Осколки тьмы (СИ)

Некоторое время Альрайен задумчиво смотрит на меня. Все же отвечает:
— Боги заперли нас в этом мире. Сначала создали, наделив подобными своим силами и бессмертием. А потом поняли, что нет в одном мире места Богам и Созданиям, подобным своим Создателям. Нам становилось тесно. Тогда Боги решили покинуть этот мир, но перед уходом они наложили непреодолимый запрет. Только аллир может создать портал, ведущий из нашего мира в другой, но сам пройти сквозь этот портал не может.
— А как же мы тогда оказались здесь, если вы не можете покинуть свой мир?
— Простые люди. Аллир открывает портал, а его подчиненные, обычно маги, выбранные для этой миссии, проходят в другой мир, откуда забирают местных обитателей.
Пока Альрайен рассказывает, я смотрю на него. Кажется, сейчас он находился на своем месте, там, где должен быть, являясь частью окружающей красоты.
Бездонные синие глаза сейчас совсем темные и слегка блестят, напоминая о звездном небе над головой. Чуть бледное лицо с гордыми тонкими чертами, гладкие серебристые волосы и почти такого же цвета одежда делают его похожим на призрака, выныривающего из белесых глубин облаков. Красив. Так же невероятно красив, как и это место. И настолько же холоден.
— Что может чувствовать бессмертный, знающий о несчетном количестве миров и лишившийся возможности их посещать? — продолжает Альрайен. В его голосе лишь временами, едва заметно проскальзывают чувства. Для него это такая старая история, что не может вызывать ничего, кроме равнодушия и, может, легкой досады. — Мы слишком быстро исчерпали все возможности, перебрали все то, что делало нас живыми. Пойди мы в другие миры, обязательно нашли бы что-то новое, что заинтересовало бы нас. Но запертые здесь… мы вынуждены придумывать подобные игре развлечения.
— Может, вас заперли здесь потому, что боятся тех вещей, которые вы могли бы натворить в других мирах, пока ищете себе развлечения? Слишком большие силы… которые требуют осознания своей ответственности. — Это я уже, наверное, больше для самой себя говорю. Столько времени пытаюсь осознать ответственность за использование тьмы, но, кажется, так ничего в этом и не добилась. Иначе не было бы такого соблазна, не имела бы она такой власти надо мной.
— Боги просто боятся конкуренции, — возражает Альрайен, игнорируя мои размышления.
Я лишь пожимаю плечами. Спорить с ним не хочется. Зачем? Все равно будет стоять на своем. Сильный, уверенный в себе, такие всегда добиваются своей цели и всегда решают сами. И все-таки, до чего же он красив! Той холодной величественной красотой, которую хочется озарить своим теплом.
Пожалуй, не будь он аллиром, лишившим меня свободы, я могла бы влюбиться в такого. До чего бредовые мысли приходят в голову! Видимо, всему виной ощущение приближения того момента, когда я наконец-то смогу сбежать отсюда. Сбегу и больше никогда его не увижу. Возможно, когда-нибудь даже буду скучать, совсем немного, но буду. Получается, сегодня у нас что-то вроде прощания? Забавные мысли.
Не могу сдержать смешок. Отвожу взгляд, делая вид, что любуюсь облаками.
Краем глаза улавливаю движение — это Альрайен вдруг наклоняется ко мне и слегка обнимает за плечи.
— Что ты?.. — Все происходит так быстро, что договорить я не успеваю.
Легким движением рук аллир подталкивает меня, и я срываюсь с парапета.
Утопая в холодной влаге облаков, я с диким визгом падаю все ниже. Сердце колотится как сумасшедшее, дыхание перехватывает, а тело, скованное ужасом, отказывается повиноваться. Но как только я оказываюсь чуть ниже облаков, потоки ветра неожиданно подхватывают меня. Головокружительное падение вдруг прекращается. Альрайен тут же возникает рядом.
— Не забывай, что ветер в моей власти.
— А ты не мог об этом напомнить до того, как скинуть меня с башни?! — кричу, не в силах сдерживать эмоции.
— Ты бы все равно не решилась спрыгнуть сама, — насмешливо говорит Альрайен, пожимая плечами. — А так можешь ощутить полет.
Парить под облаками, поддерживаемой ласковыми прикосновениями ветра, смотреть на далекую землю… оказывается необыкновенно. Страх на грани восторга и восторг на грани страха. Словами невозможно передать все, что я чувствую в этот момент. Песчинка во власти ветров. Но в то же время как будто целый мир в моих объятиях. Эйфория, смесь неповторимых эмоций!
 
