Грань (СИ)

Совершенно дезориентированный, Наруто двинулся вперёд вдоль стены. В коридоре мигал тревожный красный свет, предупреждающий всех о том, что произошло нечто опасное. Парень аж усмехнулся, подозревая, что в таком состоянии он не сможет ни с кем драться, Девятый тоже подозрительно затих внутри, видимо, пытаясь восстановить что-то жизненно важное. А потом плечо провалилось куда-то, и Узумаки запоздало осознал, что не заметил, как стена прервалась на дверном проёме, в который он и провалился, словно в чёрную яму.
  
Кажется, падая, Наруто на несколько секунд потерял сознание, потому что очнулся уже лежащим на полу в тёмной комнатушке. Однако, услышав топот сапог, успел захлопнуть дверь и отползти вглубь, уповая на то, что его никто не заметил и не услышал. Теша себя надеждой, что люди слишком заняты устранением того потопа, что он устроил в комнате с трупами. Ведь терять воду в погибающем мире было непозволительной роскошью.
– Я должен встать, – прошипел еле слышно Узумаки, и, опираясь спиной о стену, цепляясь пальцами за трубы, он поднялся на не слушающиеся ноги.
Нужно было двигаться дальше. Как-то выбираться из этой странной маленькой комнатушки, в которой не было ничего, кроме труб и сырости.
– Мне надо идти, – выдохнул тот, сгибаясь пополам.
Тряхнул головой, но в ней яснее не стало. Злость на самого себя за слабость, ненависть к налившемуся тяжестью телу. Наруто понимал, что его только оглушило и необходимо несколько минут, чтобы прийти в себя. Однако эти несколько минут были непозволительной роскошью: он и так слишком долго возился с вентиляцией и тем верзилой.
– Девятый, – проговорил Узумаки, – ты же слышишь…
В темноте перед ним словно проступило его собственное отражение. Какой-то частью своего разума парень догадался, что сознание опять померкло и он видит несуществующее. Объект стоял перед ним. На его лице не было ни усмешки, ни ухмылки. Тот смотрел прямо.
– Хочешь моей помощи?
– Тебе это прекрасно известно, – ощерился Наруто. – Ты в курсе, что я не могу добраться до него сам. Я никто…
– Ты никто без меня? – в свою очередь спокойно спросил Девятый. – Я верно продолжил?
Узумаки оскалился, но уронил голову, беспомощно шипя от злости и боли. Потому что объект говорил правду.
– Всё-таки, малыш, до тебя дошло. Ты не сможешь спасать его вечно. Возможно, пора остановиться?
– Нет, ни за что, – Наруто тряхнул головой и поднял глаза на расплывчатое видение. – Почему ты так хочешь, чтобы я сдался?!
Взгляд Девятого сделался озадаченным. Он протянул руку к Узумаки и вцепился в его плечо, всматриваясь в лицо того, как в кривое зеркало.
– Может, ты ошибаешься? Или я просто слишком хорошо тебя знаю? Наверное, мне ведомо, что ты никогда не сдашься, ведь тебе нужен тот, с кем ты будешь бороться, перед кем не устанешь доказывать своё упрямство.
Губы объекта растянулись в улыбке. Рука сжала плечо болью, выдёргивая постепенно из марева забытья.
– Не исключено, что тебе необходим кто-то, перед кем тебе стыдно будет показаться слабым.
Наруто резко пришёл в сознание, хоть и казалось, что он его не терял. В уши тут же ввинтился чужой голос и принадлежал он не Девятому, а застывшему перед ним солдату.
– Живой?! – выпалил тот, волоча парня в сторону коридора. – Ну-ка выходи. Ты кто…
Но договорить ему Узумаки не позволил. Нож вонзился аккурат в висок мужчины, и, перехватив начавшее заваливаться тело, Наруто втащил его обратно в комнату. Неизвестно, услышали ли это остальные, были ли здесь эти самые остальные…
Ему уже было плевать. С какой-то ожесточённой отстраненностью он сорвал с пояса солдата оружие, нащупав на его груди пояс с гранатами, и просиял, словно нашёл драгоценные камни.
