"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
Пока я висел на телефоне, Курбатов, оказывается, умотал на кухню, наполнил чайник водой из крана и поставил на плиту, кипятить воду. Ну да, я же обещал чувака накормить… Порылся в холодильнике, обнаружил в нем две кастрюли: одну с супом, другую с отварной картошкой. Были еще сосиски. Поставил сковородку, зажег конфорку под нею, налил растительного масла.
Порубил сосиски и картошку на дольки, и все это сгреб с разделочной доски в сковородку. Обжарив получившуюся смесь и заварив чаю, я накрыл на стол. Словом, делал вид, что все у меня нормально. Ну принес коллега телефон, мы проверили его работу и теперь собрались перекусить и поболтать. Жаль выпить нечего… Да и нельзя… В восемь часов секция. Пацаны придут, а значит я не имею права не прийти. Что бы на самом деле Илга сейчас ни вытворяла…
Трудовик поел, поблагодарил и усвистал. Я взглянул на часы. Двадцать минут восьмого. Пора было идти в школу, вести занятия секции. Я бы все равно сорвался из дому, даже если бы никакой секции не было, только пока не решил, поеду ли разыскивать Илгу или подожду, покуда она вернется? Ведь я не обязан верить этому Сильвестру Индустриевичу!.. Ясно же, что он хочет мне отомстить и при этом ссыт сделать это по-мужски, вот и решил, гнида, поссорить меня с Илгой.
Ну что ж, правду я выясню, и если эта ОБХССная вошь брешет, пусть пеняет на себя. Я не терпила, чтобы спускать такое оскорбление. Да, Шурик, часть души которого все еще живет во мне, может и попытался бы решить дело миром, но я не он, у меня на таких, как этот Киреев, завсегда кулаки чешутся… Нет, ждать возвращения Илги я не буду, лучше поеду и разберусь на месте.
В школу я вошел ровно в восемь вечера. Пацаны уже собрались. Переодевались в раздевалке в самбовки и шорты. Я подозвал Красильникова — самого рослого, умного и дисциплинированного из всех в секции.
— Послушай, Вадик! — сказал я ему. — Мне нужно отлучиться на часик. Ты же помнишь, чем мы занимались в прошлый раз?
— Помню, — сказал тот.
— Вот и позанимайся с ребятами.
— Хорошо, только вы им сами скажите об этом.
Я построил пацанов в спортзале и сказал, что во время моего отсутствия руководить занятиями будет Красильников. А потом метнулся на улицу, где уже было мало людей и машин, но мне повезло тормознуть частника, который согласился за пятеру подбросить до дома восемнадцать по Речной улице. Честно говоря, поступок мой нельзя было отнести к разряду обдуманных. Ну где я найду в трехэтажном доме человека, не зная, в какой именно квартире тот пребывает? Не говоря уж о том, что Илга могла уже закончить свои «дополнительные занятия» и отбыть домой.
Все это так, но меня неудержимо тянуло к этому дому, как преступника — на место преступления. Хотя в моем случае — это было скорее место подвига. Машина притормозила возле уже знакомого мне дома, я расплатился с водилой и вылез из салона. Посмотрел на фасад здания. Некоторые окна светились, а некоторые были темны. Мне даже почудилось, что расположение освещенных и темных окон было точно таким же, как и в первый раз, но это уже следствие одолевавшей меня злости.
Самым лучшим способом отыскать в этом клоповнике жену, мне представлялся поквартирный обход. Звонить в каждую дверь и спрашивать — нет ли у вас Илги Артуровны? Большинство пошлет меня подальше, но если Илга и в самом деле частным образом занимается с каким-нибудь дефективным ребенком, то ни ей самой, ни ее нанимателям скрывать нечего. Правда, я пока не решил, что скажу Илге, когда она выйдет и поинтересуется, зачем я ее искал? Скажу, что не хрен отлучаться по вечерам, не предупреждая! А если она была здесь и уже уехала, мне так и скажут. Я еще посмотрю, кто мне это скажет. Если мужик какой-нибудь, пусть пеняет на себя…
В доме было всего два подъезда и вряд ли больше четырех квартир на этаже. Итого — двадцать четыре квартиры максимум! Пустяки… Я пересек двор и вошел в ближайший подъезд. На первом этаже оказалось не четыре, а три двери, ведущих в квартиры. Если и на двух последующих столько же, то задача моя упрощается. Плохо только, что с освещением в подъезде туговато. На первой площадке вообще не было лампочки. Жиденький свет сочился сверху.
