"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Что еще за тмища такая?
— Темное излучение, — ответил более начитанный, чем «Чапай», Борисов.
— С вами не соскучишься… — пробормотал я. — И что из этого следует?
— Мы с ней больше не будет заниматься, — подытожил Фирсов.
— Ясно! — кивнул я. — А — со мною?
— С вами будем, — ответил Перфильев-младший.
— Тогда марш в спортзал!
И они дружно рванули в спортзал. Построились. Я скомандовал разминку. А у самого из головы не шел только что состоявшийся разговор с пацанами. Вот как их понять? Да ладно — понять… Ведь если они объявят гражданке Шульц-Эглите бойкот в открытую, та настучит начальству и… Хрен знает, какие меры оно примет. Вряд ли станет уговаривать. А любые жесткие меры вызовут у моих подопечных острое желание держаться от этого «старого» мира как можно дальше. Я вспомнил бантики на косичках, которые мне примерещились в подземелье и меня поневоле передернуло.
— Стоп! — сказал я школярам, которые продолжали заниматься разминкой. — Садитесь. Есть разговор.
Восьмиклашки расселись по длинным скамейкам, расставленным вдоль стен, а я, заложив руки за спину, принялся прохаживаться вдоль и поперек, собираясь с мыслями.
— Вы хоть понимаете, что Илга Артуровна занимается с вами не просто так? — спросил я. — Не потому, что ей больше нечем заняться. Она получила соответствующее задание от Академии наук. На работу с вами были выделены государственные средства…
— Александр Сергеевич! — с места выкрикнул Константинов. — Можно мне возразить?..
  
Глава 8
 
— Говори, конечно! — пробурчал я, хотя и не был доволен тем, что меня перебили.
— Не нужно нас совестить, Александр Сергеевич, мы не просили, чтобы на нас ставили эти опыты и тратили для этого государственные деньги. Это все придумали взрослые. Пусть они и отвечают.
— Интересная позиция. А вы как бы и не причем?
— Мы сделали, что могли, но мы не можем стать теми, кем должны, по мнению Илги Артуровны и ее руководства.
— Ладно. Я вас и не уговариваю. Я хочу знать, что вы сами о себе думаете?
— То же, что и вы о нас, — подал голос Перфильев-младший. — Мы не виноваты, что родились такими, а раз уж так случилось, то не мешайте нам жить так, как нам приходится жить.
— Да никто вам и не мешает… — отмахнулся я, понимая, что разговор бесполезен.
Все равно, что уговаривать щенка не становиться взрослым псом или гусеницу не превращаться в бабочку. Вот же угораздило меня стать учителем у этих упрямых гусениц! Хотя, наверное, в этом и заключается смысл моего перемещения в тело молодого, здоровенного физрука. Если верить «Меморандуму Третьяковского», моя миссия заключается в прокладывании путей таким, как эти непричесанные нагуали. Вот только бы еще знать, куда я должен проложить этот путь? В Новый Мир? Так туда они и без меня угодят, чтобы под этим ни подразумевалось.
Прозвенел звонок и я отпустил класс. Поплелся в учительскую за журналом следующего класса. Здесь меня застал звонок Вилены.
— Привет! — сказал я ей. — Как твои дела?
— Здравствуй, Саша! У меня все хорошо. Ты не мог бы к нам подъехать сегодня?
— Могу. А по какому поводу?
— Ну родители хотят поговорить о нашем с тобой будущем.
— Вот как! Ну что ж, подъеду.
— Часиков в семь, хорошо?
— Договорились.
Я положил трубку. Без меня меня женили. Наверняка инициатива принадлежит Аглае Мефодьевне. Это будет даже забавно послушать, что она скажет. Скорее всего, начнет расписывать, как замечательно мы заживем с ее дочуркой сначала в средиземноморском круизе во время свадебного путешествия, оно же — медовый месяц. Потом — в трехкомнатной, как минимум, кооперативной квартирке, которую выделит тесть, но оплаченную, разумеется, зятем. А там и уютную трехэтажную дачку в престижном поселке заведем. Ну или все то же самое, но в столичном регионе.
По окончанию уроков, я направился домой, принять душ и переодеться. Севка, как всегда, удрал с однокашниками. Я даже не стал спрашивать, что они на сегодня затеяли. Должна же и у меня быть личная жизнь! Приобретя вполне светский вид, я снова сел в «Волгу», но поехал не сразу к Воротниковым, а заскочил в кулинарию за тортом. Купил самый пышный и дорогой. Затем еще и в магазин «Цветы» заглянул. Купил розы для невесты и гвоздики для потенциальной тещи. И третий заезд — за коньяком для вероятного тестя. В общем, все честь по чести.
  
