"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

И сейчас двенадцать таких отпрысков внутренних поясов выпрыгивали из повозок и разминались, растягивая затёкшие мышцы. Восемь парней, четыре девочки. Самый старший выглядел половозрелым даосом, превосходя меня сразу на две головы. Младший, вернее, младшая, наоборот, была даже меньше меня. Все носили ученические голубые мантии с вышитым фениксом, а на поясах каждого висел меч. Высокий вытащил своё оружие и сделал им несколько круговых движений, продолжая разминку и я тяжело вздохнул. Мой цзянь был изготовлен из бронзы. Мной же. Дядя считал, что настоящий даос должен сам изготовить своё оружие, вложив в него всю свою душу, так что мне пришлось немало времени провести в его кузнице. Здесь же меч явно был изготовлен из добротной стали и вряд ли этот юноша приложил к этому свою руки. О таком мече в нулевом круге не мог мечтать даже наместник Сарин.
— Младший Дулин, младшая Эльда, младший Кармин! — произнёс Герлон и к нему подскочили трое учеников. Примечательно, что двое из них были теми, на кого я обратил внимание в первые мгновения. Тот самый великан, что был на две головы выше меня и уже должен был отправиться в одну из школ возвышения, а также мелкая девочка. Третьим оказался простой на вид парень примерно моего возраста, но то, как он двигался, показывало в нём опасного противника. Примерно также двигался отец, когда брал меня на охоту в Тёмный лес.
— Старший, — все трое склонились в поклоне. Старший Герлон придирчиво осмотрел каждого, после чего кивнул в мою сторону.
— Настало время посмотреть, как хорошо вы впитываете всю ту мудрость и наставления, что я вам даю. Посмотреть на то, насколько вы готовы к настоящей жизни, а не учебным поединкам. Это победитель турнира провинции Верин среди претендентов. Ваша задача — победить незнакомого противника, о котором вы ничего не знаете. Младший Дулин первый, младший Кармин второй, младшая Эльда третья. Пока один сражается, двое остальных медитируют. Я запрещаю смотреть на бои других учеников — вы должны подойти к своему сражению с чистого листа. Всю информацию по своему противнику вы обязаны получить по его внешности, манере поведения и движениям. Младший Кармин и младшая Эльда, приступайте к медитации. Я буду разочарован, если вы начнёте подглядывать за боями.
Дулин посмотрел на меня как на пустое место и склонился перед наставником:
— Старший, какие условия поединка?
— Тренировочный бой до трёх контактов. Оружие — цзянь.
— Мне нужно сдерживаться, старший? Или я могу работать в полную силу? — Дулин ещё раз посмотрел на меня сверху вниз и в его взгляде мелькнуло презрение. Даже брезгливость. Сражаться с отбросом нулевого пояса в полную силу? Это не сделает чести ни ему, ни его оружию. Его чувства были понятны — я был щуплым, самым маленьким из всех своих сверстников. Те, кто видел меня впервые, никогда не воспринимали как соперника, за что и страдали. Отец тренировал меня с четырёх лет и сумел вдолбить главное правило — не важно, какой у тебя рост, важно, какой у тебя дух.
Старший Герлон посмотрел на моего отца, но тот нацепил на себя маску непроницаемости и делал вид, что происходящее его не интересует. Полагаю, именно такое отношение стало причиной следующего приказа:
— Работа в полную силу. Три контакта. Чтобы ни у кого из учеников не было соблазна пожалеть противника, ввожу новое условие. Проигравший отдаёт свой цзянь победителю.
Дулин на мгновение напрягся, но, ещё раз смерив меня взглядом, склонился перед своим наставником
— Да, старший, условие принимается! Позвольте спросить, чем наградили победителя турнира этой Небом забытой провинции? За что жители нулевого пояса рвали жилы? Если мы рискуем своими мечами, пусть и этот нулёвка рискует своей наградой. Ибо если он не будет ничего ставить, то наш бой даже не состоится — он сам себе нанесёт три раны и сбежит, поджав хвост.
Со стороны других учеников раздались смешки и одобрительные возгласы — слова Дулина всем понравились. Старший Герлон спокойно отнёсся к веселью учеников, ещё раз посмотрев на моего отца.
