Одержимость (ЛП)

Начиная со школьных проектов и заканчивая помощью ей в изучении физики в колледже, Реджина никогда не ставила мне это в заслугу. Я не могла себе представить, где бы она была, если бы меня не было рядом, чтобы поймать ее. Но это не имело значения. Вместо этого, в машине с новым мужчиной, с которым она в конце концов бы рассталась и о котором бы пожалела, Реджи делала то, что у Реджи получалось лучше всего — была в центре внимания.
У нее был комплекс героини. В этом я была уверена. Классический нарцисс, у меня не было сомнений в том, что ее нового мужчину — приятного на вид — ни разу не спросили о нем самом. Ему бы повезло, если бы она хотя бы знала, как его зовут. Учитывая это, было невозможно не думать о Поле. Парень, с которым у меня были дети, мы поженились и в конце концов развелись. Пол, наверное, был единственным, кто действительно понимал мои испорченные отношения с Реджиной. И все же, он был последним в длинной очереди, кто выбрал ее сторону, а не мою.
Мой развод? Во всем виновата она. Если бы она не нуждалась во мне так сильно, я могла бы уделять больше времени и внимания своему собственному дому. Это была ее вина, что мне не звонили Ханна и Эмили. Там, где я могла бы помогать своим детям с государственными проектами, быть веселой мамой и даже баллотироваться на пост казначея родительского комитета, всегда была Реджина, которая превосходила людей в моем собственном доме. Если бы я не пыталась помочь своей подруге выйти из одних плохих отношений после других, я, возможно, даже смогла бы удержаться за Пола.
Пол. Я сожалела о нем чуть ли не больше, чем о своем договоре с Реджи. Более десяти лет с ним наша совместная жизнь закончилась после того, как Реджина решила увлечь его гольфом. Если бы она не вмешивалась в это, мы могли бы все еще быть вместе, и суки, чье имя я никогда не произнесу вслух, никогда бы не случилось. Ладно, какая разница. Мой бывший муж и его шлюха не стоили того, чтобы о них думать.
Наблюдая, как Реджина цепляется за руку своей новой жертвы, я плюхнулась за руль. В прошлый раз она заметила машину. В тот раз я бы удивила ее в самую последнюю секунду. Этого может быть достаточно, чтобы сбить ее с толку и, как последней идиотке, дать мне больше информации о том, к какому дерьмовому шоу она приведет нас в следующий раз. Она понятия не имела, как сильно я ее поддерживала, и я ненавидела ее за это. И все же, договор есть договор.
Держа одну руку на ручке, а ключи от «тойоты» в правом кармане моих специальных джинсов в голубой горох из Уолмарта, я подождала две минуты, прежде чем Реджи и «парень недели» оказались у двойных дверей, ведущих в ее шикарное здание. Стянув с себя шапочку «Дженерал Доллар» и, дернув дверную ручку, я вошла на стоянку моей лучшей подруги, полностью уверенная, что смогу остановить то, что наверняка станет еще одной ошибкой, на исправление которой у меня не было ни сил, ни желания.
— Реджина! — крикнула я. — Подожди! Я оставила свою зарядку у тебя дома.
На самом деле, я оставила около десяти зарядных устройств и всю одежду, которую Эмили не хотела видеть, в доме Реджины. Это были оправдания, в которых я нуждалась в такие времена. С различными личными вещами, размещенными в таких местах, как диван Реджи, у меня всегда была бы причина вернуться. Мой инвентарный список состоял из шестидесяти предметов. Для нее думать, что она избавится от меня так же легко, как сменила замки, было просто нелепо — если она не хотела называть себя доброй тетей.
Я видела, как напряглась спина Реджины, когда ее сопровождающий обернулся, чтобы взглянуть на меня.
— Реджина! — я позвонила снова.
Я не позволяла какому-то мужику на одну ночь остановить меня. Партнер или нет, мне было наплевать, что думал этот парень.
— Она сейчас занята, — крикнул он мне в темноте. — Двигай отсюда.
Ярость затопила меня изнутри. Дело было не в том, что у нее хватило наглости отмахнуться от меня, а в том, что у моей лучшей подруги, коей она являлась на протяжении тридцати лет, даже не хватило порядочности ответить мне самостоятельно. Подбежав к ним, я наблюдала, как Реджи возится с ключами в тусклом свете входа в здание; затем мужчина повернулся ко мне, расправив плечи.
 
