Газлайтер. Том 8 (СИ)

— Да, пускай посидят еще немного, — соглашаюсь с разумными доводами.
В целом, я доволен. Это даже не двойной, а тройной улов. Судите сами: мошенники, наркобарыги, да еще к тому же рабовладельцы. Пускай Царство и Хань далеко не дружественные соседи, но Царь у нас вовсе не зверь и терпеть не может насилие и рабство, так что законы у нас очень строгие. А вот то, что они не везде и не всегда работают, это совсем другой вопрос. И пускай прошло почти двадцать лет с Гражданской, контроль надзорных органов всё еще не повсеместен.
В общем, я про то, что если и после такой операции «Патриоту» не доверят стоящие контракты, то пойду прямиком к Красному Владу и предложу идею. Ибо хватит полиции страдать ерундой. Сами не успевают заниматься всем криминалом и добровольцам не позволяют, ну что за дела?
Бирюзова звонит жандармам. Сам я решаю не дожидаться полицаев, пускай с ними общается Бирюза, а потому отправляюсь в гостиницу. Номер снимаю люксовый. Завтра начнется пищевая выставка, а значит придется задержаться в Твери, так почему бы не разместиться с комфортом?
В середине ночи связываюсь с Бирюзовой:
— Ну как всё прошло с жандармами? Закончили уже?
— Закончили, шеф, — в голосе девушки слышится улыбка. — Отлично прошло. Нас будут рекомендовать на более сложные задачи.
— Вот и славно. Молодцы, — отключаюсь и заваливаюсь спать.
На следующий день утром в ту же гостиницу прибывает Кира с помощниками. Я заранее сказал, где остановился, поэтому некромантка не заставила себя ждать.
— Ты и его взяла, — с неприязнью смотрю я на скелета-попугая на плече Киры. Впрочем, нежить тоже не остается в долгу и косится на меня пустыми глазницами.
— Пришлось, — вздыхает некромантка. Грусть на ее лице не передать словами. — Шеф, кажется, детеныши Змейки невзлюбили Кешу.
— Да с чего ты взяла? — отмахиваюсь. — Наоборот, они очень даже дружно общаются. Так что ты не бойся оставлять своего костлявого наедине с Горгонышами. Всё будет в порядке.
Особенно после того, как этого «таскателя кексиков» еще пару раз закопают на заднем дворе.
— Хорошо, — облегченно улыбается Кира. — Видимо, мне показалось.
Ближе к обеду мы отправляемся на выставку. Кира с подчиненными обустраивают арендованный павильон. Они вешают яркие таблоиды и выставляют на витрину протеиновые продукты, снеки и прочие пищевые добавки. Я же решаю прогуляться по ангару и посмотреть на конкурентов.
Пока хожу между павильонами, делаю свои выводы. Многие дворяне уже взялись за обработку аномального мяса. Кто-то пытается также одомашнить и выращивать хомуйволов и прочих зверей, но большинство этих ферм еще находятся в зачаточном состоянии. Кроме того, похоже, никто пока еще не вывел большое поголовье молочных зверей. Никто, кроме «Энергосинтеза», конечно.
Не то, чтобы другие не смогли бы. Просто дворяне пока не ставят перед собой такую цель. Ведь очень сложно приучить гормональную систему тех же рогогоров постоянно выдавать большой литраж молока. Я смог благодаря Жоре и сканеру, ну и целительскому Дару Софии. Как еще можно с этим справиться? Без понятия.
А вообще любопытно понаблюдать различные технологии обработки и пищевого производства. Я подхожу к одному павильончику и разглядываю этикетки на вакуумных упаковках выставленного товара. Хм, сверхтермальная обработка. Интересненько…
— Сударь, чем-то могу помочь? — подходит ко мне молодая девушка с дворянским перстнем. Я бы сказал даже, что слишком молодая — примерно нашего с Кирой возраста.
— Я просто заинтересовался вашим методом сублимационной сушки, — улыбаюсь ей. — Разве сублиматор азот — хорошее решение? Знаю, что при такой сушке у мяса большинства аномальных зверей теряются анаболитические свойства.
— Обычно, да, — кивает девушка. — Но мы используем свой собственный катализатор, который уберегает от потери свойств.
