"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
– Начальство не ругается, что форму одежды нарушаешь?
– Нет, на девчонок не ругаются, только на мужчин-летунов. Но им труднее – еще и бриться нужно каждый день!
Она заливисто смеется, я тоже улыбаюсь. Странно, но на ее лице уже не видно той безысходности, с которой она сидела за столом во время своего одинокого обеда в ресторане. Надеюсь, что у меня получилось отвлечь ее от грустных размышлений. В моем саквояже есть несколько диковинных штучек, как раз для подобных случаев, но еще нужно крепко подумать, что может понадобиться именно сейчас. Ладно, до вечера время еще осталось…
В самом начале длинного коридора дорогу нам преграждает торчащая из стены железная труба. Диана приветливо кивает сидящему за толстым стеклом дежурному офицеру, тот улыбается и на что-то нажимает, труба отодвигается, давая летунье пройти. Я было двигаюсь следом, но железяка со скрипом возвращается на место, и раздается громкий голос дежурного:
– Уважаемый, вы к кому?
– У меня предписание, нужен полковник Федоров.
– Позвольте взглянуть на ваши бумаги…
Я не спорю, вытаскиваю из кармана сложенный пополам листок, свое личное удостоверение и подаю в небольшое окошко. Дежурный придирчиво, чуть ли не с увеличительным стеклом рассматривает документы, затем поднимает черную трубку внутреннего телефона и что-то тихо говорит. Закончив доклад, протягивает мне документы и сообщает:
– Вам на второй этаж, сейчас проводим… Давыдов! – Выскочившему из соседней двери солдату в парадной форме он приказывает: – Проводи господина к полковнику Федорову.
– Слушаюсь! – козыряет тот и поворачивается в мою сторону. – Пойдемте, прошу вас.
Мы идем до конца длинного коридора с нечасто встречающимися дверями, затем поднимаемся по отделанной мрамором лестнице на второй этаж. Почти сразу сопровождающий жестом показывает мне свернуть направо, затем стучит в массивную дверь.
– Войдите!
Мы входим в небольшой кабинет, где за письменным столом сидит офицер с капитанскими погонами. Все ясно, это адъютант его превосходительства. А, нет – там полковник, значит, всего лишь «их высокоблагородия».
– К его высокоблагородию полковнику Федорову, – докладывает сопровождающий, после чего сразу выходит.
– Ваше предписание, пожалуйста! – обращается ко мне капитан.
Какие могут быть вопросы, повторяю ту же процедуру, что и на входе. Адъютант рассматривает документы, причем особое внимание уделяет печатям – освещает их маленьким светильничком, свет которого имеет фиолетово-синий оттенок и еле заметен невооруженным глазом. Все верно, печати начинают сиять ярким блеском, хотя при обычном свете они просто синие. Убедившись, что я тот, за кого себя выдаю, он знаком просит меня подождать и, постучав, входит к своему начальнику. Через полминуты дверь открывается, и он приглашает меня внутрь.
Ну что ж, если ты видел кабинет одного начальника – значит, ты видел их все. Длинный стол с десятком стульев по обеим сторонам, упирающийся торцом в письменный стол начальника. По правую руку от господина полковника массивный телефон с фигурной трубкой, только изготовленный из чего-то вроде светлой слоновой кости, в отличие от простецкого телефона у адъютанта. «Ноблесс оближ», понятно… Рядом небольшой телефон темно-красного цвета, наверное, для прямой связи с начальством… Какая-то не очень толстая папка с бумагами, сейчас закрытая, чернильный прибор, вот и все. Напротив окон – рельефная карта нашего государства, занимающая всю стену. За спиной полковника – портрет нынешнего государя в парадной форме.
– Здравия желаю, господин полковник! Специальный агент…
– Здравствуйте, – прерывает он меня и показывает на ближайший к нему стул. – Давайте обойдемся без длинных прологов. О вашем прибытии мне сообщили заранее. Перед отправкой вам должны были предоставить всю информацию, которая у нас имелась на тот момент.
– Да, но я бы хотел узнать все из первых рук, как говорится.
