Осколки тьмы (СИ)

— Что-то ты не очень счастливо выглядишь, — оглядываясь, с насмешкой замечает Стас.
— Я и не чувствую себя таковой, — цежу сквозь зубы, не без труда огибая настойчивого продавца украшений, уверяющего меня, что массивный золотой браслет — именно то, чего мне всегда не хватало.
— А я думал, ты любишь ходить за покупками, — Стас притворно удивляется.
— Прекрати издеваться! Они только душу травят своими предложениями. Где продуктовые лавки?
— Кажется, с противоположного конца рынка. А ты посмотри на все это с другой стороны! Вон как продавец украшений твою красоту расписывал.
— Ага, которой не хватает браслета.
— Могло быть хуже, некоторых и тонна золота не спасет, — пожимая плечами, философски замечает Стас. Я все-таки смеюсь.
Каждый раз, оказываясь в городе или любом другом поселении, кто-то из нас отправляется пополнить запасы продовольствия. Сегодня эта сомнительная честь достается мне и Стасу, но город мы не знаем, а указания местных не отличаются точностью. Прежде чем отыскать рынок, мы долго бродили по людным улочкам, теперь же пытаемся добраться до лавок, где можно приобрести нужные нам продукты.
— Кажется, впереди вижу лоток с овощами, — сообщает Стас, несказанно радуя.
На продовольственном рынке дела идут намного быстрей, что тоже способствует улучшению настроения. Сумки постепенно тяжелеют, мы переходим от одного продавца к другому, активно продвигаясь к концу списка необходимых покупок.
— Может, не будем брать овсянку? — тихо спрашиваю, когда мы подходим к заполненному крупами прилавку.
— Будем, Алиса, будем. И еще много других каш, которые ты не любишь. Должно же быть разнообразие! А крупы, к сожалению, самые долгохранящиеся продукты.
Выслушав наш заказ, продавец отрывается от перекладывания мешочков с крупами из одного места в другое и поднимает на нас глаза. Те мгновенно вылазят из орбит.
— Э-э-э… господа, что вы сказали?
— Вы нас не слушали? — грозно хмурясь, спрашивает Стас. Продавцу может показаться, будто друг недоволен, но я, хорошо зная Стаса, уверена, что пока он всего лишь дурачится.
— Нет-нет, что вы! Конечно, слушал, просто хотел уточнить. Но вы не беспокойтесь, сейчас все сделаю, — тараторит продавец и принимается набирать в мешочки нужную нам крупу, при этом временами с опаской косясь в нашу сторону, словно мы можем на него наброситься и покусать.
Я вопросительно поглядываю на Стаса, но тот лишь пожимает плечами. Очередной взгляд исподлобья, направленный в нашу сторону, — и я, чувствуя необъяснимую тревогу, зачем-то оглядываюсь.
Странное дело: толпа куда-то растеклась, а вокруг нас пустое пространство. Нет, люди не покинули рынок, по-прежнему продолжают заниматься своими делами, но в радиусе нескольких метров вокруг нас нет никого. Однако больше всего меня поражает кое-что другое.
— Ста-а-ас, — зову я.
На соседнем прилавке в углу стоит доска, на которой красуются четыре портрета, на мой взгляд, весьма неплохо сделанные из какого-то странного материала, который определить не получается. Ясно только, что нарисованы они не карандашом, не красками, не пастелью и даже не фломастерами, которых в этом мире и не водится.
С одного из портретов смотрю я, воинственным взглядом пронзая зрителя в самое сердце. На втором портрете изображена Лина, на третьем — Стас, на четвертом, соответственно, — Терран, а над портретами кривыми жирными буквами виднеется надпись: «Осторожно! Опасны! При встрече немедленно сообщать страже».
— Какой-то я здесь уж очень кровожадный получился, — ошалело замечает друг.
— А тебе не кажется, что нам пора бы… уходить, что ли?
— Сначала покупки! — Вновь поворачиваясь к испуганному продавцу, Стас рявкает: — А ну поторапливайся!
Несчастный продавец вздрагивает, вжимает шею в плечи и дрожащими руками заполняет последний мешочек. Странное мельтешение в конце улицы привлекает мое внимание. Приглядевшись, замечаю нескольких человек, одетых в броню, поверх которой развеваются мантии, подозрительно напоминающие одежду ранее встреченных нами магов. Расталкивая остальных, эти люди стремительно двигаются в нашу сторону.
