Осколки тьмы (СИ)

— Потому что аллиры обычно с охотой ввязываются в авантюры. Ведь им наскучила бессмертная жизнь, они ищут всевозможные развлечения. Разве не для этого была придумана игра, по вине которой мы здесь оказались? — вместо растерявшейся подруги отвечаю я.
— Ты все правильно говоришь, Алиса. В большинстве случаев так оно и есть, — подтверждает Дербиан. — Аллиры готовы на все ради очередного развлечения. Но бывают исключения. У меня есть все необходимое для того, чтобы раскрасить долгую жизнь. — С этими словами он тепло улыбается Мирте, за неимением других свободных мест устроившейся на подлокотнике кресла, где сидит Повелитель Ночи.
Мирта нежно улыбается в ответ, а ее в глазах отчетливо мерцает любовь, наверное, и в самом деле способная осветить целую вечность.
— И еще, — добавляет Дербиан, — я должен предупредить вас. Совет, в котором участвовали уже пятьдесят четыре клана, наконец принял решение. Они решили убить вас. Я понимаю, что невозможно совсем не использовать тьму, но будьте осторожны. Если вас найдут, то сделают все, чтобы убить. В коем-то веке аллиры наступили на горло своим прихотям и решили побеспокоиться о благополучии мира. В конце концов, кроме разрушений, от тьмы никакой выгоды не получить.
— Ну вот, еще одни нашлись по нашу душу! — с досадой восклицаю я.
— Пусть становятся в очередь, — усмехается Стас. Но уже серьезно добавляет: — Спасибо за предупреждение. Пожалуй, нам не стоит медлить и как можно скорей нужно добраться до Первозданного Света.
После завтрака мы поднимаемся из-за стола и в сопровождении Дербиана направляемся к выходу из замка, подхватывая предварительно собранные сумки. На улице нас ждут виллеты, до невозможности похожие на тех, с которыми нам пришлось расстаться на границе земель Повелителей Огня.
— А почему это виллетов пять, если вы, Дербиан, с нами не отправляетесь? — интересуюсь с подозрением.
— Пятый для меня, — раздается из-за спины голос Альрайена.
Вслед за нами из замка выходит Повелитель Ветров.
— Надеюсь, ты отправляешься прямо в противоположную сторону?
— Я еду с вами, и это не обсуждается, — холодно говорит Альрайен.
— Еще одна подобная фраза, и по такому поводу я готова буду использовать тьму, — начиная злиться, предупреждаю.
— Вообще-то, нам не помешает помощь аллира, — замечает Терран. — Учитывая, что жаждущих убить нас прибавилось.
— Нет, Терран! Нет! — окидываю его испепеляющим взглядом.
Не желая больше спорить, я взбираюсь на первого попавшегося виллета и направляю его к виднеющейся вдалеке дороге. Поскольку друзья останавливать меня не собираются и, поспешно седлая виллетов, быстро нагоняют, делаю вывод, что выбрала правильное направление.
Что ж, теперь у нас есть цель и надежда на спасение.
  
Часть 3. Первозданные элементы
 
  
Глава 1. Об очередной смене пейзажа, а также невыносимой компании
 
Впереди сверкают молнии. Никогда в жизни я не видела такого количества молний! Яркими всполохами они срываются с затянутого пурпурными тучами неба и врезаются в прозрачную речную гладь, безжалостно вспарывая ее и раскидывая в разные стороны брызги воды. Я плохо помню законы физики, да и никогда не любила эту науку, ибо она не находит объяснений многим вещам, случающимся со мной и моими друзьями, но, без сомнения, здесь не обходится без магии.
Прямая дорога, по которой мы, никуда не сворачивая, едем вот уже несколько дней, выводит нас к широкой реке. Ее противоположный берег теряется где-то за горизонтом, там, где сверкающая поверхность воды встречается с необыкновенного цвета небом. Река могла бы быть спокойной, если бы не молнии, бесконечно тревожащие ее. Медленное течение угадывается с трудом, когда реку пронзает очередная фиолетовая змейка. В ответ на электрический разряд вода вздымается небольшой волной, а брызги фейерверком разлетаются в разные стороны, словно внутри волны взрывают бомбу.
 