– Тогда лучше все показать на карте…
Он поднялся из-за стола и подошел к стене. Взяв указку, стал показывать:
– Две недели назад взлетевший с нашего аэрополя «Дракон» взял курс на восток, следуя обычному маршруту. Связь с ним была вот до этой точки… – он ткнул в один из пунктов, расположенных примерно в сотне верст от места взлета. – Над следующим аэрополем он так и не появился. Ждать его перестали, когда по времени стало ясно, что кончилось горючее. Как вы сами знаете, без него «Дракон» может только недолго планировать и садиться. На поиски высылали спасательный дирижабль, но обнаружить ничего не удалось. Летунья тревожных сигналов с места возможной посадки тоже не подавала.
Сделав паузу, он посмотрел на меня, оценивая реакцию, затем продолжил:
– Неделю назад пропал второй «Дракон». Если первый вез застрахованный коммерческий груз, то в этот раз среди мешков был особый пакет спецпочты. Вы ведь хорошо знаете, что это такое?
– Да. Это документы, которые ни при каких условиях не должны попасть в чужие руки. Летуны знают, что делать в случае вынужденной посадки. Только…
– …успела ли она привести в действие зажигательное устройство? Да, именно из-за этого у нашего штаба вся головная боль. Скажем так – если эти документы попадут за границу, большой скандал гарантирован. Причем такой, после которого и до разрыва дипломатических отношений не так уж и далеко. А завтра…
– Должен состояться очередной вылет, как я понимаю? И скорее всего, с отсылкой документов, по ценности равных пропавшим? Странно, почему бы не отправить их поездом? Ведь за неделю все уже бы и так дошло.
– Поездом и отправили дубликаты, на «Драконе» были документы, которые сейчас уже утратили срочность. Но для разведки сопредельных государств, впрочем, и не только их, они не перестали представлять огромную ценность.
– А когда-нибудь раньше подобное случалось?
– Нет, вы же сами знаете, что эти аппараты невозможно перехватить во время полета.
– Даже с помощью таких же?
– Насколько мы знаем, нет. С той стороны рядом с границей не строили аэрополей, и наша пограничная стража не замечала никаких полетов. Некому там летать. Следящих полей тоже не было.
– Кто это проверял?
– Наши специалисты. У них есть все, что для этого требуется.
– А почему тогда вызвали меня?
– Вас нам рекомендовали как одного из лучших агентов, раскрывающих все дела, в которых была замешана магия.
– Вы думаете…
– Скажем так – мы не исключаем эту возможность. Приказ о вашем пропуске на аэрополе уже отдан, просто назовете себя охране. Вас будут ждать завтра утром. Хотите узнать что-нибудь еще?
– Пожалуй, нет. Разве что прошу вашего разрешения на знакомство с летунами. С любыми, если сочту это необходимым для дела.
– А вы не так просты… – полковник с хитрым прищуром посмотрел на меня.
– …А также – с любым наземным персоналом.
– В этом вас никто не ограничивает. Делайте все, что необходимо, но помните – потерять еще одного «Дракона» нам нельзя! Даже если у пилота вдруг поднимется температура из-за обычной простуды – это уже подозрительно. Тем более что такой аппарат у нас остался только один, замену потерянным пришлют из столицы не раньше чем в следующем месяце.
– То есть через две-три недели… А по электрическому телеграфу связь у вас есть?
– Да, но мы не можем передавать по ней совершенно секретные сведения. Да и работает она через пень-колоду, если говорить честно. Поездом – медленно, грузовым дирижаблем – не всегда возможно из-за сильных ветров на маршруте. До недавнего времени самым надежным видом связи у нас были эти самые летуньи на «Драконах». Сейчас осталась только одна…
– Считайте, что я уже два часа занимаюсь этим делом. Завтра утром буду на аэрополе, провожу вашего летуна в полет.
– Хорошо, как проводите – сразу езжайте ко мне. Пропуск в штаб возьмете прямо сейчас, у моего адъютанта. Все, работайте.
– Честь имею, господин полковник!
– Удачи вам!..
Забрав у адъютанта жесткий прямоугольник картонки-пропуска, украшенный сразу несколькими печатями и ярко-красной полосой по диагонали, иду к выходу из штаба. Эх, нужно было уточнить у капитана, сколько времени требуется, чтобы добраться до местного аэрополя… Но возвращаться совсем не хочу, поэтому мысленно машу рукой и прохожу мимо стеклянной стены, за которой все так же бдит зоркий дежурный по штабу.