Хм, понятно. Значит, кто-то еще додумался до экстрактов красного пустарна. Похвально. У меня-то есть Лакомка, которая знает все нюансы консервации и заготовки мяса, а вот остальным приходится идти долгим и мучительным путем проб и ошибок. И как следствие — у этой девушки на витрине представлена лишь одна сушеная хомуйволина, в то время как мой павильон хвастается десятком разноформатных продуктов. Всё же с моей Лакомкой никто не сравнится, да и Кира, молодчинка, привлекла профессиональных фармацевтов для реализации рецептур альвы.
 
— Действительно удачное решение, — с улыбкой отвечаю я. — Позвольте представиться — Данила Вещий.
— Клавдия Семеновна Фирсова, — представляется барышня. — Вещий? О вас говорили по телевизору. Кажется, это вы первым захватили разумных зверей?
— Ракхасы не совсем звери, сударыня, — мягко поправляю. — Это разумная раса, почти такая же как люди, только физической силы у них побольше, а умственной активности, наоборот, поменьше.
Клава смеется в ладошку.
— Замечательное определение. Знаете, тогда, похоже, мой четвероюродный брат тоже ракхас.
— Не исключено, — шутки шутками, но дела делами. Я достаю из кармана пиджака визитку с контактными данными своего инвестиционного менеджмента. — Знаете, я бы хотел рассмотреть вашу фирму на предмет инвестирования. Могли бы вы связаться с моими директорами?
— Да, конечно, — девушка широко улыбается, забирая цветной кусочек картона. — Ведь за этим я здесь и выставляюсь — чтобы найти финансирование для развертывания широкого производства.
— Что ж, вот наши интересы и совпали. Рад буду совместной работе, — слегка поклонившись, я удаляюсь.
Фирсовы, Фирсовы… Где-то в старых новостях мелькала эта фамилия, мельком как-то видел, поэтому не знаю уж по какому поводу, но сейчас это и неважно.
Пускай Клавдия Фирсова применяет технологию обработки, которую я уже использую на своем предприятии, но мне не помашет диверсификация производства. Да к тому же буду в курсе, до чего еще эта девушка-телепат додумается… Да-да, она телепат. Это я сразу понял, когда она во время разговора скользнула ментальным щупом по моим щитам. Скользнула и тут же отступила.
Кстати, возможно, Фирсовы именно так и дошли до пустарна-катализатора. Только вопрос: у кого они могли прочитать эту информацию? Не знаю, но точно стоит держать Клавдию в поле видимости. А это еще одна причина для умеренного инвестирования в детище Фирсовых. Вложения денег — отличный повод для наблюдения и встреч.
Возвращаюсь к нашему павильону, и вот странная штука — ни одного посетителя рядом нет, а сама Кира выглядит очень расстроенной. Кажется, сейчас наша бравая некромантка вот-вот заплачет.
— Шеф, где ты ходишь? — обиженно спрашивает Кира.
— Налаживал полезные контакты, а что случилось? — тревожусь не на шутку.
— Что-что, — брюнетка хлюпает носом. — Пока ты налаживаешь свои полезные контакты, наглые стервятники обижают твою преданную работницу, да и вообще вставляют палки в колеса нашему бизнесу!
— Кто посмел? — хмурюсь я. — Хотя нет, постой, сам сейчас посмотрю. Ты ведь не против?
— Смотри, пожалуйста, — буркает Кира, расстроенная происшествием. — Если я буду рассказывать, то, боюсь, разревусь.
Ныряю в голову девушке и, отодвинув собственные щиты, проглядываю нужную информацию. Ну надо же! Точно стервятники!
Пока меня не было, два дворянина из соседнего павильона встали рядом с Кирой и громко обсуждали, что Вещие — мошенники, которые продают коровье молоко под видом рогогорского. На голословном обвинении дело не закончилось. Эти балаболы еще к тому же оскорбили меня самого — назвали ничтожеством и сопляком. Кира пыталась их урезонить, но два урода назвали ее бездарной шавкой и ушли, довольные собой. Неудивительно, что после такого перфоманса все посетители разбежались.
— Мда, Бугровы, значит, — бросаю я взгляд на вывеску соседнего павильона с надписью «БугровКорп». — А ведь это вассалы Хоренова.
Зря они задели Киру. Ох, зря. Мне даже за себя не бывает так обидно, как за своих людей, когда их достоинство незаслуженно опускают.