Я лечу, отдаваясь нежным потокам и забывая обо всем, пока взгляду не попадается странная лестница. Ее вид рывком возвращает в реальность. Внимательно присматриваюсь.
Лестница походит на винтовую, вот только каменные ступени висят прямо в воздухе: их ничто не соединяет. И теперь я знаю, где эта лестница.
Когда мы с аллиром возвращаемся назад, стараюсь незаметно выудить из декольте маленький кусочек оранжево-красного воска. Чуть раньше, подготавливаясь к побегу, его наполнили переплетением огненной магии феникса и лунной магии Ланы.
Альрайен открывает дверь, пропуская меня в отведенную пленникам часть замка. Осторожно, чтобы аллир не увидел, бросаю восковой «сосуд» у порога.
— Мне понравилось, — с улыбкой говорю на прощание.
— Не сомневаюсь, — усмехается Альрайен и закрывает дверь. Она проходит в миллиметре от кусочка свечи.
Я отворачиваюсь от двери и бросаюсь вперед по коридору к своей комнате. Нужно переодеться и сообщить остальным, что моя часть выполнена. Пора отсюда выбираться.
  
Глава 6. О том, что знает ветер
 
Мы стоим напротив запертой двери. Возле нее лежит крошечный кусочек свечи. Теперь он кажется более тусклым, чем изначально, но это и неудивительно — магия постепенно рассеивается. Огонь и лунный свет сплелись воедино, чтобы не позволить замкнуться магической защите при закрытии двери и тем самым оставить нам лазейку. Вот только магию я сама почти не чувствую. Потому лишь в беспокойстве ожидаю вердикта напарников. Как оно сработало? Все ли получилось правильно?
Тонкая лунная нить (небольшое их количество Лана собрала еще накануне) скользит в щель между косяком и дверью, после чего совершенно бесшумно дверь отворяется. Насколько я понимаю, бороться с магией аллиров мои напарники не могут. Они могут только помешать ей задействоваться в полную силу. Что и делает излучение, исходящее от кусочка воска.
— Получилось, — тихо выдыхает Лана.
Поправляя сделанные из постельного белья и веревки сумки с одеждой и продовольствием, мы направляемся вверх по лестнице. Хорошо хоть еды для нас не жалеют. Так что, потихоньку оставляя запасы в течение нескольких дней, мы не голодали. На пару суток должно хватить, ну а дальше… разберемся по обстоятельствам.
Я уверенно веду своих спутников в сторону сада. На мой взгляд, это самое удобное место для того, чтобы выбраться из замка. Окна тренировочного зала для подобной затеи не годятся — стоит выпрыгнуть, как ветер закинет обратно. Но это сделано для того, чтобы держать нас взаперти. На всю остальную часть замка вряд ли наложена подобная защита. К тому же, от сада до воздушной лестницы, как мы ее называем, не так уж и далеко.
Прекрасный сад, окутанный ночной темнотой, встречает нас знакомым персиковым благоуханием и хрустальными огоньками цветов, фиолетовых и красных. Гарвэль, как всегда, реагирует совершенно спокойно, а Лана смотрит на эту красоту широко раскрытыми глазами.
Я решительно подхожу к боковой стене с большим окном и зову напарников. Так хочется внимательно осмотреть все вокруг, но я настойчиво гоню это желание прочь. Иначе вновь поддамся очарованию сада, а медлить сейчас ни в коем случае нельзя.
— Вот, посмотрите. — Я опасно переваливаюсь через невысокую ограду. — С правой стороны начинается лестница. До нее-то нам и нужно добраться. Лана, сможешь?
Быстро оценивая расстояние до висящих в воздухе ступеней, напарница утвердительно кивает:
— Да, все должно получиться.
А дальше мне, как не владеющей магией, остается лишь наблюдать.
Лана тянется к луне, будто по заказу выскользнувшей из-за облаков, и касается золотистых нитей. Повинуясь движениям ее рук, лунные нити переплетаются между собой и постепенно образуют широкую сеть. Словно паутина кружев, сеть раскидывается по воздуху между нами и ступенями — те находятся чуть ниже уровня окна. Лана проверяет сеть на прочность, качает головой. Затем снимает с плеч приготовленные заранее лучики лунного света и добавляет их к уже вплетенным в кружева.