"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

С процессом очистки, на самом деле, вообще всё было на уровне подсознания. Изначально я планировал провести её в поле, подальше от любых населённых пунктов. Но, стоило начать это воплощать, иглы между лопаток тут же этому воспрепятствовали. Пришлось тащить тушу в Бристон, проталкивать её к Первородной Душе и заниматься Леогом и Альтаей, превращая их в серебряных зародышей бога. Потом был карлик и моё ощущение, что его нужно добавить к гармонии. Туда, где когда-то возвышались страшные плотины. Потом ощущение необходимости полного сопряжения. Куча всего другого. В общем, не очистка, а какая-то работа на ощущениях, где не существовало ни одного разумного обоснования происходящему. Но, как говорила Вилея, по-другому мы и не работаем.
Первородная Душа позволила стабилизировать высвободившуюся энергию и, наконец, тело бронзового бога окончательно ушло в небытие. Витающая в воздухе мощь выглядела страшно — тончайшая из нитей была толщиной с моё тело. До поры до времени мне удавалось отклонять силу от нас с Вилеей, так как пришло чёткое понимание — если хоть один поток коснётся нас, мы умрём. Быстро и ярко, забрав с собой весь Бристон, что находится на территории мира людей. Причём не только весь Бристон, но и всех существ, что здесь обитают. В какой-то момент даже мелькнула предательская мысль о том, чтобы отправить всю силу в Первородную Душу и не творить хаос, но я от неё тут же отказался. Дилайла не станет терпеливо ждать, когда мы с Вилеей подрастём и сможем дать ей бой. То, что она вот уже неделю ничего не делает, является настолько невероятным подарком, что не воспользоваться им у нас права нет. Поэтому отступать уже поздно. Нужно довериться ощущениям.
В чём отличие между этапами зародыш бога и бог? В первом случае присутствуют некие органы, отвечающие за возвышение, во втором органов уже нет, потому что само тело является этим органом. Причём не имеет большого значения тип этих самых органов — реальные они или сопряжённые. Главное их наличие. Пока есть органы — назваться богом мы не сможем. Значит что? Правильно — значит их нужно преобразовать! Объединить. Смешать. Сделать единым целым!
Вот оно! Единое целое! Идущие к бессмертию проходят долгую трансформацию, переходя от одного этапа возвышения к другому. Те, кто не смог трансформироваться сам, получают блок возвышения. Те, кто сумел победить свои ограничения, становятся сильнее. Вот только чем выше этап возвышения, тем сложнее трансформация. Богов мало не потому, что Император ограничивает их количество. Это тоже, но основная причина в том, что не всем дано трансформировать существующие органы во что-то новое. Распределить их по всему телу, заставляя работать каждую частичку. На такое способны единицы, но те, кто всё же сумел перебраться на этот этап, оперировали энергией на совершенно ином уровне. Им не требовалось пропускать силу через меридианы, ядра. Они просто черпали её в себе, выпуская наружу. Не было техник этапа бог. Была сила этапа бог!
Наверно, стоило задаться этим вопросом до того, как я запустил очистку, но хорошо быть умным задним числом. Поэтому рассуждаем дальше. Как за несколько часов, дней или даже недель сделать то, на что у других уходят тысячелетия? Считается, что богом нельзя стать мгновенно, вот только Император и Король опровергают эту теорию. Что произошло во время их преобразования? Им помогало существо, своим телом пронзившее два мира! Оно отдало им свою энергию, закинув сразу на максимально доступный ранг возвышения. Мне такого не нужно, но не воспользоваться помощью «друга», когда он сидит рядом — преступление. Отступник должен отработать слитую Дилайле информацию. Так пусть работает!
Все эти мысли промчались у меня за доли мгновения. Даже поразительно, что такие длинные умозаключения потребовали так мало времени. Ладно, вру — это я уже сам пытался обосновать то, что делали в этот момент руки. Позабыв о том, что я обещал Лису, я связывал отступника с двумя осколками Первородной Души. С теми, что находятся в мире людей и мире демонов. Без этой связи направлять силу в карлика нельзя. Почему? Да потому что! Откуда я знаю, почему… Но, стоило появиться последней нити, как меня пронзило ощущение правильности. А следом за этим ощущением карлик выгнулся, пронзённый могучим потоком силы. Наконец-то я ослабил контроль, убрал защитные формации и высвободившаяся из бронзового бога сила, что кружилась у Первородной Души, нашла свою жертву.
