Сибирский фронтир (СИ)

–Не обо мне речь. Всё равно здесь долго оставаться нельзя. Евдокия проговорится или кто–нибудь другой. Уходить надо.
–Куда?
–Кроме как в Охотск больше некуда, – сказал я.
–Сибирь большая, – возразил купец.
–У тебя видать по всей Сибири заимки понастроены?
–А в Охотском что делать?
–А там у тебя корабль. В море уйдёшь, кто в море искать станет? А если и станут, так оно большое – не найдут. Через год–другой, глядишь, уляжется всё. Софоний, священник ваш, говорят, уже в Петербург пожаловался. Найдут на ревизора управу… Так что двигай в Охотск пока не поздно. И этого с собой прихвати, – я кивнул на второго пленника, всё ещё пребывающего в прострации. – Знаешь его?
–Коля Брегалов.
–Купец?
–Угу.
–Вот и чудно.
Наш разговор разбудил Слона. Тот хотел вставить слово, но хозяин не позволил.
–Николай, чайку сделай, – попросил он.
Когда подручный, прихватив котелок, вышел, купец признался:
–Поздно мне в Охотский бежать. Злодей уже нарочного туда отправил. Корабль в казну отбирают… – он вздохнул. – Нищим меня оставил. Тридцать тысяч рубликов вытянул гад вместе с жилами. И ещё один корабль был у меня. Тайной постройки. Дознался и про него. Но в бумагу не стал писать…
На скуле Бичевина появилась слеза. То ли от боли, то ли от досады, что не смог выдержать пытки. Досадно стало и мне. Столько усилий и средств потрачено, а результата нет. Купец без капитала, без кораблей, вне закона вряд ли окажет ту помощь, на которую я рассчитывал. А вот с собой утянуть может запросто.
Вернулся Слон. Пристроил котелок возле огня.
–Жаль, конечно, что опоздали, – сказал я. – Хотя…
Мысль зародилась, но ещё не переросла в озарение. Опоздали?
–Что? – купец на мгновение почуял надежду, потом сник. – Нет, кораблик не отбить, даже не думай.
–Почему нет? – вмешался Слон.
–Не достроен ещё. И даже если достроят, пока мы туда добираемся, на нём уже казённые люди распоряжаться будут. Войну что ли затевать?
–А давно Крылов гонца отправил? – спросил я. – Если опередить, то можно и без войны обойтись.
–Полагаю три недели уж как, – ответил Бичевин. – Нет, не опередить.
–Я успею. С тобой нет, а один успею.
–Врёшь!
–Не вру. Знаю дорожку короткую, но не всякому на неё вступить можно. 
Бичевин посмотрел на меня, как смотрят обычно на юродивых. Вроде и с почтением, а палец сам к виску тянется. 
–Среди диких есть у меня друзья. Так что обойду любого скорохода.
Теперь он поверил, а, поверив, опять засомневался.
–И что ты сделаешь там без меня? – спросил купец.
–Всё что надо сделаю. Если людям своим такую бумагу составишь, которой поверят, то уведу корабль из–под ревизорского носа. А потом и тебя как–нибудь к имуществу доставлю.
–Чтобы мои люди поверили… – произнёс купец задумчиво. – Нужно, чтобы поверил я.
–Вот те раз! – меня как кипятком окатило. – Я тебя, считай, с дыбы снял…
–Ну, положим, снял, – кивнул Бичевин. – Да сказать позабыл, зачем тебе всё это? Твоя–то в том где корысть?
–Тебе не всё равно? – сгрубил я.
–Не всё.
–А я тебе в прошлый раз рассказывал, да ты слушать не пожелал, – разозлился я. – Вон и слона своего на меня науськал. Послушал бы, так давно твои парни зверя бы свежевали на островах. И жили бы безо всяких ревизоров, без казаков. Но и сейчас ещё не поздно уйти.
–А, без толку. Даже если знаешь ты дорожку короткую, даже если поспеешь раньше чиновника на день–два, что толку? Корабль–то не достроен. Не вывести его из устья. А снаряжение? У меня бумага была к Шипилову от губернатора, чтобы помощь оказал, пушки дал, материалы, людей, морехода знающего. Юрлова я у него просил, так обещал дать. Пушки ладно, тех что из Якутского острога привезли хватит. А вот люди.
–Найду я тебе морехода. И людей найду.
–Пока найдёшь. Сколько туда добираться? Полтора месяца – самое малое. А потом уже и выходить опасно.
