"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

И опять вся работа оказывается сброшена на него. Он что, похож на человека, который может набрать толковых рекрутов? Тем более когда насолил практически каждому в этом месте. Будет непросто убедить кого-то из них стать частью экипажа. Джеффри хочется возразить, однако капитан уже резво вышагивает к стойке. Хоть бы сказала, сколько она намеревается платить.
Джеффри чешет вспотевшую шею. Он лавирует меж людей, выискивая подходящих. Вот этот в прошлый раз выбросил его за дверь вперед головой. Вон тот здоровяк с шрамами на груди вообще обещал убить за проведенную ночь с его женой. А девушку с ножом он и вовсе бросил. Лучше не попадаться ей на глаза, не хочется ворошить прошлое.
  
Спустя добрый час «переговоров» Корморэнт подходит к Моргане с двумя дюжинами моряков. Некоторые выглядят так плохо, что можно подумать, что при первом же столкновении с серьезными врагами они либо сдадутся, либо передохнут.
– Вот… все, кого нашел, капитан.
Заслышав, что капитаном будет женщина, часть мужиков разворачивается и уходит. На что О’Райли раздраженно рычит. Могла бы и сама заняться этим вопросом, а не выказывать свое недовольство. Джеффри откидывает от лица волосы, пока Моргана творит то, чего пират от нее никак не ожидал. Она берет в руки откупоренную бутылку, похлопывает багрового от выпивки мужика у стойки по плечу и забирается на свободный стол, чтобы во всеуслышание объявить страшные слова:
– Внимание, господа, дамы и просто отребье из сточной канавы.
Голос у Морганы громкий, и даже уходит хрипотца человека, не знающего меры в алкоголе. Джеффри щурится, ожидая, что вот-вот в нее полетят бутылки от возмущенной обращением публики.
– Всем выпивка за счет… Морганы О’Райли. В этот день ровно десять лет назад я убила Бентлея Кеннета. Так давайте же выпьем за то, что нам не докучает этот английский ублюдок. Ну же!
Ничто так не объединяет настроенных друг против друга людей, как один общий враг и, зачастую, его смерть. Капитан демонстративно делает глоток из бутылки, пока челюсть Джеффри отвисла до пола. Всего какое-то жалкое время назад она чуть ли не скорбела, а теперь совершает противоречивый поступок.
Но половина людей тут же поднимает кружки. Джеффри уверен, большинство даже не знают, кто такой Кеннет. Им лишь бы выпить за чужой счет, но Моргана действительно спасла многие жизни от страшной участи на виселице. Свободный народ кричит «пусть горит в аду», «туда и дорога», «к черту английских псов». Последнее скандируют особенно явно и громко.
Хозяин заведения только и успевает доставать все новые и новые бутылки и кружки. Моряки уже охотнее тянутся к Моргане.
Джеффри слегка хмурится, он тоже подносит кружку к губам, однако не делает ни глотка. Как-то неправильно пить за чью-то смерть, только если это, конечно, не скорбь. А по Бентлею Джеффри не то чтобы хочет скорбеть, хотя каждая жизнь – большая потеря. Толпа шумит, стучит посудой. И громко-громко все обсуждают новости.
Моргана слезает со стойки, чокается с каждым желающим, чтобы толпа продолжала реветь и скандировать: «Смерть английским псам! Смерть английским псам!» Бойцовский клуб превращается в одно большое питейное заведение, а люди – в пьяную сумасбродную толпу. Джеффри присаживается за стол рядом с О’Райли, список записавшихся значительно вырос.
Два новоиспеченных матроса совершенно неожиданно подносят потрепанного человека к ним.
– Кэп. Тут это… он лепетал невесть что. Для вас чот припер.
– Я слушаю?
– Мое простить. Я принести! – иссушенный, тощий мужчина плохо говорит по-английски. Его акцент выдает в нем испанца, как и потрепанная желтая форма. Правда, она настолько изношена, ободрана, что не осталось ни погон, ни даже пуговиц. Неизвестно, где его столько носило. И воняет он хуже, чем потные бойцы на ринге.
Дрожащими руками испанец достает из-под тряпья, некогда звавшегося камзолом, рваную, местами обугленную книжку. Моргана белеет от одного вида кожаной тетради, и Джеффри не понимает, что происходит. Рукой в перчатке она берет предмет, но тут же отдергивает ее. Может, Корморэнту чудится, но он будто видит все те же знакомые искры.