 
— Стас!
— Да! Уходим. — Друг кладет несколько монет на прилавок, хватает мешочки с крупой и, смахивая их в сумку, вместе со мной бросается в противоположную сторону от стражников.
При виде нас люди в панике освобождают дорогу, так что огибать приходится лишь многочисленные прилавки и стоящие вокруг них ящики, заполненные фруктами и овощами.
Одна женщина, резко бросаясь в сторону, роняет лукошко. Большие зеленые яблоки рассыпаются по земле, устремляясь прямо под ноги, однако нам удается избежать встречи с ними. Резкая смена направления едва не завершается моим близким знакомством с башней из ящиков, но в последний момент их огибаю и еще парочку перепрыгиваю прямо на ходу, не успевая ни испугаться, что могу запнуться о них, ни толком просчитать возможности, но мне везет.
Поскольку затеряться в толпе не получается, приходится свернуть в какой-то проулок, затем в еще один, еще, однако спиной отчетливо ощущаю, что погоня продолжается. Преследователи никак не желают отставать. Возможно, только наличие на улицах большого количества людей спасает нас от магической атаки.
— Стас, они догоняют, — выдыхаю с хрипом, бросая взгляд через плечо во время очередного поворота. Расстояние между нами опасно сокращается!
Долгие тренировки Денмонта не прошли даром. Я бегу так быстро, как никогда, но, несмотря ни на что, стража приближается.
— Знаю! Нужно затеряться где-нибудь в местных трущобах, — говорит Стас, делая небольшие паузы между словами.
— Тогда мы можем попасть в тупик!
То ли я накаркала, то ли везение решает нас окончательно покинуть, но за очередным поворотом впереди оказывается кирпичная стена, возле которой валяются горы мусора. Первая мысль — спрятаться среди мусора — безжалостно отвергнута здравым рассудком, подсказывающим: эти настойчивые стражи выкопают нас откуда угодно. Пока мы лихорадочно оглядываемся по сторонам в поисках спасения, преследователи появляются в конце улицы, тем самым отрезая нам путь к отступлению.
Что ж, на крайний случай у нас всегда есть тьма. Вот еще — умирать, когда найден способ не только спастись самим, но и обезопасить от тьмы целые миры!
Окидываю взглядом стремительно приближающихся стражей. Отмечаю, что улица уже почти пуста, а это грозит магической атакой. Вновь поворачиваюсь к тупику. Вдруг прямо у меня на глазах, словно дверь, открывается стена ближайшего дома.
— Быстрей! — Светловолосый парень, выглядывая из потайного хода, хватает меня за руку и дергает на себя, затаскивая внутрь. Стас ориентируется сам и вслед за нами бросается в потайной ход.
Парень закрывает дверь на замок, и мы оказываемся в кромешной темноте. Впрочем, спустя пару мгновений в руке нашего спасителя возникает маленький золотистый огонек, озаряя ближайшее пространство мягким рассеянным светом.
— Нужно отсюда уходить, они быстро откроют дверь, — сообщает парень.
Я всматриваюсь в его темные глаза и никак не могу понять, почему они кажутся такими знакомыми. В голове крутится множество вопросов, начиная с того, кто же наш таинственный помощник, и заканчивая тем, не приведет ли он нас в ловушку. Но, учитывая ситуацию, спрашивать некогда.
Бежим по узкому коридору вслед за нашим проводником, а за спиной слышатся звуки ударов — похоже, стражи не знают, как отворить дверь, и начинаются ломиться в стену. Темный коридор выводит в помещение небольшого магазинчика с глиняными горшками на витринах. Проносимся мимо продавца. Парень прикладывает палец к губам, получает в ответ утвердительный кивок и выскакивает на улицу. Вслед за ним на улицу вываливаемся мы, запыхавшиеся и едва стоящие на ногах, но расслабляться некогда. Приходится взять себя в руки и продолжить бег.
— Где вы остановились? — на ходу бросает парень.
— Зачем тебе? — с подозрением спрашивает Стас.
— Должны же вы где-то переждать переполох, который сами устроили! — После столь длинной фразы парень делает глубокий вдох и на некоторое время замолкает, пытаясь восстановить сбитое дыхание.