Осколки тьмы (СИ)
Тогда мне было двенадцать лет, наши тренировки с Денмонтом только начинались. Испугавшись за мое здоровье, мама пыталась отговорить от занятий, предлагая множество других увлечений для свободного времяпрепровождения, но я настояла на своем. У меня не было выбора.
— Алиса, я понимаю, как тебе тяжело. Ни с одним из нас так не занимаются, как с тобой, — Лана утешающим жестом касается моего плеча. Забыла, что это то самое, сломанное. — Арт, он…
— Не нужно меня жалеть! — вскрикиваю я и резко отшатываюсь от Ланы из-за стрельнувшей по всей руке боли. — Арту я отомщу и обязательно со всем справлюсь, а твоя жалость мне не нужна!
— Я всего лишь хотела помочь, — слегка растерянным и в то же время обиженным голосом говорит напарница. Отворачиваясь от меня, выходит из зала.
Я не хотела ее обижать, но контролировать себя становится сложно. Очень не хватает присутствия Лины и Стаса.
С тех пор, как познакомились в двенадцать лет, мы уже не расставались и предпочитали большую часть времени проводить вместе. Так проще. Было.
Мы понимаем друг друга. Можем говорить о чем угодно, не делая вид, будто все в порядке, если на нас буквально только что напали охотники или если после тренировки не осталось светлых эмоций, поглощенных ненасытной тьмой.
Да, тяжело. Но мы всегда были вместе и потому справлялись с любыми трудностями. А теперь я осталась одна… со сломанной рукой мне не пережить завтрашнюю тренировку. Но это не значит, что не попытаюсь.
Я невесело усмехаюсь. Какой смысл убегать от тьмы, если все равно не получится спастись?
В конце концов, у меня всегда остается козырь. Пусть даже губительный для меня самой. Если не будет другого выхода, я использую тьму. Уж этого они точно не ожидают.
— Они тебя покалечили… какая неожиданность, — насмешливо раздается из-за спины.
Я поворачиваюсь к Хельфиону, не стерев еще с лица кровожадную улыбку. Несмотря на доводы разума, тьма привлекает и манит.
— Заставляешь себя ждать.
Демон мнется при виде моей улыбки, но быстро берет себя в руки:
— Хотел дать тебе достаточно времени, чтобы ты приняла верное решение. — Сегодня его лицо полностью скрывает капюшон накинутого на плечи темного плаща. Остается только догадываться об испытываемых Хельфионом эмоциях.
— Какой молодец, — насмехаюсь я. — Скажи, как ты собираешься исполнить мое первое желание? Не представляю, как отсюда можно выбраться. Замок-то в воздухе висит.
— Ты еще не знаешь, НАСКОЛЬКО отсюда сложно выбраться. Портал из этого мира может открыть только аллир.
— Что?.. — Голос подрагивает — к этому я точно не готова.
— Можешь не беспокоиться. Я смогу подстроить ситуацию нужным образом, ты вернешься домой.
Я вздыхаю и поднимаю на Хельфиона решительный взгляд:
— Не выйдет. Я отказываюсь от твоих услуг.
Наверное, это глупо — доверять образу, созданному собственным воображением, но… решение принято.
— Ты хоть понимаешь, на что обрекаешь себя? — По голосу чувствуется, что он еще не верит моим словам.
— Прекрасно понимаю, — я невозмутимо киваю.
— Нет, не понимаешь. Иначе бы не отказывалась. — Демон начинает ко мне приближаться, медленно, с хищной грацией. — Твоя сломанная рука — мелочь по сравнению с тем, что тебя ждет.
По мере его приближения я двигаюсь к стене с оружием. Нечто угрожающее чувствуется во всем облике Хельфиона. Так что я предпочитаю перестраховаться.
— Ты ничего не понимаешь, — повторяет демон, надвигаясь на меня.
— Тебе лучше уйти, — говорю я. Хватаю здоровой рукой ближайший меч и выставляю его перед собой. Жаль, правая рука нерабочая, но левая тоже вполне сносно владеет оружием.
Хельфион останавливается. На удивление спокойным голосом спрашивает:
— Почему ты отказываешься? Сделка со мной решит все твои проблемы и даже больше.
— Потому что не доверяю тебе.
