Бухта Скорби

 
Глава 13
 
Кенна
Они по одному направляются по тропинке к пляжу, а я снова остаюсь одна на поляне. Уголком глаза я вижу мимолетное движение, но это опять чертов гидрокостюм. Качается взад и вперед, как висельник.
Я нервничаю и беспокоюсь из-за Райана. Для посещения Австралии иностранцам требуется виза. Предположительно, Райан приехал сюда в отпуск, и ему так здесь понравилось, что он не захотел уезжать, поэтому остался, когда действие визы закончилось. Он здесь находится нелегально – и если его поймают, то сразу вышлют из страны и, вероятно, запретят въезд, но его желание мне понятно, и едва ли здесь скрывается что-то зловещее. Тем не менее, судя по объявлению, которое я видела, когда выходила в интернет с телефона, кто-то дома скучает по нему, беспокоится достаточно сильно, чтобы подать объявление о пропаже. Каким должен быть человек, чтобы исчезнуть и не давать о себе знать семье и друзьям?
  
А что с другими пропавшими без вести туристами, которые отправились путешествовать по стране? Я обнимаю себя руками, вспоминая реакцию Микки на постеры. Она так реагировала из-за Райана?
Я стою на поляне, и у меня по телу бегут мурашки. Компанию мне здесь составляют одни деревья. Я спешу за остальными, сжимая бутылку с водой в одной руке и отмахиваясь от комаров другой. Кажется, что темнеет с каждым моим шагом. К тому времени, как я добираюсь до пляжа, океан уже темно-синий, вода блестит, а скала кажется темно-коричневой, очертания едва видны. Скай не права: видеть нужно обязательно. Половина навыков в скалолазании – это умение найти опоры для рук и ног и оценить их до того, как начнешь движение.
Они смотрят вверх и влево. Высота скалы, вероятно, от сорока до пятидесяти футов. Я провела свои подростковые годы в Корнуолле и хорошо знаю, какую опасность представляют прибрежные скалы. Их разрушают ветер и волны, и состояние камней различается, от некоторых скал могут отваливаться куски, когда ты за них возьмешься. Вероятно, скала в некоторых местах будет грязной, а по ощущениям – маслянистой. Я осматриваю группу. Никаких веревок, никакого мела. Они серьезно? Скалолазание без страховки при таком освещении может быть самоубийственным. На грани!
Конечно, они не полезут вверх все вместе?
– Микки, это безумие, – тихо говорю я.
Она бросает на меня страдальческий взгляд.
– Я пытаюсь сосредоточиться.
Я напрягаю мозг, пытаюсь придумать что-то – хоть что-нибудь, – что могло бы ее остановить.
– Проигравшие всю неделю дежурят на кухне, – объявляет Скай.
Виктор корчит гримасу и сжимает плечо Джека.
– Лучше не проигрывай, брат.
– Опять двадцать пять. Рулет из кенгуру по-болонски, – говорит Райан.
Джек улыбается.
– Это вкусное австралийское блюдо, друг, – говорит он.
– Состав команд, – объявляет Скай. – Красные: я, Микки и Джек. Синие: Клемент, Виктор и Райан.
– Девочки против мальчиков. – Виктор игриво нацеливает кулак в плечо Джека.
И я снова гадаю, какое же положение Скай занимает в Племени. Если бы я была сторонним наблюдателем, то феминистка во мне аплодировала бы ей. «Молодец, Скай! Все эти большие парни подчиняются твоим приказам».
Но в моем нынешнем положении я ее опасаюсь, и меня озадачивает ее очевидная власть над ними всеми.
Команды совещаются, обсуждают, кто полезет первым, поэтому очевидно, что это некое подобие эстафеты: лезет по одному человеку из команды, затем его или ее место занимает следующий.
– При таком освещении последние не будут видеть вообще ничего, – замечает Джек.
– Вот и отлично, – говорит Скай. – Джек только что вызвался идти последним.
Она смотрит на него жестким взглядом, словно бросает вызов: давай, попробуй мне возразить. Виктор еще раз игриво ударяет его кулаком. Я чувствую, что Скай – это человек, с которым мне нужно быть осторожной и соблюдать установленные ею правила.
Она ударяет кулаком по воздуху.
– Страх – это топливо!
– Паника смертельна! – кричат в ответ остальные.