И спичек у меня нету. Я пошарил по косякам первой двери и стенам справа и слева, и не обнаружил кнопки звонка. Тогда постучал костяшкой согнутого пальца по филенке. Прислушался. Из-за двери не раздалось ни звука. Решил, что время еще детское и я вряд ли кого-нибудь разбужу, и бухнул кулаком. Второго удара не потребовалось. Дверь неожиданно отворилась вовнутрь. Решив, что это приглашение войти, я перешагнул через порог. В темной прихожей не видно было ни зги.
— Эй! — окликнул я. — Есть кто дома?.. У вас дверь не заперта!
Голос мой гулко отозвался в пустоте. Я сделал осторожный шаг вперед и тут же стукнулся коленкой о какое-то препятствие. Зашипел от боли и принялся ощупывать помеху руками. Похоже, я наткнулся на опрокинутую этажерку. Какой же я идиот! Сразу надо было сообразить, что квартира пуста, жильцы съехали. Да и судя по запаху, который я сгоряча не почувствовал, сюда захаживали желающие опорожниться, но стесняющиеся сделать это на улице. Я спешно выскочил обратно в подъезд.
Нет, надо поступить более рационально. А именно — ломиться только в двери тех квартир, окна которых освещены. Я вышел во двор, посчитал количество желтых прямоугольников и их расположение. Недостаток этого плана заключался в том, что я не знал выходят ли окна квартир только на одну сторону дома? Во всяком случае, в том подъезде, где я уже обмишулился, светилось только одно фасадное окно — на втором этаже. И я решил сначала постучаться в квартиру, которой оно могло принадлежать.
Вернувшись в темный подъезд, я поднялся по скрипучим деревянным ступеням и подошел к двери, за которой предполагалось наличие живых людей. На втором этаже было светлее, ибо площадка освещалась одной слабенькой лампочкой. Обнаружилась и кнопка звонка. Я нажал на нее и услышал отдаленную трель. Через несколько мгновений послышался и голос, кажется, спрашивали «Кто там?». Глупо орать через дверь, но отступать было поздно.
— Простите! — как можно громче произнес я. — А Илга Артуровна не у вас?!
Приложил ухо к филенке, чтобы расслышать ответ и до меня донеслось: «…ая проку… тура?..». Повторять вопрос я не стал. Ясно, что скорее всего Илги в этой квартире нет. Надо попробовать постучаться в другие двери. Насколько я заметил, у второго подъезда было больше освещенных фасадных окон, если я, конечно, не ошибся с их принадлежностью. Несмотря на фиаско с двумя квартирами, нужно было попытать счастья с остальными. Я повернулся к неотворившейся двери спиной и шагнул к лестнице. И когда позади прозвучали шаги, спускающегося с третьего этажа человека, я даже не оглянулся. А зря!
— Саша?
Я обернулся. Илга. В плащике и шляпке. Точно такая же, какая уходила утром. А я чего ждал? Что она будет все в засосах, с размазанной косметикой и в помятом платье?.. Разогнался! Если баба тебе изменяет, по ее внешнему облику ты этого никогда не узнаешь. И в глаза смотреть бесполезно. Они будут кристально чисты и непогрешимы. Вот как сейчас у Илги.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она.
— Не поверишь — тебя ищу! — усмехнулся я. — Ты же не предупредила, что опять задержишься?
— Я думала, что у тебя сегодня секция, вот и не стала предупреждать.
Что тут скажешь?.. Логично… Но я еще не остыл.
— Меня не предупреждаешь, а капитану Кирееву доложила?
— Какому капитану Кирееву? — искренне удивилась Илга.
— Такому… Он ведет дело, по которому меня тягают…
— Да, теперь припоминаю… Только почему я должна ему что-то докладывать?..
— Вот и я думаю — почему?..
— Саша, что происходит?
— Я просто хочу знать, где ты проводишь время по вечерам?
— В основном дома, но два раза в неделю здесь, — она показала рукой на окна третьего этажа. Мы уже спустились на первый этаж и вышли на улицу. — В двенадцатой квартире живет семья Цыгановых, — продолжала Илга. — У них мальчик, Кирюша, пяти лет. Славный парнишка, но у него ДЦП…