"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Она положила трубку и снова уставилась на меня. Причем — с таким видом, словно оправдались ее самые худшие подозрения.
— Ну что ж, Александр Сергеевич, — проговорила директорша, — все верно… Людочка, — обратилась она к молодой, — подготовьте документы восьмиклассника Перфильева… Жаль расставаться с мальчиком, прилежный ученик, правда, поведение оставляет желать лучшего…
Я усмехнулся:
— Дерется?
— Ах, вы это уже знаете?
— Знаю… А вы знаете — почему?
— Ну-у мальчики в таком возрасте…
— Дразнят его здесь у вас. Из-за отца, которого, вполне возможно, осудили несправедливо!
Все трое уставились на меня, как будто я произнес бог весть какую ересь.
— У нас, товарищ Данилов, не могут осудить несправедливо, — назидательно произнесла дама среднего возраста, видать, завуч.
Ответить я не успел. Потому, что дверь распахнулась и в директорскую стремительно ворвалась миниатюрная эффектная брюнетка.
  
Глава 12
 
— Ну все, девочки, — сказала она. — Все увидела, со всеми поговорила, пойду я на автобус. Может быть, успею еще на девять тридцать.
— А вот этот молодой человек, наверное, сможет вас подвезти, Роза Марковна, — сказала директриса. — Верно, Александр Сергеевич?
— Конечно, — кивнул я.
Неужели, я вижу гражданку Винтер? Очень удачное совпадение.
— Буду рада! — сказала она и кокетливо стрельнула в мою сторону глазами.
Я поднялся, протянул ей руку.
— Данилов!
— Винтер! — откликнулась она.
Ну что ж, моя догадка оказалась верной.
— Если хотите, вы можете подождать меня в моей «Волге», — сказал я. — Там сидит мой ученик. Вдвоем вам будет веселее.
— Хорошо! — улыбнулась она. — До свидания, девочки!
Заведующая учебной частью школы №19 города Литейска помахала присутствующим «девочкам» ручкой и вышла. Я дождался, покуда секретарша оформит документы Севы Перфильева-младшего. Директорша расписалась, где требовалось, поставила печать и вручила мне личное дело моего нового ученика. Я тоже сделал «девочкам» ручкой и отбыл. Винтер ждала меня возле машины, курила, пуская сигаретный дым по ветру. Увидев меня, заулыбалась, отворила пассажирскую дверцу, неторопливо уселась, продемонстрировав свои весьма аппетитные коленки.
Сев за руль, я осторожно развернулся — все-таки рядом школа — и направился к выезду из поселка. Винтер сидела рядом, время от времени поглядывая на меня, но делала вид, что интересуется моим юным спутником. Задавала ему разные наводящие, вполне себе учительские вопросы — про любимые предметы, чем увлекается помимо учебы, кем собирается стать и так далее. Перфильев-младший отвечал охотно. Видать, эта разбитная завучиха ему нравилась.
Увы, пришлось разлучить их. Когда мы приехали в Литейск, я высадил Севу возле нашей с ним школы, вручив ему его же документы и велел отнести их Раечке, а потом — топать на уроки. Пацаненок нехотя выбрался из салона. Понятно, думал, наверное, что сегодня у него будет законный прогул, но не вышло. Винтер сердечно с ним попрощалась и выжидательно посмотрела на меня. Уж не знаю, на что она рассчитывала, но явно не на то, что услышала от меня.
— Роза Марковна! — обратился я к ней. — Мне нужно с вами поговорить. Вы не очень торопитесь?
Все еще не понимая моих истинных намерений, она многообещающе улыбнулась и проговорила:
— На сегодня я совершенно свободна!
— Тогда я приглашаю вас на завтрак в ресторан «Космос».
— С удовольствием! — откликнулась Винтер. — Никогда еще не приходилось завтракать в ресторане. Если не считать ресторана на теплоходе «Степан Разин», когда ездила в турпоездку прошлым летом.
— А я вот с детства мечтал проплыть по всей Волге, — поддержал я разговор, трогаясь с места.
— Так в чем же дело? — удивилась собеседница. — Навигация открылась. С Речного вокзала регулярно отправляются рейсы до самой Астрахани.
— Будут свободные денечки, обязательно.
Мы подъехали к «Космосу». Я помог Леди Винтер, как ее наверняка за глаза называют учащиеся, выйти из автомобиля, а в гардеробной — снять коротенькое пальто. Пока она прихорашивалась у зеркала, подошел метрдотель. Я ему сказал, что нам требуется отдельный кабинет. И он нас проводил в один из таких закутков. Роза Марковна завтракала скромно — омлет «Луна», блинчики с вареньем «Круговая орбита», шоколадный коктейль «Восход». Я и вовсе ограничился кофе с пирожным. У меня и так уже третий завтрак на сегодня. Эдак не долго и форму потерять.
  