— А зря… ты бы только выиграла. Но я дам тебе последний шанс! — С этими словами он срывает с себя плащ. Моему взору открывается отвратительная сморщенная кожа. На руках длинные звериные когти, словно ножи, торчащие из пальцев. — Ты спрашивала о моем демоническом облике. Любуйся!
Хельфион рычит, его тело начинает меняться. Если он собирается напасть на меня, то это самый подходящий момент, чтобы убить его. Другого может не представиться. Но я просто стою в оцепенении и смотрю на него.
Вся кожа грубеет и чернеет, окончательно теряя сходство с человеческой. Одежда осыпается к ногам демона кучкой пепла. Кое-где на теле появляются небольшие, но наверняка прочные чешуйки черного цвета, влажно блестящие под светом луны. Чешуйки покрывают плечи, грудь, колени демона. Служат, видимо, вместо доспехов. На локтях и плечах появляются длинные шипы, а вдоль спины образуется гребень, плавно переходящий в длинный костистый хвост.
На голове теперь красуются два рога, челюсть с огромными клыками сильно выдается вперед. И только каштановые волосы с черными и золотистыми прядями, теперь больше похожие на гриву, напоминают о прежнем Хельфионе. Вдобавок ко всему за спиной раскрываются черные кожистые крылья.
— Вот таким я родился, — слегка хрипловатым голосом, с вкрадывающимися рычащими нотками говорит Хельфион. — Однако мне даровали человеческий облик. Многие века я наслаждался этим обликом. Но недавно они забрали свой дар! Как я могу вновь стать обычным уродливым демоном, если я узнал, каково это — обладать человеческим обликом?! Я отомщу Высшим. Пусть они за все поплатятся! А для этого мне нужна твоя сила.
— Моя сила? — изумленно переспрашиваю я. Он все-таки знает! Знает о моей силе! Так, нужно успокоиться. Я перевожу дыхание и довольно спокойным голосом спрашиваю: — Значит, это то, что ты собирался забрать у меня в обмен на желания?
— Да. Ты стараешься не пользоваться силой и наверняка не раз мечтала от нее избавиться. Боишься поддаться тьме? Я могу помочь и в этом. Даже плата за желания выгодна тебе. А я всего лишь хочу отомстить Высшим, для этого мне хватит твоих сил, даже не придется забирать у твоих друзей.
— Наставник говорил, что мы никогда и никому не должны передавать свои силы.
Денмонт рассказывал, что отобрать наши силы невозможно. Их можно только передать, если мы сами того пожелаем. И как бы нам ни хотелось избавиться от наших сил, мы не могли себе этого позволить.
Чем чаще используешь тьму, тем сильнее она становится и все больше разрастается. Страшно представить, что с ее помощью можно натворить! А ведь с каждым разом контроль ослабляется, и тьма завладевает тобой. Мы стараемся с этим бороться, сдерживать тьму, чтобы не натворить ошибок. А что будет, окажись подобные силы в чужих руках? Например, в руках жаждущего мести демона?
— Ты так доверяешь своему наставнику? — Клыкастая усмешка Хельфиона выглядит жутко. И ведь, судя по всему, он осведомлен, что наставнику мы больше не доверяем.
— Я знаю, на что способны эти силы. Будет лучше, если они останутся у меня.
— Упрямая девчонка! — рычит Хельфион и разом оказывается передо мной.
Я взмахиваю мечом, защищаясь от когтей демона, но удар настолько силен, что я падаю, лишь чудом удерживая клинок.
— Знаешь, как ты здесь оказалась? Ни один из вас троих не мог быть выбран аллирами! На ауре каждого из вас стоит метка, она делает вас неприкосновенными! Я стер с тебя эту метку. Именно поэтому аллиры забрали тебя, но не тронули твоего друга. Я надеялся, что в мире аллиров ты согласишься на сделку со мной. Как видишь, я готов пойти на все, чтобы заполучить твои силы! И останавливаться не собираюсь. Я убью тебя, если ты не отдашь мне эти силы!
— У меня будет гораздо больше шансов выжить, если я использую тьму, чтобы убить тебя.
Я отбиваю очередной удар демона, нанесенный когтистыми лапами. Подняться в таком положении не получается, да и защищаться, используя только одну руку, становится все сложней.
Еще один удар — клинок встречается с когтями демона и вылетает из ослабевшей руки.
— Даю тебе последний шанс. Отдай мне силу, — говорит Хельфион, приставляя к моему горлу длинные острые когти.