Грань (СИ)

Узумаки закрыл глаза, стукаясь лбом о дверь соседней комнаты.
Он не знал, кем себя считать. Человеком с поехавшей крышей или же монстром, не имеющим оной вовсе.
Приближающиеся шаги Наруто услышал слишком поздно, поэтому, повернувшись, едва не столкнулся нос к носу с младшим Учихой. Саске, застыв всего в метре от блондина, держал в руках свёрток с чистой одеждой и, кажется, бинтами. Вид парень имел ещё хуже, чем там, на газоне, но от него перестало разить тухлятиной, а кровавые пятна смылись с кожи.
  
- Так и будешь стоять? - тихо спросил Саске, глядя на Наруто сквозь мокрые, висящие тонкими иглами волосы. Кивнув на дверь, брюнет заставил Узумаки посторониться и первым вошёл в выделенную ему с Итачи комнату.
В темноте чиркнуло, и затлел маленький огонёк свечи, разбавляя чернильную тьму рыжеватым, и только тогда Наруто решился переступить порог комнаты, закрывая за собой дверь. Отчего-то камень в голове переместился куда-то в район груди, и дышать из-за него стало труднее.
Втянув носом воздух, легко пахнущий гарью, Наруто поднял глаза на Учиху, пытающегося одной рукой зажечь сигарету. Естественно, у него ничего не получалось, и Наруто с тяжёлым вздохом подошёл ближе, протягивая руку.
- Давай помогу.
Саске замер с таким удивлённым выражением на лице, будто бы Узумаки ни с того ни с сего предложил ему откопать гроб давно почившей прабабушки, но коробок спичек всё же протянул. Под внимательным взглядом, Наруто чувствовал себя на каком-то странном экзамене, и хотелось отвернуться к Учихе спиной.
- Надеюсь, хоть это ты умеешь, - прыснул Саске, и в этот момент спичка вспыхнула.
- Видимо, умею, - усмехнулся Наруто, наблюдая, как брюнет склоняется над протянутой спичкой и затягивается. Рыжеватые блики отразились на его заострившихся скулах, делая ссадины ещё более заметными, а глаза почему-то превращая в странный сплав из червлёного серебра и старого золота.
- Хоть что-то.
Сказав это, Саске выпрямился, отворачиваясь и пуская в воздух пышные клубы дыма.
Получается, Учиха хотел его убить. Но перед этим лично сходил в лабораторию в поисках последней надежды. Узумаки покачал головой, понимая, что логики этого парня никогда не постигнет. Ему бы злиться, ему бы высказать Саске всё то, что он думает об их с Кибой авантюре.
Но Наруто продолжал стоять на месте, как вкопанный, смотря на широкие синяки, покрывающие бледную спину. В мерцающем свете свечи было хорошо заметно, что не только свежие раны избороздили кожу, но и старые следы не смыло ни временем, ни изменившейся реальностью. Длинный, тонкий шрам тянулся от левой лопатки к низу правой, словно кто-то наотмашь ударил Учиху самым кончиком кинжала.
Огонёк на спичке коварно лизнул пальцы, и Наруто вздрогнул, шикнув и дёрнув рукой. Пришлось растереть подушечки и подуть на них, спешно хватаясь за холодную мочку уха.
Учиха, обернувшись на звук, смерил блондина взглядом и высокомерно усмехнулся.
- Зачем пришёл?
Теперь как ледяной водой облили. Опустив руку, Наруто неуверенно переступил с ноги на ногу и на одном дыхании выпалил:
- Киба предложил мне уйти.
Учиха, пыхнув дымом, одарил его ещё одним странным взглядом и медленно повернулся, убирая руки в карманы подраных джинс. В его глазах можно было бы прочитать многое, но оно тут же погасло под натиском спешно выставленных пластов иронии.
- Обиделся за то, что я попытался тебя убить?
Покрутив обгоревшую спичку в пальцах, Наруто пожал плечами, вновь переступая с ноги на ногу. На плечи то ли давило что-то, то ли хотелось поскорее убраться отсюда.
- Нет, - скупо ответил парень и посмотрел в сторону окна. - Ты бы поступил… логично.
- Логично? - усмехнулся Саске. - Ты знаешь, что такое логика?
- Пытаюсь понять.
- Тогда ты должен понять, что уходить в город сейчас чертовски не логично.
- Зато безопаснее вам, - повернулся к нему Наруто. - Со мной творится что-то непонятное, Саске. Я уже должен был пропасть, но вот…
Парень развёл руками, грустно улыбаясь:
- Вернулся, как видишь.
- Радуйся.
Клочок дыма истаял в воздухе. Наруто не чувствовал той самой радости, которую должен был ощутить по возвращении. Только непонятная ленивая тревожность: вроде бы и ждёшь, что вот-вот молния ударит в темечко, а в то же время уже смирился с будущей перспективой осыпаться кучкой пепла.
- И что ты ему ответил? - подойдя к кровати, спросил Саске. Он расправил свёрток, и моток бинта упал на пол. Досадливо шикнув, Учиха наклонился за ним, цепляя за растрепавшийся кончик и вновь выпрямляясь.
- Что? Кибе? - Наруто, замявшись, взъерошил всё ещё влажные после дождя волосы. - Ничего по сути.
- Помоги.
Протянув бинт Узумаки, Саске замер. Только сейчас блондин заметил, что парня слегка пошатывает, а рана на плече вновь начала кровить, пуская по бледной коже тёмные разводы. Решительно подойдя ближе, Наруто принял бинт из рук брюнета, разматывая его и поглядывая на рваную рану на плече. Её края расходились нешироко, но царапины залегли достаточно глубоко, чтобы доставлять множество неудобств. Кажется, из-за них Учиха не мог двигать левой рукой.
- Вата, - протянул белый комок Саске, и Наруто неуверенно взял его. - Промокни рану и бинтуй.
Молча кивнув, Узумаки последовал совету «больного». Кровь на ране начала пузыриться, когда на неё попала перекись, и Саске зашипел, вцепившись пальцами в плечо Наруто.
- Зашить бы…
- Сама срастётся, - резко отказался Учиха сквозь зубы. - Завязывай.
Убрав вату в карман ветровки, Наруто начал перевязывать плечо широкими белыми полосами, изредка поглядывая на профиль Саске. Брюнет морщился, кривил губы, но терпел то ли из-за упрямства, то ли потому что боль была недостаточно сильной.
- Я думал, что мне лучше уйти, - начал Наруто. - Так бы было безопаснее… но…
- Но?
- Девятый защищает вас с Итачи. Значит, он вам нужен.
Саске красноречиво фыркнул, покачав головой.
- Не спорь, - улыбнулся Наруто, делая последний виток бинта вокруг раны. - От него пользы больше, чем от меня.
- И что ты решил? - вновь перебил его Саске. - Уйдёте?
- Если он должен защищать вас, то на это есть свои причины.
- И?
- Ему лучше остаться рядом.
Затянув узел, Наруто вновь вытащил из кармана вату и задумчиво провёл по кровавой дорожке, оплетающей руку Учихи. Машинальное действие, но оно вызвало внезапно злую реакцию:
- Значит, считаешь себя великим мучеником?