  
— Духовный камень, — произнёс мой отец и открыл шкатулку, демонстрируя мою награду. Старший Герлон сумел сохранить непроницаемое лицо, но мне почему-то казалось, что он, как и отец, считал этот камень не просто дешёвкой, а плевком в победителя со стороны рода Ван. Какое-то время старший Герлон смотрел то на меня, то на своих учеников, после чего произнёс:
— Так и поступим. Младший Зандр должен отстоять право владения духовным камнем.
— Старший Герлон, прошу право голоса, — я склонился в поклоне, пытаясь загасить полыхающую в груди злость. Меня решили обокрасть среди бела дня, и отец за меня вступаться не собираешься! Старший Герлон был сильнее, значит имел полное право отобрать мою награду и воспользоваться ею по своему усмотрению. Право сильного высоко чтилось в Империи. Мама даже интересное название этому дала — закон джунглей. По нему живут и люди, и звери — слабые должны подчиняться, сильные должны править. Выходцам из внутренних поясов мой духовный камень не требовался. Они просто решили отыграться на мне за то, что наставник заставил их проводить учебный бой с каким-то отребьем нулевого пояса.
Отец позволил себе эмоцию — он кашлянул, привлекая моё внимание. На душе даже гадко стало — неужели он решил, что я начну умолять старшего Герлона не трогать мою награду? Неужели отец настолько в меня не верит? Но короткое покашливание было единственное, что позволил себе Шурмил из деревни Калед. Предупредил сына, чтобы не бузил и ладно. Тем не менее я сумел заинтересовать старшего Герлона. Впервые за всё время он обратился непосредственно ко мне:
— Говори, младший.
— Мне неведомо, как надолго Небо свело наши дороги. Однако, если кто-то из ваших учеников мне проиграет, до конца нашего совместного путешествия он станет называть меня «старший Зандр» и выказывать почтение, склоняясь в поклоне. Слабый должен знать своё место.
Я, конечно, нарывался, но и отступать не хотел. Мама не так много рассказывала мне о жителях внутренних поясов, но одно я уяснил чётко — нас, нулёвок, они даже за людей не считают. Грязь под ногами! Выражение лица Дулина тому свидетель. Да, у меня отберут духовный камень — я не тешил себя надеждой, что смогу выиграть все три боя у отпрысков внутренних поясов. Особенно у Дулина с его габаритами. Тем не менее сам факт того, что проигрыш обяжет их обращаться ко мне как к старшему, может сыграть мне на руку. Врага нужно побеждать не только физически, но и морально.
— Принимается! — кажется, мне удалось порадовать старшего Герлона. На его лице появилась мимолётная улыбка. Он обернулся к тройке учеников, которых выбрал для боя — Тот, кто проиграет Зандру, до конца похода будет называть его старшим.
— Чтобы отпрыск рода Бао называл какого-то нулёвку старшим⁈ — тут же возмутился Дулин. — Моя семья живёт в третьем поясе, и мы никогда не назовём отребье из нулевого старшим!
— Младший Дулин желает опротестовать мои слова? — тихо спросил старший Герлон, однако от его слов у меня по всему телу побежал табун мурашек. Голосом даоса говорила сама смерть! Мне на плечи рухнула невероятная тяжесть, придавливая к земле. Ноги начали подкашиваться, но в этот момент я вновь услышал приглушённое покашливание отца. Стоять! Я должен стоять! На моих глазах ученики старшего Герлона начали заваливаться на землю. Вначале один, другой, вскоре все, кто не принимал участие в предстоящих боях, лежали на земле. На ногах оставались лишь тройка учеников. Возможно ещё отец, но обернуться я не мог — все силы уходили на то, чтобы не рухнуть на землю. В какой-то момент давление стало таким огромным, что мне даже голову было тяжело держать. Взгляд опустился к земле и неожиданно я ощутил невесть откуда взявшиеся силы. Тело привычно прекратило «жить» — никаких движений, стенаний и даже вдохов. Давление не исчезло, оно по-прежнему вдавливало меня в землю, но сейчас внешняя сила словно вода скатывалась с моих плеч и пропадала в земле. Во рту появился солоноватый привкус, мир сузился до пятачка земли под ногами, давление усилилось и в этот момент я услышал два негромких всхлипа — Дулин и Кармин рухнули на землю. Внешняя сила сразу исчезла, и я с таким облегчением выдохнул, что заслужил очередного покашливания со стороны отца. Кажется, только что мне добавили тридцать минут созерцания земли.