Страшная сказка Красного леса (СИ)

— Дженна, — позвал он тихо.
Девушка сонно открыла глаза, села, словно не сразу поняв, где находится.
— Тебе лучше? — спросила она.
Надо же… Беспокоится. Плохая досталась наследница Алой Мередит. Не было в Дженне жестокости, свойственной ее матери. А может, пока не было?
— Лучше, — ответил Люмьер. — Побудь здесь, я найду еду.
— Нет! Не оставляй меня. — Девушка тут же очутилась на ногах. — Давай вместе поищем, прошу.
— Хорошо.
И они побрели вперед, пытаясь найти вдоль дороги хоть что-то съедобное. Иногда Люмьер нырял в кусты, добывал ягоды — увы, в начале лета их было не так много, выискивал грибы, раздумывая на привале приготовить из них похлебку. Но и время грибов еще не настало, что-то съедобное попадалось редко.
Уже ближе к вечеру волк уловил тонкий запах воды. Не река, озеро.
— Сделаем привал, — решился он. — Тут неподалеку озерцо, в нем может быть рыба, да и запасы воды нужно пополнить. Сварим суп, отдохнем, а там поглядим.
— Как скажешь.
Дженна вообще с ним не спорила, но в ее глазах Люмьер видел то же, что чувствовал сам: страх. Глубокий, древний. Страх перед неизведанным. Но Дженна девушка, ей бояться не зазорно, а он юноша, к тому же волк. Поэтому нельзя поддаваться мороку этого места, нужно быть сильнее. Странно… Испытание, вроде бы, для наследницы, а испытывают их обоих.
Подготовка к привалу уже стала привычной, только в этот раз хворост собирала Дженна, а сам Люмьер направился к озеру. Он разулся, закатал штаны выше колена и вошел в воду. Теплая! Потом можно будет искупаться, но сейчас его интересовал улов. И волк замер, ожидая, что доверчивая рыба сама приплывет к нему в пасть. Ждать пришлось недолго. Люмьер заметил в прозрачной воде довольно большую рыбину, сосредоточился… Хвать! И вот она уже бьет хвостом на берегу. Не прошло и десяти минут, как за первой последовала вторая. Можно считать, ужин готов. Запечь? Приготовить уху? Наверное, уха будет лучше. Вот только рыбу надо почистить, а Люмьер жуть как не любил это дело!
— Дженна, ты умеешь чистить рыбу? — окликнул он девушку, за которой наблюдал сквозь ветви кустарника.
— Да, — долетел ответ.
— Отлично! — Волк обрадовался, подхватил свой улов и потащил к спутнице. — Тогда вот рыба. Предлагаю ее сварить — будет хорошая уха. Тем более, у нас есть еще грибы, добавим.
— Давай попробуем, — кивнула Дженна. — Сегодня ужин готовлю я, ты и так всю неделю с ним справлялся.
Ну… Откровенно говоря, в основном они доедали припасы, но похвала была приятна.
— Тогда я поплаваю немного, пока светло, — сказал Люмьер. — А потом послежу за ухой, и искупаешься ты.
— Договорились.
Ура! Волк бросился обратно к озеру, почти на ходу разделся и упал в теплую воду. Хорошо-то как! Только полоска ошейника на шее холодила, не давала забыть, где он, с кем и почему. Но хотя бы на один вечер… И Люмьер приказал себе оставить ненадолго в прошлом боль и обиду. Сейчас надо отдохнуть, можно поплавать в свое удовольствие, а потом вкусно поесть. Это ли не счастье?
Он долго пробыл в воде, затем еще несколько минут обсыхал на берегу, любуясь закатом, и лишь после этого сменил Дженну у котелка. Люмьер помешивал уху, прислушиваясь, как его спутница шуршит на берегу, за кустарником. Затем раздался плеск. Волк искренне надеялся, что его небольшая проблема не пойдет ко дну. К счастью, опасения не оправдались, и четверть часа спустя Дженна появилась из-за кустов, отжимая мокрые от воды волосы. Она казалась довольной жизнью, улыбалась, и оборотень улыбнулся в ответ.
— Ужин готов! — сообщил он. — Правда, есть не очень удобно из котелка, но лучше, чем остаться голодными.