– Эй ты! – раздался окрик снаружи. – Выходи!
Вероятно, люди стали чрезмерно осторожны, поскольку не спешили распахивать дверь так же, как это сделал их мёртвый соратник. Нацепив на себя пояс и сжав в одной руке нож, Узумаки выдохнул и в конечном счёте толкнул дверь, тут же выставляя перед собой вторую руку с зажатой в ней гранатой.
– Выстрелите – я её уроню, и мы все умрём, – подозрительно спокойно выдохнул Наруто. Его до сих пор пошатывало, правда, на ногах он стоял уже более-менее твёрдо.
Их было трое. Бойцы, стоящие перед этой дверью, озадаченно переглянулись, целясь в грудь «смертника» дулами автоматов. Каждый из них понимал, что выстрел будет равен самоубийству, потому что подхватить упавшую гранату никто из них не успеет.
– Что ты хочешь, парень? – задал вопрос один из них, сверкая «забралом» маски. – Если ты ищешь еды, то ты забрался в неправильное место.
Двое других странно усмехнулись. Их лица ничем не были закрыты, шлемы тоже отсутствовали, и Узумаки видел эти плотоядные ухмылки. Люди превратились в зверей. В принципе, ничего удивительного.
– Час или два назад ваши люди утащили сюда моего друга, – заговорил Наруто, внимательно следя за ними. Руку с гранатой сковало спазмом от напряжения. – Я хочу знать, куда его отвели.
– Ты забрался сюда из-за этого? – буркнул человек в маске. – Ну ты и больной: жить, видать, надоело.
– Я задал вам вопрос, – повысил голос Узумаки, подняв гранату выше. Мужчины разом отшатнулись, хотя это бы их не спасло. – Куда его забрали?
– Блефуешь же, – презрительно фыркнул один из солдат. – Ты не бросишь гранату.
Усмехнувшись, Наруто вздёрнул брови, и жутковатая гримаса исказила его лицо, а сверкнувший красный огонёк в глазах заставил военных побелеть. Они совершенно точно видели эту багряную искру в его зрачках. Это не мог быть ни блик, ни обман зрения.
– Проверьте, – шипяще протянул Узумаки, испытывая это забытое чувство, когда каждая клетка твоего тела наполняется зудящим адреналином.
– Тише, тише, – выпалил тот, что в маске, выставляя руки с оружием перед собой. – Убедил. Мы отведём тебя. Слышали, ребята?
Бойцы, закивав, принялись опускать свои автоматы на пол, повинуясь кивку парня.
– Ты, – бросил Наруто человеку в маске. – Свяжи их. Мы пойдём вдвоём с тобой. Быстро!
И, сняв верёвку с пояса, мужчина действительно принялся связывать своих соратников под бдительным взглядом Узумаки. Как только всё было закончено, он стянул с себя маску и насмешливо посмотрел на того снизу вверх. Стало понятно, почему солдат раньше прятался за чёрной тканью: в прошлом его щёку что-то хорошенько разодрало. От этой зажившей рубцом раны тянулись мелкие «реснички» красных шрамов, пролегающих от его носа и до самого уха.
– Веди, – глухо произнёс Наруто, тщательно осматривая узлы и выпуская из поля зрения стоящего перед ним военного. Те были хорошие, настоящие. Так легко им не выбраться.
И мужчина двинулся впереди Узумаки по коридору, держа руки поднятыми. Под ногами уже хлюпала вода, красный мигающий свет резал по глазам, мешая сосредотачиваться, а когда они свернули в другой коридор, то здесь царил полумрак. Похоже, напряжения не хватало, чтобы осветить все бесчисленные ветки лабиринта бункера.