– Gracias. Кто это передал? – интересуется Моргана у человека, переходя на родной для него испанский язык. – Налейте и ему выпить, да посадите в угол посуше.
Человека сажают напротив Морганы на табурет, который так «любезно» пнул ему Джеффри. Он сглатывает слюну, вцепившись в кружку. Даже утопающий так не держится за доску и последнюю надежду выжить.
– Б… Бентлей…
– Тише, прошу… Silencio por favor, – продолжает Моргана по-испански. – Спокойнее, громко не говори. Что значит…
Джеффри, крутящийся рядом, не может разобрать ни слова, однако знакомое имя заставляет поперхнуться выпивкой. Он кашляет громко, заглушая разговор, в то время как О’Райли смотрит на него с неодобрением и тревогой. И оба эти чувства, если судить исключительно по глазам, перерастают в то, чего Джеффри не хочет испытывать.
– Ты что-то знаешь об этом? Живо говори! Давно у нас мертвые восстают из могил? – строго она обращается вновь к испанцу. – Где ты его видел? Быстрее! Мне нужно знать.
– Встают… но я…
Джеффри потирает макушку. Он уже видел мертвецов, но то были лишь пьянчуги, вынужденные всю жизнь пить из одной кружки, и никто не смел им отказать, когда они оказывались на пороге таверны. Ну и все же Пабло. Старика можно отнести к мертвецам. Нормальные люди не живут сотни лет, а, по кривым подсчетам Джеффри, именно столько он и прожил. Триста сорок четыре года и пару месяцев.
Испанец с непониманием косится на двух пиратов. Моргана все же берет в руки тетрадь и стискивает ее здоровой рукой так сильно, что у нее белеют кончики пальцев.
– Или вы нам соврали, капитан? Неужели он жив?
– Тише, полудурок, – раздраженно шипит ирландка. – Он сгорел заживо на моих глазах вместе с «Приговаривающим».
То, с каким животным страхом О’Райли оглядывается по сторонам, говорит о многом. Она не врет, и сама не могла представить, что что-то подобное может произойти спустя огромное количество времени. Джеффри делает глоток, чтобы избавиться от першения в горле и унять нарастающее волнение.
– Его корабль… он уничтожил всех… не сделав ни залпа. Мы… мы шли по пути Компании в Конней, – бормочет испанец.
Это слишком далеко от места смерти Бентлея. О’Райли навсегда запомнила координаты той точки, где когда-то затонуло воистину легендарное судно и несколько сотен людей на нем.
– Destruyó a todos… он уничтожил всех.
– Да заткнись ты, – гневно огрызается капитан, – Джеффри, ты со мной. Нам нужно… сматываться отсюда. Как можно быстрее. На корабль в срочном порядке.
Моргана выпрямляется, расправляет плечи, и теперь Джеффри отмечает для себя еще одну черту ее характера – в критические моменты она становится решительной. Видимо, именно поэтому на прошлом ее корабле никто не оспаривал право женщины на управление судном. С такой спорить не стоит, она ведь и голыми руками задушить сможет. Мысленно Корморэнт молится, чтобы он никогда не попался ей под горячую руку. А вот посмотреть, как капитан кого-то чихвостит, было бы славно.
– Полностью согласен, капитан! – Прежде чем бросить все и бежать к кораблю, Джеффри берет еще одну кружку, начинает жадно пить, пока та и вовсе не пустеет. С грохотом пират ставит ее на дерево и протяжно свистит: – Так, ребята! Мы отходим прямо сейчас! В темпе, в темпе!
Пират смотрит на Моргану с неприкрытым переживанием: только казалось, жизнь налаживается – возможность выпить столько, сколько вместит желудок, новый корабль и перспектива грабежа. А тут начинают вести разговоры о мертвецах. И о каких мертвецах.
  
– На вашем месте я бы позабыл об Источнике и подался в глушь.
А она словно и не слышит всей этой суматохи вокруг себя, все ее внимание сосредоточено только на потрепанной тетради. Моргана выдыхает скорбно. Слишком скорбно, измученно и даже… грустно? Вместо того чтобы выбросить неожиданный «подарок», столь сентиментально прячет его под камзол с левой стороны.