Греческие каникулы (СИ)

От давления на другую доску та сгибается, трескаясь и открывая небольшую темную яму, в которую с громким визгом летит Гермиона, попутно утаскивая за собой Малфоя. Единственное, что она замечает, — это непередаваемую эмоцию на мужском лице, резкое движение и его силуэт. Пространство, в которое она падает спиной вперед, встречает её какой-то непонятной изогнутой поверхностью, по которой она скользит вниз, будто съезжая с горки.
Пальцы, в попытках ухватиться за что-то по пути следования, отпускают рукав Малфоя, который летит за ней следом. Её сердце бьется настолько сильно, что кажется сейчас проломит грудную клетку. Воздуха не хватает, и в момент падения кажется, что она забыла, как правильно вдохнуть.
Резкий хлопок и тьма встречает её, когда Гермиона приземляется боком на что-то склизкое похожее по ощущениям на обычную грязь. А после, прокатываясь по этой грязи, как по замерзшей луже, влетает в ледяную воду.
Жидкость и колючий холод обволакивают тело, когда она резко выныривает из ледяного источника. Ноги скользят по дну, будто увязая в чем-то липком, вязком, мерзком. Руки с перепугу хлопают по воде, рот жадно хватает воздух, а глаза пытаются разглядеть хоть что-то.
Тьма. Полнейшая тьма вокруг. Звуки воды, брызг, шуршаний и голоса.
— Грейнджер, — выкрикнул Малфой, — ты не убилась?
Она кашляет от попавшей в рот воды, жадно глотая воздух. Такой холодный, сырой и необходимый. Сердце вырывается из груди, а волна адреналина, смешанного с полным спектром разных эмоций, заставляют тело бороться с уходящими в липкое нечто ногами.
— Малфой, — пискнула она, продолжая бултыхаться в воде, — Малфой…
— Скажи еще что-то, — он двинулся во тьме, пытаясь понять в какой стороне она находилась, — мне нужно понять, где ты.
— Мои ноги, — она бултыхается в воде, — они… ай! — от неожиданности вскрикивает Гермиона, когда ощущает крепкую хватку на запястье. В следующую секунду она понимает, что рука Малфоя сильно тянет ее тело в свою сторону. Ей удается ухватиться за мокрый выступ, после чего она чувствует, как он подхватывает её второй, вытаскивая на каменное покрытие.
Приземлившись, она смогла перевести дыхание.
— Грейнджер, ты как? Скажи что-нибудь, — голос Малфоя звучит озабоченно. Он держит её за плечи и слегка встряхивает.
— Я… я нормально. Малфой, где мы? — Гермиона пытается увидеть хотя бы что-то, но перед глазами всё абсолютно черное.
— Подземные источники, — он вздохнул и убрал руки с ее плеч.
— О, те самые? Целительные?
— Да, Грейнджер, те самые. Можешь считать, что только что ты прошла ускоренный курс излечения от магических болезней.
— Выставишь мне счет, когда выберемся отсюда.
Гермиона скривилась. Сарафан прилип к телу, словно какой-то холодный пластиковый пакет. Волосы были мокрыми и странно пахли. Гермиона убрала их назад и в темноте сделала быструю импровизированную косу.
— Выбраться было бы неплохо, ты можешь идти? Что-то болит? Ты цела? Палочку не потеряла?
— Цела, — Гермиона нащупала свою палочку под корсетом, после чего уперлась ладонями в холодный пол и осторожно встала.
— Хорошо, мне кажется, что я примерно понимаю, в какой части подвалов мы находимся. И если мои расчеты верны, то недалеко над нами одна из лабораторий. А еще вон там есть какая-то маленькая щель на потолке. Через нее проникает свет.
— Малфой? — Гермиона покрутила головой и растерянно смотрела на единственный луч света, проникающий в подвал. — Где ты? Я не вижу ничего.
— Грейнджер, — голос Малфоя послышался где-то слева. — Подожди, не двигайся никуда, здесь может быть опасно.
— Люмос, — Гермиона произнесла заклинание… ничего.
Она услышала тяжелый вздох сбоку. Ну конечно, наверняка Малфой уже додумался и попробовал заклинание освещения. Очевидно, так же неудачно.
— Это волшебное место, магия не поможет. Просто стой, где стоишь.
— Почему я упала в воду, а ты нет? Мы же скользили по одной траектории друг за другом.
