Страшная сказка Красного леса (СИ)

— Спасибо, — ответил оборотень.
— Не стоит благодарности. Я сама была на твоем месте и выбирала, как быть дальше. И никогда не жалела о своем выборе.
Наина поднялась и скрылась в пещере, а Люмьер еще долго сидел на камне и думал о том, как быть дальше. У него снова появилась надежда! Слишком хрупкая, и все же она распустилась в сердце, словно цветок. Подождать до весны? Если ничего не изменится, Дженна выйдет замуж, а он даже увидеть ее не сможет. И все-таки нет другого выбора.
Люмьер поднял голову и посмотрел на рассветное небо. Хорошо, он подождет. До конца своих дней, если понадобится. Лишь бы не зря!
  
26
 
Дженна
Миновала зима. Долгая, снежная. Однако Дженне хотелось, чтобы она тянулась еще дольше, ведь весна означала, что ей исполнится семнадцать и она станет женой Говарда. От одной мысли об этом в груди все покрывалось льдом.
«Никогда!» — хотела воскликнуть тея, но она помнила: в таком случае Люмьер и его близкие пострадают, поэтому терпела. А ждать с каждым днем становилось все труднее. Казалось, время стало вязким, как патока, и в нем можно утонуть. Дженна и тонула! Чувствовала, будто камнем опускается на дно. И как выбраться, она не знала.
— Ты слишком бледна, дитя мое. Отправляйся на прогулку, — напутствовала ее матушка.
— Не хочу, — ответила Дженна.
— А я не спрашиваю, — грозно проговорила Мередит. — Прогуляйся с женихом, вам надо узнать друг друга получше.
Куда уж лучше? Говард всегда был рядом с Элдером, а значит, близко к Дженне. И он не был плохим человеком, просто не тем! Чужое счастье, не ее… Только стоило подняться в свои покои, как охотник появился на пороге и сообщил, что готов отвести Дженну на прогулку. Что же, пусть так. Тея накинула теплую шубку, и они покинули правящий дом.
На улицах бурлила жизнь. Первый день весны подобрался совсем близко, все готовились к празднику, украшали дома яркими флажками и цветами, сделанными из ткани. Дженна отмечала это, но не чувствовала духа грядущего торжества. Чужая жизнь… Чужие радости и горести. И она здесь тоже чужая!
Говард рассказывал о чем-то. Рассуждал, куда подевался Элдер. Говорил, брат обязательно вернется к свадьбе, и Дженна согласно кивала. Как же, вернется! Волком. Интересно, решится ли матушка убить и его тоже, если увидит в зверином облике?
Вдруг Дженна явственно почувствовала на себе чужой взгляд. Она повернула голову и встретилась со знакомыми глазами. Морис! Друг Люмьера, ее кузен.
— Говард, прошу, купи мне пряников, — торопливо сказала она.
— Хорошо, — с готовностью ответил ее жених. А очередь за пряниками была та еще… Говард влетел в нее, словно охотясь за зверем, и толпа сомкнулась за его спиной. Дженна тут же бросилась к Морису.
— Это ты! Это правда ты! — горячо воскликнула она.
— Ага, я, — угрюмо подтвердил оборотень. — Уже несколько дней тебя выглядываю, а ты все не выходишь.
— Я редко гуляю за пределами правящего дома. Как Люмьер? Что с ним?
— Ждет, — ответил Морис. — Он все еще тебя ждет. И знает о твоей свадьбе. Одного не понимаю, сестрица. Если ты так печешься о Люмьере, зачем выбрала охотника?
— Можно подумать, я его выбирала! — воскликнула Дженна. — Мать заставила. Если я не выйду замуж, она вас уничтожит, понимаешь? Сотрет с лица земли!
— Э, тея. Разве мы так просты, чтобы нас стереть? Да, волков мало, однако те, кто выжил, хорошо знают людскую натуру и не подставят себя под удар.
— Вам было бы безопаснее уйти как можно дальше отсюда, — вздохнула Дженна.
— Никто не пойдет, — резко ответил Морис. — Это наш дом! И если охотники приблизятся, мы умрем, но заберем с собой не один десяток. Хочешь ли ты что-то передать Люмьеру?
— Да. — Тея комкала поясок шубки. — Скажи, что я люблю его и прошу мне довериться. Даже если мне придется выйти замуж за Говарда, моя любовь не изменится. Рано или поздно я стану ат-теей, и тогда никто не сможет нам помешать.
— Я передам, — пообещал Морис, — но вряд ли Люмьера обрадуют твои слова. Мы, волки, однолюбы. Делить свою волчицу никто бы из нас не стал!
 
