Грань (СИ)

- Испачкался, - просто пояснил Учиха, подцепляя пальцами засохшую корочку чужой крови со скулы Узумаки.
Отойдя от парня, Саске полез в карман, но пачка оказалась пустой.
Шикнув досадливо, он махнул рукой и быстро спустился с крыльца.
- Бывай, псих.
***
За полгода до катастрофы.
  
- Саске, я никуда не уйду.
Тихие слова с трудом слышно сквозь всё нарастающий гул в ушах. Саске бы рад расслышать, рад бы зацепиться за человеческую речь, но боль глушит собою все звуки, все чувства.
- Ты справишься.
Холодная рука легла на спину, поглаживая горящую кожу. От каждого прикосновения позвоночник буквально трещит, рассыпаясь осколками, но от этого ощущения можно хотя бы ненадолго вернуться в реальность.
- Я останусь здесь, пока тебе не станет лучше.
========== Глава 2. Гореть. ==========
«How long can you stand the pain
How long will you hide your face
How long will you be afraid
Are you afraid
How long will you play this game
Will you fight or will you walk away
How long will you let it burn
Let it burn».
Red – Let It Burn.
«Как долго ты сможешь терпеть эту боль?
Как долго как долго ты сможешь прятать
Своё лицо?
Как долго, как долго ты будешь
Бояться?
Боишься ли ты?
Как долго ты будешь играть в эту игру?
Как долго будешь ли ты бороться или просто
Уйдёшь прочь?
Как долго, как долго ты позволишь пламени
Гореть?
Позволишь пламени гореть».
- Пуля не задела органы, - улыбнулся Какаши. Хотя вряд ли это можно было принять за улыбку.
- Это обнадёживает, - поморщился Ирука, который до сих пор оставался в постели, но принимать помощь категорически отказывался. На второй день, когда слабость сошла, парень начал осторожно передвигаться по дому. Однако сломанные рёбра быстро укладывали его обратно.
- Кости заживут.
- Те, что ушли, были твоими друзьями?
Какаши, взглянув на не в меру любопытного солдата, ухмыльнулся и отвернулся. В окно лился золотистый свет, а плавающие в нём пылинки были похожи на мелкие искры.
- Мы никогда не были друзьями.
- Но вы провели вместе… год…
- Время - не главное, - качнул головой мужчина. - Нам было выгодно находиться под одной крышей.
- Но тебе неприятно, что они ушли.
Ирука, приподнявшись на локтях, чтобы улечься поудобнее, поморщился от боли и на миг лицо солдата превратилось в маску. Какаши даже показалось, что тот вот-вот вырубится, но парень лишь шипяще выдохнул через нос.
- Я не мог им запретить, - пожал плечами Какаши и поднялся с кровати, забирая с тумбочки пустую тарелку из-под бульона. - Лежи лучше, а не языком моли.
- Мне скучно.
- Подумай о чём-нибудь приятном.
Ирука лишь усмехнулся, откидываясь на подушку и прикрывая глаза. Как бы солдат не пытался казаться выносливым, ранение брало своё, выматывая даже из-за простого разговора.
Хатаке, пробормотав что-то про упрямого барана, тихо вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.
***
Наруто медленно бродил по полю среди растянутых листов полиэтилена, в который собиралась роса по утру и дождевая вода, если повезёт. Он думал, что главной их проблемой будет еда, но понял, как жестоко ошибается, когда закончилась последняя баклажка чистой воды.
Выживать было трудно, но возможно. Спустя время они привыкли собирать воду, нашли семена и разбили небольшой огород за домом, который давал хоть какую-то еду. А потом Какаши невесть откуда привёл овец…
Да, жизнь на ферме была терпимой.
И пусть этот придурок катится на все четыре стороны, если мозгов при рождении ему перепало ровно столько же сколько и воробью.
Да и то птица будет умнее. Никогда не полетит в ловушку, если будет чувствовать опасность.
Или же полетит?
Наруто тяжело вздохнул, поднимая лицо к чистому небу.
Они с Саске никогда не могли найти общий язык, а Итачи всегда будет на стороне брата, какую глупость тот бы не решил сделать. Поругает, конечно, но не отступит.
Узумаки не понимал завидует ли он или же злится, что за собой Саске тянет и старшего брата. От Орочимару исходили волны опасности, и каким же идиотом нужно быть, чтобы не почувствовать этого?
Тяжёлый вздох вырвался из груди. Терять людей, с которыми прошёл весь тот ад, когда он только начался, было… странно.
Огромный сноп белой шерсти промчался ровнёхонько в трёх сантиметрах от ноги. Наруто едва не свалился в траву, но чудом устоял, разве что руки в стороны развёл.
- Акамару! - послышался оклик Кибы, и блондин зажмурился, словно от зубной боли.
Не то, чтобы ему было неприятно видеть друга или он от него прятался, но в последние два дня старался как можно больше времени проводить подальше от Инузуки. Обиды, презрения - ничего такого не было. Даже непонимания.
Просто… странная неловкость сковывала Наруто каждый раз, когда Киба заговаривал с ним или когда они в комнате оставались одни. Инузука даже не вспоминал то, что случилось на кухне и никоим образом не подавал виду, что его что-то задевало. Он просто… был.
Но в тоже время эта ненавязчивая поддержка, молчание, за которое Наруто был благодарен, натягивали струны ещё сильнее.
- Привет, - громко сказала Киба, поравнявшись с парнем.
- Воды совсем мало, - вздохнул Наруто. - Почти нет.
Он повернулся к другу, каким-то странным образом чувствуя, будто бы тот мог читать его мысли. От этого чувство неловкости ещё сильнее сковало Узумаки.
Так всегда ведь бывает, когда пытаешься не говорить о чём-то, оно рано или поздно всплывёт и долбанёт по башке молотом так, что искры посыплются.
Наруто не хотел доводить до этого, но и не чувствовал, что сможет поговорить о случившимся с Кибой.
Не сейчас.
- Нужно будет в городе поискать, - согласился Инузука.
- Думаешь, там что-то ещё осталось?
- Должно… можно обыскать дальние районы или центр.
Наруто был рад, что разговор сошёл на нейтральную тему. Здесь можно было не думать о том, что рано или поздно кто-то ляпнет что-то из-за чего вся бережно выстраиваемая вокруг этой темы стена рухнет.
- В центре опасно, - поджал губы Киба.
Город из просто руин со временем превращался в эдакое живое существо, готовое проглотить тебя без остатка, если ты подойдёшь слишком близко. Никто не знал, почему в центре тварей всегда больше, чем на окраинах. Что-то привлекало их туда, но что…
- У нас не остаётся выбора, - с сожалением сказал Наруто. - Окраины почти пусты, пригород давно весь перевернули.
Киба, пройдя немного вперёд, присел над листом полиэтилена и обмакнул пальцы в собравшейся воде. Осторожно поднёс к губам, морщась, когда влага коснулась небольшой ранки.