— А ведь я слышала о вас, Александр Сергеевич, — заметила Винтер, постреливая карими глазками. — Вы своего рода знаменитость в городе.
— Значит, вы знаете, что руковожу экспериментальным классом? — спросил я в лоб и добавил: — Как и вы, когда-то…
Игривая улыбка сразу сползла с ее лица.
— Об этом мне не хотелось бы вспоминать, — проговорила завуч девятнадцатой школы.
— Почему?
— Это длинный и не слишком приятный для меня разговор.
— Вы же сами сказали, что совершенно свободны сегодня. Мы можем сидеть здесь хоть до самого вечера. Закажем обед, потом — ужин…
— Зачем вам это нужно?
— Затем, что я руковожу аналогичным классом, только состоящим из одних мальчиков.
— Вас же сняли недавно с классного руководства…
— А это неважно. Они мои пацаны и я никому не позволю ломать им жизнь. Вот потому я и должен знать, что случилось с вашими девочками?
— А почему с ними должно было что-то случиться?
— На днях я возвращался из пансионата «Загородный». Дело было на рассвете. Солнце еще не поднялось, но уже стало светло, только все вокруг затянуло туманом… Вдруг вижу, стоят у телеграфного столба трое. Мальчишка, девчонка — обоим лет по тринадцати, а с ними тип какой-то, худющий и длиннющий. Пацан оказался моим двоюродным братом и по совместительству — учеником восьмого «Г» Володькой Борисовым, девочка назвалась Таней, а вот тип… Он в буквальном смысле растворился, словно и не было его… Я детишек затолкал в машину и покатил к городу. Спрашиваю ребятню, что они делали в такую рань за городом? Говорят, вступали в контакт с некими тонким человеком. Кто он такой? — интересуюсь. Учитель — говорят. Не школьный, а который учит ВСЕМУ — с большой буквы… Потом Таня попросила остановить машину, дескать, приехала уже. Я тормознул, а она шмыг из салона и скрылась в тумане. А вокруг ничего нет — поля да болота. У брата любопытствую, где эта Таня обитает? А он говорит — в интернате… Я узнавал, нет за городом никаких интернатов… Что скажете?
Вместо ответа сотрапезница полезла в сумочку и вынула фотографию. Протянула мне. На ней был запечатлена группа девочек во главе с женщиной. Женщину я сразу узнал. Это была чуть более молодая Роза Марковна Винтер. А вот девочек видел впервые… Или…
— Посмотрите внимательно, — сказала завуч школы №19. — Никого не узнаете?
— Кроме вас, — проговорил я, — во втором ряду третья слева, если не ошибаюсь, та самая Таня.
— Все верно, — кивнула моя сотрапезница. — Татьяна Петровна Савватеева, тысяча девятьсот шестьдесят третьего года рождения.
— Следовательно, сейчас ей должно быть восемнадцать лет.
— Должно быть, — вздохнула Роза Марковна, — но не обязательно…
— Как же это может быть?
— Не знаю… С этим классом все было очень странно
— Расскажите…
— Расскажу, только закажите бутылочку чего-нибудь бодрящего, — сказала Винтер. — Понимаю, что пить с утра, в начале рабочей недели это аморально, но совсем на трезвую голову об этом не расскажешь…
Отогнув занавеску, я поманил пальцем официанта и попросил его принести коньяку, шоколаду и фруктов.
— А вы щедрый, — усмехнулась завуч из девятнадцатой, когда я разлил коньячок по рюмкам. — Щедрый, молодой, спортивный, добрый, талантливый педагог… Признаться, я не верила этим слухам, уж слишком они похожи на сказку… А теперь вижу — все правда…
— Так что с случилось с твоим классом, Роза?.. — ненавязчиво перейдя на «ты», спросил я.