Дверь мне открыла Вилена. На ней было белое платье с пышным воротником и оборками по подолу. Я вручил ей розы и торт, за что был награжден поцелуем. Разуваться я не стал, снял только куртку. Невеста проводила меня в гостиную. Там уже я вручил букет Аглае Мефодьевне, а бутылку — Игорю Трофимовичу. Удостоившись благодарности родителей невесты, был приглашен за стол. Надо сказать, что Воротниковы постарались не ударить в грязь лицом. Гусь, запеченный с яблоками, пирог с капустой, бутерброды с красной икрой, заливная рыба, не считая колбасы, сыра, свежих овощей, оливье и селедки под шубой.
Обычным гражданам потребовалось бы не мало усилий, чтобы собрать на такой стол. И дело даже не в деньгах — нужно иметь связи, по другому — блат. Глава семейства откупорил пару бутылочек, следуя принципу — мужикам покрепче, бабам послаще. Хозяйка выложила мне на тарелку гусиный бок, предложила салатики и закуски. Я благодарно кивнул. Жрать хотелось ужасно. Однако пришлось ждать, покуда Игорь Трофимович произнесет длинный, путанный тост. Наконец, участники застолья опрокинули в себя спиртное и накинулись на жратву. Когда первый голод был утолен, последовал второй тост, от Аглаи Мефодьевны.
— Я предлагаю выпить за то, чтобы наши дети были счастливы! — произнесла она, попутно меня усыновив.
— Мама! — воскликнула ее дочь. — Мы пока еще ничего не решили!
— А что тут тянуть⁈ — простодушно спросила Воротникова-старшая. — Вот сейчас и все и решим.
— Правильно! — подхватил ее муженек. — Сели рядком, значит и погорим ладком!
И он с воодушевлением хряпнул. Я — тоже. Дамы пригубили и отставили бокалы в сторонку. Потенциальная теща опять взяла слово, но уже не для того, чтобы произнести тост.
— Я уже обо всем договорилась, — сообщила она. — Свадьбу сыграем в «Космосе». Пригласим Максима Петровича с супругой, Валерия Павловича с женой и сыновьями, Рустама Алиевича с дочерьми… — последовало перечисление еще двух десятков имен. — Нужно будет заказать оркестр из филармонии. Эти ресторанные лабухи не умеют играть на солидных свадьбах. Вы, Саша, тоже пригласите ваших родственников. Маму, конечно, ну и очень хотелось бы увидеть вашего весьма уважаемого дядю.
— Мама! — снова постаралась остановить ее Вилена. — Ты слишком торопишь события.
— Далее! — продолжала Аглая Мефодьевна, которую вряд ли смог бы остановить даже бульдозер. — Я договорилась в «Спутнике», чтобы вам отложили путевку на круиз по Средиземному морю. Югославия, Греция, Кипр, Мальта… Монтенегро, Афины, Лимассол, Валлетта… Ах, как звучат эти названия… Вы проведете чудеснейший медовый месяц…
— Мама, у Саши может не оказаться времени, — все еще сопротивлялась ее дочь.
— Времени? — удивилась маман. — На то, чтобы провести несколько чудесных недель с молодой супругой⁈ Я все узнала! У школьных преподавателей длиннейший отпуск. Он длится практически все лето!.. Полагаю, что и твое комсомольское начальство не откажет тебе в летнем отпуске.
Вероятный тесть мне подмигнул и втихаря наполнил рюмашки. Мы с ним молча чокнулись, накатили и я подмел все, что у меня было на тарелке. Вилена подложила мне заливного и придвинула тарелку с бутербродами. А Воротникова-старшая продолжала строить планов громадьё:
— Я поинтересовалась в отделе жилищно-коммунального хозяйствами габаритами вашей нынешней квартиры, Саша! Дом, конечно, хороший, но две комнаты — это мало! Ну пока вы будете вдвоем, может вам этого и хватит, но когда пойдут детишки…
— Мама! — в который раз крикнула ее дочь, заливаясь краской до корней волос.