Скай и Райан занимают позиции у подошвы скалы. Я снова изучающе осматриваю Райана, когда он сам смотрит через плечо, ожидая сигнала Виктора. Остальные знают, что он считается пропавшим без вести?
Я замечаю, что на меня смотрит Клемент.
– Что?
Он резко дергается.
– Прости. Ты кое-кого мне напоминаешь.
– Кого?
Но он качает головой и отворачивается.
Наше общение прерывает начало эстафеты.
– Марш! – орет Виктор.
Райан и Скай бросаются к скале. Я сразу же вижу, что они опытные скалолазы, в особенности Райан. Нет никакого нервного подергивания, которое я замечала раньше. Он лезет вверх уверенно, в одном и том же темпе, и благодаря ритму его движений кажется, что он не прилагает усилий.
Виктор бьет себя кулаком по руке.
– Давай, давай, давай!
Я перевожу взгляд на скалу, ищу опоры для рук и ног, словно бы лезла по ней сама. Часть меня, которая, как я думала, навсегда осталась в прошлом, возвращается к жизни и искрит.
Райан и Скай уже достаточно высоко. Если они свалятся с этой высоты, то получат серьезные травмы. Райан разворачивает ступню так, что прижимается внутренней частью к скале, и начинает передвигаться вправо. Я вижу трещину у него над головой. Он хорошо спланировал маршрут. Вскоре он уже почти достиг отмеченного уровня. «Будь осторожен», – говорит ему голос у меня в голове. «Я тоже хочу», – говорит другой голос, гораздо более слабый.
Клемент наблюдает, сложив руки на груди. По его виду и не заметишь, что он нервничает, но должен нервничать. Я сама нервничаю. Как он полезет, если три пальца у него спеленуты вместе? У Скай и Райана идеальные фигуры для скалолазов – худые, но при этом мускулистые, с сильными жилистыми предплечьями. Клемент мощнее и тяжелее.
Скай добирается до отмеченной точки вскоре после Райана. Они оба быстро передвигаются влево, где океан омывает подножие скалы. Скай смотрит вниз между своими ступнями, вода теперь прямо под ней. В темноте невозможно сказать, насколько там глубоко. Вероятно, Скай находится на высоте почти двадцати метров, поэтому я ожидаю, что она спустится пониже перед тем, как прыгать, но тем не менее она именно в этом месте отталкивается и прыгает в океан, переворачивается в воздухе и входит в воду головой.
Всплеск!
Микки начинает взбираться на скалу. Виктор пританцовывает, готовый броситься на скалу, как только Райан войдет в воду. Создается впечатление, что у Виктора энергии на троих – будто энергия трех человек влилась в одно его тело. Может, все дело в его особом чае. По крайней мере, мне он помог справиться с разницей во времени, из-за которой я мучилась.
Райан плюхается в воду, и Виктор бросается к скале. Микки к этому времени уже преодолела половину пути. Я чувствую прилив гордости. Она совершенно точно тренировалась в последнее время, потому что лезет гораздо лучше, чем у нее получалось раньше, но она хватает ртом воздух и ощупывает все носками. Виктору тоже не очень легко.
Микки поднимает стопу до уровня талии, не заметив, что ниже есть более удобная опора для ноги, и напрягает все силы, чтобы подтянуться вверх. К тому времени, как она добирается до нужной отметки, у нее заметно дрожат руки. Скай издает одобрительный возглас, но Микки еще предстоит долгий путь до того, как она окажется в безопасности рядом со мной.
Я смотрю на камни под ней. «Какой будет звук, если она упадет?»
Меня в лодыжку кусает комар. Я шлепаю по нему, не сводя глаз с Микки. Теперь она ползет влево. Волны лижут нижнюю часть скалы под ней, но она еще недостаточно близко, она еще не над океаном. Там слишком мелко. Она продолжает ползти влево. Виктор ее догоняет, он близко, и она то и дело на него оглядывается. «Смотри, куда лезешь, Микки!»
  
Она тянется вбок, но тут у нее соскальзывает нога. Одно ужасное мгновение она висит на одной руке, раскачивается взад и вперед, ее пальцы ног ищут опору, но не находят. Она отпускает руку, летит вниз и неловко приземляется в воду, подняв кучу брызг.