Грань (СИ)

Он вышел за дверь, прикрыв её и упёршись спиной об оную. На улице действительно вновь пошёл снег, и теперь из-за белого зернистого полога было плохо видно даже часовых на плоских крышах у ворот. Они стали походить на чёрные кляксы, изъеденные белыми мелкими пятнами краски. А весь миг вокруг стал тише, холоднее и иллюзорнее.
Узумаки видел хрустальный шар однажды у Кибы. Внутри него стоял нелепый снеговик, и если шар потрясти, за стеклянными стенками поднималась настоящая искристая вьюга. Наруто любил подолгу смотреть, как оседают все до единой снежинки, а затем вновь встряхивал его, и всё повторялось.
  
Это успокаивало и помогало отвлечься.
От навязанной жизни, которой даже не было.
Отлипнув от двери, Узумаки быстро зашагал в сторону медпункта. Он надеялся, что его просто не заметят, и не придётся проходить этот дотошный осмотр.
Опомнившись, он приложил руку к боку, надавливая и чувствуя лишь тянущую боль да толстый рубец сбоку. Рана затянулась, и теперь на её месте, скорее всего, появится шрам. А если регенерация вновь работала исправно, значит, Девятый вот-вот даст о себе знать.
Не хотелось находиться в одной комнате с человеком, который делал из объекта подушечку для иголочек в момент, когда в голове появится незримый свидетель. Наруто до сих пор не был уверен на все сто, что Девятый на самом деле не может взять контроль над его телом в любой из моментов.
Медпункт без Кабуто опустел и стал холодным. Впрочем, Узумаки не жалел медика и не тосковал по нему: тот выбрал свою сторону, как и каждый из них. Жалеть всех без исключения стало слишком тяжело, и он решил оставить это своё качество в прошлом, не размениваясь на очередную жертву свободы.
Он шёл по длинному белому коридору, пытаясь вспомнить, в какой из палат держали Гаару. После того инцидента Наруто так и не смог навестить его и сейчас чувствовал себя несколько неуютно, но не из-за мук совести, а из-за предстоящей встречи с пытавшимся предать его человеком.
Многое изменилось. И Узумаки не знал, что поменялось сильнее: он или общество.
Заглядывая в маленькие дверные окошки, он дошёл до последней палаты и, посмотрев через стекло, увидел там Гаару. Парень, прислонившись спиной к стене, сидел абсолютно бездвижно, но стоило Наруто взяться за ручку двери, как тот повернулся к двери.
Узумаки замер, а потом всё же толкнул дверь, входя в палату. Здесь не было запаха медикаментов, но тяжесть какая-то опустилась на плечи.
- Привет, - начал Наруто.
Гаара смотрел на него без удивления или какой-либо ещё эмоции. Смерив долгим взглядом пришедшего, парень отвернулся к стене. Его губы исказила странная ухмылка:
- Долго же ты решался поговорить со мной.
Узумаки, не отвечая на этот выпад, поджал губы, продолжая разглядывать собеседника, чью раненую ногу стягивала плотная чистая повязка.
- Это ведь ты был в моих снах? - резко спросил Наруто, и, кажется, этот вопрос несколько озадачил Гаару.
Тот, вновь повернувшись к нему, разом растерял всю свою напускную самоуверенность и холодность. На его лице явственно проступило непонимание, и Узумаки махнул рукой, мол, забудь.
- Я не понимаю, о чём ты, - все-таки ответил парень. - И не понимаю, зачем ты пришёл.
- Слушай, - тяжело начал Наруто, прикладывая свою руку ко лбу. - Я знаю, что ты поступил так, как поступил. И не хочу пытаться оправдать твоё решение…
- И не пытайся. Не выйдет, - усмехнулся Гаара. - Я хочу смерти Девятому. Но сам убить его не могу.
«Вот так просто», - мысленно подметил Узумаки.
Гаара так просто открыл карты, не став играть в лучшего друга, которого чёрт попутал. Хочу убить - объясняет всё и действует лучше всяческих оправданий.
- Ты можешь уйти с нами.
Гаара нахмурился. Он поднялся очень медленно, но на ногу наступил уверенно, даже не поморщившись от боли. Его одежду даже не подумали заменить: всё такая же потёртая, но одна штанина джинс завёрнута до колена, чтобы грязная ткань не касалась повязки.
Остановившись напротив Наруто, Гаара вопросительно поднял брови:
- Я не ослышался? Ты предлагаешь мне… помощь?
- Что-то вроде этого, - передёрнул плечами Узумаки.
- Зачем?
- Потому что я видел, что делают с объектами люди типа Фугаку, - жестковато отрезал Наруто. - И ты сейчас в его руках… считай, что я делаю это из мести ему.
Гаара молчал долго, разглядывая его лицо. По глазам парня было невозможно что-либо прочитать, поэтому Узумаки и не пытался. Эти светлые блюдца напоминали ему чем-то лужи, затянутые первым, ещё тонким льдом.
- Ты очень странный человек, Наруто. Иногда я пытаюсь понять твою логику, но прихожу к выводу, что её просто нет.
- Зови это, как хочешь. Я предложил тебе помощь… если она не нужна, то…
- Хорошо, - резко перебил его Гаара и, зябко обхватив себя руками, очень тихо добавил: - Не хочу оставаться здесь.
***
Саске смотрел на Фугаку, а тот на него. Оба прекрасно понимали, что этот молчаливый диалог не может продолжаться вечно, но отчего-то никто из них не решался заговорить первым.
Саске усмехнулся, откидываясь на спинку дивана. Он прекрасно знал, что отец будет пытаться выгородить свою фигуру в его глазах, придумает кучу оправданий своим действиям. Впрочем, как и все люди, которых загнали в угол.
- Итак, - протянул парень, - я хочу знать, что я делал в лаборатории и почему этого не помню.
По лицу мужчины пробежала нервная дрожь, и он отвернулся на миг. Саске показалось, что в глубине глаз отца он смог бы разглядеть ответ на свой вопрос, но ему не позволили даже попытаться. Снова эти секреты…
- Я расскажу тебе, - кивнул Фугаку, соглашаясь с собственными мыслями. - Но для начала…
Он повернулся к сыну, окидывая его пронизывающим взглядом. Улыбка на сухих губах была неровной и грустной, но глаза лихорадочно блестели.
- Я не бросал твою мать.
Саске не смог удержать удивлённый смешок, отдающий ноткой нервозности. Он, вздёрнув брови, тряхнул головой, пытаясь понять, что только что произнёс Фугаку.
- Ч-что?
- Понимаешь, Итачи был неудавшимся… образцом. А ты… они согласились, что ты подходишь как носитель, хотя изначально твою кандидатуру рассматривали на другую роль.
Саске поморщился, желая до дрожи в пальцах нажать на кнопку перемотки и пропустить эту неинтересную ему часть:
- Ты говорил что-то о матери… объясни.
- Я не бросал её, - повторил Фугаку. - И она не была больна альцгеймером.
- Но…
- Она вколола себе твою дозу вируса, - быстро выпалил мужчина. - Ты должен был быть объектом, но у нас больше не было вируса.
- Что ты несёшь?
- Не перебивай меня, Саске, - устало попросил Фугаку.
Он резко поднялся со стула и, приложив руку ко лбу, прошёлся по комнате. Было видно, что эта правда даётся ему с трудом, но он изо всех сил пытается выдавить из себя всё до последней крупицы.