–Попробую.
–Пусть это… попробует, – поддержал меня Слон, подавая чай.
Бичевин посмотрел на помощника.
–Николая возьми с собой. Он сильный выдюжит любую дорогу и диких твоих не испугается.
 
–С ним не успею. Только один. 
Купец буравил меня взглядом.
–Ты уж либо верь, либо нет, – сказал я. – Посерёдке тут не проедешь.
Бичевин взял перо макнул его в туш. Искалеченная рука слушалась плохо. От сильной боли на лбу выступила испарина.
–Число проставь до ареста, чтобы было, – напомнил я. – Тогда и придраться не к чему будет. Ушёл кораблик по хозяйскому велению.
–Поучи меня ещё, – буркнул Бичевин и протянул бумагу. – Кузьме, приказчику моему всё как есть расскажи без утайки. Он извергов этих не боится. А с остальными лучше помалкивай. Могут и донести. Осип Зинин парень хороший, но подневольный.
Бичевин задумался, потом обернулся к помощнику.
–Николай, возьми лопату, – распорядился он. – Там на дворе под круглым камнем бочонок зарыт. Давай, тащи его сюда.
Купец вернулся к ухе, а я засобирался в дорогу. Большая часть вещей осталась в Иркутске. И лодка напрасно дожидалась меня на Ангаре. Через полчаса Слон притащил бочонок. Он оказался наполнен исключительно полтинниками. На вскидку – тысяча или две рублей.
–Возьми сколько надо, – предложил Бичевин.
–Нищим, говоришь, оставил? – усмехнулся я.
–Конечно, – купец ничуть не смутился. – Это ж разве деньги?!
–Обойдусь, – для меня это действительно были не деньги.
Следовало ещё решить, как быть с самим Бичевиным и его бандой. Оставаться здесь им точно. Как ни шифруйся, а в таком тесном мирке правда выплывет очень быстро. А сама не выплывет, так клещами вытащат. Да и мне хотелось бы видеть купца на побережье.
–Сплавитесь до Якутска. В город не суйтесь. У Кангаласского камня найдёте якутов. Спросите одного по имени Коврижка. Он и не якут собственно, так приблудился к ним. Скажете, что я просил переправить вас к моему плотбищу. Он знает куда. Достанет лошадей и проводников, а то и сам пойдёт.
–Опять учишь? – усмехнулся Бичевин. – Доберусь как–нибудь. Вопрос в другом – дальше–то что?
–У меня через год ещё один корабль готов будет, – предложил я. – На нём и дойдёте да островов. А там уж "Гавриила" обратно получите.
–Так не пойдёт, – заявил Бичевин.
–А как пойдёт? – меня уже достала его неуступчивость.
–Ты сейчас, даже если успеешь, "Гавриила" всё одно далеко не отведёшь.
–Нет.
–А где отстаивать его будешь?
–На Камчатке, думаю. В Петропавловской гавани или рядом с ней. Там сейчас тихо, лишних глаз нет.
–Вот туда и приду.
–Зимой?
–Приду, – кивнул купец, и по его лицу стало ясно, что если жив будет – придёт.
Суровый мужик. Мне как–то даже стало неловко оставлять за ним последнее слово.
–В посёлки тебе соваться нельзя, – сказал я. – Там тебя схватят. А лесом и сопками малой ватажкой пробираться опасно. Тем более на Камчатку. Тогда вот что… наткнёшься на коряков или чукчей, просто скажи, что идёшь к Ворону.
Озадачив купца, я отправился в сторону озера. Мне ещё предстояло раздобыть лодку.
***
Кузьма читал письмо хозяина с большим трудом. Шевелил губами, часто возвращался назад. Пока он трудился, я успел осмотреть плотбище. Оно выглядело победнее нашего, но кораблик что стоял на стапелях ничуть не уступал "Онисиму". Около десятка человек поселилось рядом с кораблём в сарае. Услышав, что пришла весточка от хозяина, люди, до этого не работавшие, вылезли на солнышко и, ожидая новостей, столпились в некотором удалении от нас. О сборах в поход, похоже, никто не помышлял.
Я рассказал Кузьме почти всё, опустив лишь даты. Со скоростью птицы люди пока не летают. Он почесал лоб, подумал.
–Выходить, говоришь, надо? Прямо сейчас?
–Надо, – кивнул я. – И прямо сейчас. А иначе отберут корабль.