И тут же исчез в толпе, а к Дженне вернулся Говард. Он купил для нее самый большой пряник.
— Спасибо. — Тея попыталась ему улыбнуться.
— Я заслужил поцелуй невесты? — весело спросил охотник.
— Заслужил.
Дженна коснулась губами его щеки, и вдруг поняла: не сможет! Она никогда не сможет быть вместе с Говардом, притворяться, что испытывает к нему хоть какие-то чувства. Нет! Но нужно потерпеть до весны. Казалось, тогда обязательно что-то изменится, найдется решение.
— Давай вернемся в правящий дом, — сказала она молодому охотнику. — Я замерзла.
— Как скажешь, тея.
И Говард увлек ее в обратный путь. Всю дорогу Дженна думала о том, как воспримет Люмьер новости, принесенные Морисом. Наверняка, разозлится. А может, решит забыть о ней? Вычеркнуть из своей жизни? Любой из этих вариантов тея сумела бы принять. Она заслужила! Но она ведь просто желала его защитить, пусть и знала — сам Люмьер никогда не принял бы такую защиту. Он сильный, смелый и совсем не нуждается в заступничестве своей избранницы.
А время снова полетело, покатилось, как колесо по дороге, все быстрее и быстрее. Только был первый день весны, и вот уже расцвели сады, а до дня рождения Дженны осталось три дня. И до свадьбы тоже. Год… Целый год прошел с момента ее знакомства с Люмьером. Морис больше не появлялся, и Дженна не знала, как это расценивать. Люмьер настолько зол, что запретил другу бывать здесь? Или Морис не хочет больше приносить дурные вести?
Пока Дженна ломала голову над этим вопросом, правящий дом готовился к празднику. После зимы выметался весь хлам, лестницы и полы комнат покрывали новыми коврами, охотники добывали шкуры, чтобы застелить ими ложе молодых. И никто не подозревал, что от одной мысли о близости с Говардом Дженна готова умереть. Никогда! Никогда этого не будет! Как она вообще могла допустить, что сумеет родить дочь от мужчины, к которому ровным счетом ничего не испытывает?
Она металась по комнатам, стараясь найти правильное решение. За ней бегали прислужницы: то показывали украшения, то звали примерить свадебное платье — алое с золотым.
— Вы будете самой красивой невестой в истории Красного леса, тея! — говорили они в один голос, и Дженна была готова выть волчицей от этого.
Но вот еще один день остался позади. Тея сидела у окна, раздумывая, пора ли ложиться спать, когда вдруг услышала вдали волчий вой. Люмьер… Сердце подсказало ей: это он! Захотелось немедленно выбежать из правящего дома, помчаться туда, к нему, но нельзя. Нельзя!
Однако и сидеть в ожидании Дженна больше не могла. Нужно еще раз поговорить с матерью, постараться достучаться! Она должна понять! Услышать свою дочь. Дженна выскользнула в коридор, прошла мимо комнаты прислужниц — девушки бойко обсуждали ее свадьбу и красавца Говарда. У комнат матери ее попыталась было остановить стража, но Дженна сказала:
— Не докладывайте обо мне, хочу сделать сюрприз и провести один из последних вечеров девичества с матушкой.
Охранники заулыбались и пропустили ее. Дженна подошла к комнате, где обычно мать работала по вечерам, и вдруг услышала голоса. Мередит не одна?
— …ваши распоряжения, ат-тея, — узнала девушка голос Говарда, пусть и уловила лишь обрывок фразы.
— Собери своих охотников, — ответила Алая Мередит. — На рассвете вы должны тайно покинуть столицу и отправиться на охоту. К западу от Черной реки есть гористый участок, там обосновались последние оборотни Красного леса. Убейте их и привезите их шкуры, чтобы украсить свадебный зал. Сделай подарок своей невесте.
— Сколько там оборотней? — спросил Говард.
— Не знаю. Двадцать, тридцать… Среди них много волчат. Возьми всех охотников, и отправляйтесь. Только повторяю: никому ни слова! И вернись до свадьбы. Не заставляй Дженну ждать.