Что за инструмент орудия. Что, по его мнению, я собиралась делать? Я не могла представить, что она сказала обо мне. Должно быть, она что-то сказала. Иуда. И, насколько он знал, все, чего я хотела, — это вернуть свое зарядное устройство. При росте пять футов четыре дюйма и весе 129 фунтов я вряд ли представляла угрозу. Парень напомнил мне Пола, когда парень Ханны — фрик группы — пришел на выпускной. Та же самая тучная грудь. Хмурый взгляд. Руки скрещены на туловище. Это совершенно лишнее.
Я оказалась в нескольких футах от них, когда Реджина открыла дверь. Мужчина, который больше походил на сутенера в своих блестящих ботинках и костюме из полиэстера, чем на партнера в ее дорогой фирме, протянул руку, как будто собирался остановить меня или что-то в этом роде.
— Реджи, ответь мне. Мне нужна моя зарядка.
— Я принесу ее тебе. Подожди здесь, — сказал мужчина.
— А кто, собственно, ты такой?
И все же Реджина стояла ко мне спиной. Ее длинные каштановые волосы были растрепаны. Обычно с естественными завитками, они спускались по ее спине до нижней части плеч; что-то подсказывало мне, что она старалась изо всех сил ради гала-концерта. Я задавалась вопросом, была ли ее цель заставить Тристана ревновать, и была ли она вообще серьезна по отношению к этому дураку — я видела это раньше.
— Это не твоя забота. Реджина, я сейчас приду. Я позабочусь об этом. Найду ее зарядное устройство, и принесу его обратно.
С его словами моя лучшая подруга исчезла в коридоре. О,твою мать, к черту, нет. Бросившись к нему, я сделала все возможное, чтобы преодолеть расстояние между ним и открытой дверью, прежде чем он двинулся, чтобы заблокировать меня.
— Эм, двигать отсюда? — сказала я, полностью обдумывая ситуацию.
Я не собралась уходить, пока Реджи не потеряет самообладание и не перестанет игнорировать меня. Я проделала весь путь до Рочестера не для того, чтобы меня игнорировали. У меня была вся ночь, и если это было то, что нужно, чтобы поговорить с ней? Что ж, я ждала и дольше. Их свидание могло подождать. Кроме того, кто этот дурак для нее? Он был здесь только для того, чтобы разбить ей сердце, или наоборот.
— Она не хочет с тобой разговаривать. Оставь ее в покое, — продолжил парень, будто он знал, что происходит.
Реджина никак не могла рассказать ему о договоре и о том, что он не был утвержден. Эта сука не была способна сдержать свое слово.
— Я ее лучшая подруга, спасибо. Ты можешь идти, или я вызову полицию.
Он вытащил телефон из кармана и сказал мне: «Продолжай». Затем, криво ухмыльнувшись, спросил, не хочу ли я получить судебный запрет. «Я мог бы устроить и это тоже».
— Кто ты такой? Ее телохранитель?
— Просто друг.
Ага. Удачи тебе в этом. Достаточно скоро она и для тебя поменяет замки.
  
Глава 4
 
Реджина
 
У меня никогда не было столько проблем с тем, чтобы вставить ключ в замок. Примерно после пятого раза, когда Хит спорил с сумасшедшей преследовательницей о подложенном телефонном шнуре в моей квартире, я открыла дверь и ушла. Конечно, она «забыла» свою зарядку. У меня была целая коробка дерьма, которую она оставила в моей квартире.
Я не могла не улыбнуться, направляясь к лифту. Старая добрая Сильвия не знала, что с собой делать, когда Хит вручил ей весь набор и всю эту кучу. Я прочесала свою квартиру в поисках чего-нибудь, что принадлежало ей или девочкам. С небольшой помощью Ханны, с которой я поддерживала тесный контакт, летая под радаром ее матери, я знала все о заговоре сокрытия дерьма, чтобы иметь оправдания.
Желание встретиться с ней лицом к лицу было сильным, но Хит вбил в меня мысль просто уйти. Он хотел увидеть реакцию Сильвии на то, что ее игнорировали близко и лично.