Молнии появляются то в одном месте, то в другом, на протяжении всей реки, открытой нашим взорам. Сотни молний, тысячи! Великолепное зрелище завораживает, заставляя любоваться им беспрерывно и восхищаться снова и снова.
Прямо напротив дороги через реку тянется выложенный из небольших каменных плит мост, который каким-то чудом умудряется оставаться не задетым электрическими всполохами. А мы по-прежнему находимся в царстве вечной ночи, зачарованно наблюдая великолепную и в то же время опасную картину, не решаясь переступить границу и войти на земли Повелителей Молний.
Молчаливое созерцание, впрочем, вскоре наскучивает Альрайену. Внезапно оказываясь рядом со мной, он портит всю прелесть момента.
— Я догадывался, что тебе нравится безудержное буйство стихий, неконтролируемых, непредсказуемых и опасных, — произносит аллир, слегка наклоняясь ко мне. По его голосу можно понять глубинный смысл фразы, в которой говорится явно не только о молниях и бурлящей реке.
— Да, я люблю стихии, — соглашаюсь, против обыкновения не игнорируя Альрайена.
С тех пор, как мы отправились в путь, я стараюсь держаться подальше от аллира, а если он пытается заговорить, то попросту игнорирую его.
Так проходят две недели, мы добираемся до границы. Путь впереди предстоит еще долгий, а потому приходится признать, что наше общение — неизбежное зло.
— Они всегда искренни и не обладают коварством. А еще они ценят и любят свободу. Посмотри на эти молнии. Их никогда не сможешь запереть в маленькой банке, пытаясь сделать своими. Реку никогда не остановишь. Даже если забросать камнями, она обязательно найдет лазейку. — Если аллир сравнивает себя с буйством стихий, которое не успокоится, пока не добьется желаемого, напору которого невозможно сопротивляться, то и я вполне могу сравнить себя со стихией, намекая, что никогда не сдамся и не позволю держать себя взаперти. — Прекрасные, свободные стихии. Да, я люблю их.
Приняв это сравнение, Альрайен лишь усмехается:
— Несколько раз мне довелось побывать в гостях у Повелителя Молний. У него есть прекрасные аквариумы, за стеклом которых бьются ручные комнатные молнии.
Надо признать, решение ответить Альрайену — это ошибка. Он вновь заявляет, что сможет меня приручить! Неужели до сих пор считает своей собственностью? Неужели до сих пор думает, что может мной помыкать и заставлять делать то, что пожелает он?!
Начиная закипать, с трудом подавляю желание метнуть кинжал Альрайену в лоб и ценой невероятных усилий продолжаю иносказательную беседу с внешним спокойствием:
— Не думаю, что те молнии ручные. Быть может, создается ложное впечатление. Пусть аллир уверен, что они полностью ему подчинены, на самом деле это не так. В любой момент молнии разобьют иллюзорную преграду и вырвутся на свободу, а Повелителю Молний… что ж, ему очень повезет, если он вовремя додумается убраться с их пути.
— Все твои рассуждения применимы лишь к людям, — со снисходительной улыбкой замечает Альрайен. — Ты рассуждаешь с позиции человека. Аллиры — боги этого мира. Нам действительно подвластно все здесь существующее.
— Да, я человек, — отвечаю, решительно глядя Альрайену в глаза. — И этим горжусь. А тебе с высоты своей божественности не стоит обращать внимания на простую смертную.
— Может, я сам буду решать, на кого мне обращать внимание, а на кого — нет? Тебе стоило бы отнестись к этому иначе и порадоваться.
— Ах, иначе? — повторяю недобро. — Порадоваться? Ты даже представить не можешь, как я польщена!
Все-таки не выдержала. Впервые за столько времени с ним заговорила, а наша беседа уже превращается в очередную ссору с непреодолимым желанием смертоубийства с моей стороны и насмешливым, невероятно раздражающим снисхождением со стороны Альрайена.
— Может, путь продолжим? — интересуется Стас, подъезжая к нам. — Раз уж больше не любуемся этой красотой.
Делаю глубокий вдох, отворачиваюсь от Альрайена и направляю виллета к мосту, первой покидая территорию Повелителей Ночи. Темнота покладисто выпускает меня из объятий. Несмотря на то, что небо затянуто тучами, я во всей красе ощущаю контраст границы между землями.