Газлайтер. Том 8 (СИ)

— Ты убил Червя⁈ — охреневает старик и тут же смеется. — Ой, рассмешил! Ха-ха, да не факт, что Червя одолеет даже их хваленный Странник! А ты говоришь… что…что…ха-ха-ха…
Он продолжает хохотать. Приходится чуть отклонить шестилапку в сторону, чтобы старик хорошенько подпрыгнул на кочке и захлебнулся смехом. А между тем кроты-переростки приближаются.
— Старик, ты же руномастер, — вспоминаю. — Может, наколдуешь им медовых луж на пути?
— Я могу исписывать только предметы, — ворчливо отвечает Гумалин. — И то мне требуется время. Я тебе не тупое пушечное мясо, в бою от меня толку нет.
Ну нет так нет. Мне не сложно самому швырнуть назад пару техник. Каменный град сметает самого быстрого крота, и мы спокойно несемся до тех пор, пока впереди не мерцает лиловая арка «норы». Долина здесь каменистая, и из-за кучи булыжников шестилапка невольно переходит на шаг.
— Хм, а Червя всё еще нет, — задумчиво роняет Гумалин, затем с подозрением косится на молчащего меня. — Неужели, правда, ты…да быть не может! Слушай, а мы что, полезем туда? — хмуро смотрит он на портал.
— Ага, но ты не волнуйся, у нас есть наркодиспансеры, анонимные клубы алкоголиков, гипнотерапевты и разные кодирующие препараты, — обнадеживаю казида. — Тебе там обязательно помогут, старик.
Сначала руномастер с ужасом смотрит на меня, потом мирится с судьбой.
— Да и кирка с тобой! — отмахивается Гумалин. — Выхода всё равно нет. Если здесь останусь, так выкормыши черных сожрут. Пошли в твой наркодиспансер, боги будьте милостивы.
— Ну наркодиспансер подождет, — произношу. — Сначала просто выберемся отсюда.
Первым покидает этот мир Зубастик, всё это время дракончик висел в воздухе, дожидаясь меня. Шестилапка тоже наконец добирается до портала, и мы покидаем столь гостеприимный мир. Всегда как ни зайду, возвращаюсь с прибытком. Вот сейчас раздобыл руномастера. Остается только надеяться, что он еще что-то умеет делать, кроме алкогольных болтов.
Снаружи я тут же обесточиваю портал, и он мигом схлопывается. Шестилапку забирают гвардейцы из группы поддержки, я же веду старика через заросли к припаркованному «Майбоху». Выскочивший Никитос с удивлением смотрит на седого коротыша, мол, откуда дед-то в лесу взялся, но без вопросов распахивает передо мной дверь. Гумалин с ужасом смотрит на кожаный салон. Приходится убедить деда, что это не пасть железного зверя, а просто самоходная повозка. Загружаемся и едем на базу. Там я сразу отвожу белого казида к Сереге Сивых:
— Знакомься, Серёг, это Гумалин Синий.
— Хмельный, — бурчит старик.
— Твоя задача — заняться его охраной и обустройством в нашем мире, — продолжаю спокойно. — Пока что уважаемый разместится на базе. Сколько он здесь пробудет, я тебе позже сообщу. Ну, что старик, пойдем общаться.
Мы со стариком перемещаемся в мой кабинет, там пытаюсь разговорить бывшего узника, но не тут-то было — Гумалин сидит угрюмый, на разговор ни в какую не хочет идти. Можно, конечно, просканировать всю его подноготную, и я, конечно, это сделаю, но ведь мне нужно с ним по-человечески поговорить да понять, чего он хочет, куда дальше направится, не против ли у меня остаться в наемных работниках да на каких условиях, если не против.
— Ясно, — вздыхаю. — Выпить хочешь?
— Мёда хмельного, — сразу оживается Гумалин. — Кружечку бы.
Угу, рассказывай. Одной кружкой дело точно не ограничится, но да ладно.
— Мёда нет, но наше «Жигулевское» не хуже, — набираю Серегу и прошу его одолжить свой мини-бар. У меня-то в холодильнике из алкоголя только рогогорский кефир с простоквашей.
Вскоре гвардейцы притаскивают коробки с бутылками, при звяканье которых у казида сразу загораются глаза, ну и пошло-поехало. Сначала просто бухаем и разговариваем, а потом…потом… мне приходится несколько раз очищать кровь от градуса, чтобы не словить интоксикацию. Гумалин же держится бодрячком, ни один человек бы так не смог. Вот что значит гномья выдержка.