  
Не знаю, что там происходило с карликом — я перестал отвлекаться на него в тот момент, когда из груди отступника ударил радужный луч силы. Он был не таким мощным, как тот, что входил в карлика — часть энергии уходила через созданные мной связи в Первородные Души. Но и той, что отправлял в меня бывший библиотекарь, хватало с избытком — меня словно в ледяную прорубь окунули. Дыхание перехватило, мысли улетучились, начала нарастать боль. Лишь чёткая уверенность, что теперь у меня всё получится, никуда не девалась. Именно она позволяла сохранить разум. Именно она позволяла выжигать сопряжённые меридианы и ядра, превращая их в чёрную пыль. Всё то, что создавалось через боль и страдания, я выжигал, даже не пытаясь думать, почему это получается. В обычном состоянии энергия Ци не может влиять на сопряжённую, приходится прокручивать её через свои тела. Но, если я пропустил бы всё то, что высвободилось после повелителя глубин в себя, превратился бы в чёрную пыль вместе с Вилеей. А так отступник своими страданиями искуплял свою вину передо мной и всем миром, а также платил за единение с кристаллами.
Всё, что происходило дальше, запомнилось мне мелкими обрывками. Вот меридианы и ядра превратились в пыль. В сопряжённую пыль! Вместо того, чтобы опасть на пол и исчезнуть, она кружила между мной и Вилеей. Бьющая из карлика радужная энергия каким-то образом полностью растворялась в этой пыли, постепенно вынуждая её принимать форму двух лежащих друг на друге тел. Чем больше энергии вливалось, тем чётче тела становились, обретали плотность. Переход из состояния «пыль» в «камень» произошёл скачком. Он совпал с безумным криком карлика, доживающего свои последние мгновения. Несмотря на все предосторожности, энергия бронзового бога заживо сжигала тело отступника. Пришлось переключать энергию на себя, но теперь, как два сопряжённых тела обрели плотность, это оказалось достаточно легко сделать. Карлик потерял сознание, а вместе с ним едва не отправилась в забытьё и Вилея — она ошарашенными глазами смотрела на изменения нашей гармонии. Там, где когда-то находилось шесть бескрайних озёр, по три на каждого из нас, появилась исполинская скульптура, впитав в себя всю воду, словно губка. Скульптура изображала двух обнажённых людей, лежащих друг на друге в максимальном физическом контакте. Причём максимальном — это именно максимальном, в том, которое у нас получается только во время единения. Не узнать этих людей возможности не было — неизвестный скульптор идеально передал наши с Вилеей тела.
В скульптуру входило два чудовищных потока энергии, продолжая трансформировать ошеломительное творение. Тела уплотнялись, светились, становились ещё больше, грозясь поглотить собой вообще всю нашу гармонию. Останься сейчас те плотины, что пугали меня на заре нашего возвышения, их бы просто раздавило новой силой. У богов не может быть ограничений в развитии. Потому что они идеальны.
Момент, когда статуи обрели жизнь, я упустил. Просто осознал, что фигура в форме Вилеи начала ощущаться живой. Точно также, как это происходило с бронзовым богом. Статуя не дышала, у неё не билось сердце, но вливающиеся потоки силы сотворили какое-то чудо, оживив статую. Точнее, только половину статуи — на меня высвободившейся из бронзового бога силы не хватило. Причём не хватило, как мне казалось, сущей малости. Казалось, потяни её из Первородной Души, как всё встанет на свои места, однако стоило так сделать, как меня едва не скрутило от отвращения. Сила, что шла от кристалла, была… грязной? Неправильной. Запятнанной. Я мог пропустить через себя всю силу Первородной Души, но оседало на мне от силы десятая её часть. Всё остальное уходило обратно, в кристалл. Причём этот процесс очистки был таким омерзительным, что всего через двадцать минут мне пришлось его оборвать, чтобы не сойти с ума от отвращения. Казалось, что мне приходится ковыряться в чьём-то трупе, выискивая куски ещё не разложившегося мяса.