретная задача уберечь свою жизнь, жизнь товарища, добыть информацию или уничтожить врага, пользоваться этим вы не имеете права. Ясно?