Ближе к утру я с зевком протираю глаза и вслушиваюсь в тихое мурлыканье Шерхана. Шафрановый тигр навис над уснувшим прямо на полу казидом. Вернее, он уснул на стуле, а потом просто свалился с него и, захрапев, уже не вставал.
 
Понюхав старика, зверь брезгливо морщится и махнув хвостом, словно веером, важно удаляется. Покрутившись в кресле, я оглядываю стены, исчерченные кривыми рунами. Жалко обои, но, видимо, оно того стоило. Старик уверял, что его писанина сделала комнату звуконепроницаемой, а также никакие магические зонды не способны проникнуть сюда. Судя по тому, что мне показывает Дар сканера, так и есть. А обои можно наклеить новые.
Мда, погуляли мы знатно. Комната вся завалена оружием, посудой, зеркалами и прочим барахлом. Всё исписано кривыми, как крокодильи зубы, рунами.
Помню, что после пятой кружки Гумалину понадобился паяльник, а также зеркала с арбалетами. Арбалеты у нас на оружейном складе почему-то отсутствовали, зато хватало штурмовых карабинов. Гумалин сначала сомневался, подойдут ли, пришлось тащить казида в тир и показывать боевое применение. Убедил. После этого казид что-то чертил паяльником на стволах автоматах. Ну и стали наши автоматы стрелять… медовыми пулями, будь они не ладны! Пришлось наорать на казида за порчу боевого снаряжении. Тот всё понял и перечертил руны. И теперь гвардейские автоматы изрыгают кислоту и молнии. Уже неплохо. А с посудой и зеркалами я даже не помню, что он делал.
Наклонившись, беру с пола первое попавшееся зеркало. Чувствую, как мои брови приподнимаются. Мда, прикольно. У моего отражения торчат демонские рога, а глаза горят пурпурным пламенем. Похоже, это некое заклятья истинного зрения.
Но вся соль в том, что артефакты старика временные. Необходимо заряжать руны маной, чтобы вложенные в них заклятья работали. А старик не умеет заряжать, так что обычно его руны быстро теряют полезность. Но я умею. Правда, чтобы зарядить десяток автоматов, мне надо здорово потратится. Но для важных рейдов можно иметь в виду такую стратегию.
Встаю и перешагнув дрыхающего Гумалина, направляюсь на парковку. С казидом мы вчера договорились, что он на какое-то время останется у меня, ну и заодно будет выполнять разные поручения. Возвращаться ему сейчас всё равно некуда. Дело в том, что руномастер оказался двоюродным братом короля белых казидов. А учитывая, что черные казиды недавно разбили белых, то Гумалину лучше пока посидеть в безопасном месте. Вообще же складывается интересная политическая карта Той Стороны. Не всей, но хотя бы ближайшего к порталам участка.
Сперва я направляюсь к Степану. У себя отчим сидит всё такой же счастливый, как и позавчера. Прямо светится как настольная лампа. Видимо, действительно дети — цветы жизни.
— Ну что у тебя, Даня? — с улыбкой спрашивает полковник.
— Да, ничего особенного, — пожимаю плечами, усевшись напротив. — Только лишь устроил крупную диверсию в замке казидов, серьезно уменьшил число их воинов, ну и предотвратил новое вторжение бигусов в Будовск.
— Ого, ну-ка рассказывай подробнее, — Степан лишь слегка удивлен. Видно, уже привык к моим выходкам, или просто не может ни о чем думать, кроме как о моей сестренке. Не зря же у него на столе лежат маленькие вязаные носочки со спицами. Подполковник уже начал готовиться к будущему, полному детского смеха.
Ну я и рассказываю вкратце о походе к казидам, только умолчав пока о Гумалине. Степан — военный человек и лучше пока не искушать его такими сведениями. Вообще не надо пока светить Гумалина перед верховным командованием. А то старика тут же у меня заберут. Не уверен, что с ним обойдутся по-человечески, а не отправят на пытки в казематы по примеру предыдущих иномирцев. Пускай лучше, пока старик побудет у меня, да и поделает заодно артефактные штукенции.
— Значит, идет междоусобица между белыми и черными казидами, — подытоживает Степан. — Причем черные работают на Странника.
— Ага, и неплохо бы Царству объединиться с белыми, — подкидываю заготовленный план. — Не все же иномирцы — враги. Как раз и монеты, может, пригодятся как демонстрация доброй воли Царя.