— Потому что это — ты, Грейнджер, — Малфой недовольно вздыхал где-то в паре метров от нее, ощупывая окружающую местность, судя по звукам.
 
Гермиона послушно стояла, замерев. Где-то недалеко можно было услышать капли воды, бьющиеся о каменный пол. Она ощущала прохладу воздуха кожей, видела, как частицы пыли танцуют в свете луча — единственного источника света в окружающей мгле.
— Как думаешь, откуда светит? Нам стоит поискать выход там?
Вопрос остался без ответа, и Гермиона повернулась в сторону, откуда минуту назад с ней разговаривал Малфой. Звук, который он издавал, тоже стих.
— Малфой? — Гермиона позвала его.
Ничего.
— Малфой, если ты так шутишь, прекрати это, мне страшно, — Гермиона нервно озиралась, будто попытки разглядеть что-то в темноте могли принести какой-то толк.
— Малфой, пожалуйста, — паника начинала подкрадываться медленно, но верно, — если ты здесь, скажи что-то, я прошу тебя, ты должен…
Теплая рука резко остановила ее попытки крутиться на месте и сжала ладонь. Она обернулась к единственному лучу света и увидела, что Малфой стоит как раз под ним, уже добравшись сюда.
Зрелище на секунду зачаровало ее. Она видела только его серые глаза, на которые падал одинокий луч, освещая их и совсем немного верхнюю часть лица. По светлым ресницам струился свет, делая их почти прозрачными.
Он смотрел прямо на нее.
— Идем, — не отпуская ее руки, он двинулся вперед.
Гермиона шагала за ним, держа горячую ладонь и стараясь сильно не трястись. Через минуту Малфой остановился и повернулся к ней.
— Так не пойдет, Грейнджер. Я иду на звук, а твои зубы стучат так, что задача становится непосильной.
Гермиона только вздохнула, ожидая услышать обвинения и упреки в том, что затащила их сюда, создала кучу проблем, еще и провалилась в чертово озеро.
Вот сейчас он наорет на неё, Гермиона прикрыла глаза: три, два, один…
— Снимай одежду.
Глаза распахнулись.
— Что?!
— Снимай свою одежду, Грейнджер, — просто повторил Малфой, и она услышала звук расстегивающегося ремня. Очевидно, на его шортах.
Она не знала, чего сейчас в ней было больше: шока или возмущения?
— Малфой, ты что совсем обалдел? Если ты собрался здесь умереть и последнее, что ты намерен сделать, — это…
— Грейнджер, — Гермиона точно слышала, что Малфой смеется. — Вытяни руку.
Гермиона подняла руку и наткнулась на ткань, которую он протягивал в ее сторону.
— Футболка, рубашка и ремень. Футболка слишком коротка, чтобы полноценно заменить тебе платье, поэтому накинешь сверху рубашку и перетянешь ремнем, — она точно слышала, что он сдерживает смех.
Господи, ну как я умудряюсь… я даже не подумала.
— Надеюсь, я могу не уходить в другое помещение? — откровенное веселье Малфоя заставляло лицо пылать еще больше. — Вряд ли я смогу тебя снова найти потом. К тому же здесь нет даже искорки, не переживай за свою невинность.
Злобно вырвав из его рук одежду и даже не поблагодарив, она отвернулась и начала стягивать с себя мокрое, прилипшее к телу платье.
— В этой воде очень много магического цветного железа, ты не восстановишь ткань, выбрось его, — звук его голоса раздавался где-то совсем рядом.
Гермиона, все так же молча, бросила ткань в темноту. В руках остался лишь её пояс, который при резком движении слегка зазвенел ремешками.
— А это оставь, — спокойно сказал Малфой.
Гермиона хмыкнула, она ни за что не оставила бы здесь такую дорогую вещь.
Закончив манипуляции, она услышала тихое: «Руку», и протянула ладонь уже зная, что встретится с его.
Через несколько шагов они снова наткнулись на одинокий луч света, который пересекал их путь. Идущий впереди Малфой лишь на секунду попал под него и снова скрылся в темноте. За это время она успела увидеть его голую спину.
Я не буду думать о его голой спине, я не буду думать…
— Пришли, — Малфой ворвался в её мысли.
— Куда? — Гермиона все так же видела перед собой только кромешную темноту.