Дженну, кажется, уже не смущал вопрос отсутствия хотя бы тарелок. Она достала из дорожного мешка припасенную ложку — одну, ей они и ели уху по очереди, дуя на горячее варево и нахваливая. Затем оба отправились обратно к озеру — мыть руки и посуду. А между тем солнце село, и постепенно лес окутывала темнота.
— Снова будем идти до рассвета? — спросила Дженна.
— Придется. — Люмьер сосредоточенно кивнул. — Боюсь, если усну, снова окажусь во власти духов. Либо же веревка…
 
— Давай лучше идти.
Они торопливо собрали их скудные пожитки, затушили костер и вернулись на тракт. Люмьер привычно предложил Дженне взять его под руку — луна еще не вышла, человеку не разглядеть дороги, а вот волку было хорошо видно старые камни, по которым предстояло идти. Ничего, скоро они доберутся до кровавого холма! Стоит его миновать, и духи потеряют над ними власть. Правда, там начнутся совсем другие проблемы, но о них Люмьер старался не думать. Он просто шел, переставлял ноги, сосредоточившись на собственном шаге и на том, чтобы не дать Дженне упасть. Волк и сам не знал, сколько они успели пройти, прежде чем ощутил присутствие. Он замер.
— Мы не одни? — осторожно спросила Дженна.
— Похоже на то, — ответил Люмьер. — Нас провожают. Идем.
И снова ускорил шаг. Нет, на этот раз он не поддастся! Не позволит духам обрести контроль над его телом, не будет послушной марионеткой!
— Люмьер…
Волк снова остановился. На этот раз духи не пытались заполучить его в свою власть. Нет, они вышли на тракт — десять волков, шкура и глаза которых светились зеленым.
— Кто вы? Что вам нужно? — резко спросил Люмьер, приготовившись защищаться.
Раздался протяжный вой, от которого захотелось упасть на колени и завыть в ответ от неизбывной тоски, но оборотень держался. Нет, он не сдастся! Он сильнее этих существ, кем бы они не были! И отвечает не только за себя.
— Или говорите, или уйдите с дороги, — рыкнул оборотень. Хотя… они ведь волки. Так может…
— Дженна, позволь мне обернуться, — попросил он.
— Разрешаю, — ответила девушка, и Люмьер сменил ипостась. Теперь на дороге остался только один человек, и это наследница Алой Мередит.
А в голове у Люмьера тут же зазвучал властный голос:
— Ты слышишь меня, волчонок?
— Да, — ответил оборотень. — Только я уже не волчонок, а взрослый волк.
Кажется, духу стало весело. Эмоции пришли так естественно, будто их ощущал сам Люмьер.
— Хорошо, взрослый волк, — ответил дух. — Мы рады видеть, что не все наши собратья уничтожены людьми. Но на тебе ошейник, и с тобой человеческое дитя.
— Ее матушка боится, что дочь не пройдет испытание, — поделился оборотень.
— Понимаю… Превратить древнейшую традицию в посмешище так в духе людей! Жаль, мы не можем тебе помочь, сын луны. Однако ты можешь помочь нам.
— Чем же? — спросил Люмьер.
— Враги решили отомстить нам и после смерти, — прозвучал голос вожака стаи. — Они приковали нас к алтарю, который не дает нам уйти по лунной тропе. Если ты разрушишь алтарь, мы сможем уйти и переродиться.
Внутри все похолодело. Сколько десятков лет здесь прикованы эти волки? Посмертный ошейник куда страшнее прижизненного.
— Где находится алтарь? — уточнил Люмьер.
— Позволь нам завладеть твоим телом, и мы покажем, — пообещал вожак. — Клянусь, это не причинит вреда ни тебе, ни твоей спутнице.
Оборотень хотел было сказать, что с этого и надо начинать, но ведь во время пути он не мог сменить ипостась, а значит, просто не слышал духов.
— Хорошо, только сначала мне надо переговорить с Дженной, — ответил он и снова стал человеком.
Наследница тут же испуганно бросилась к нему.
— Чего они хотят? — спросила, сжимая ладони волка.
— Помощи, — проговорил Люмьер. — Люди приковали волков к алтарю, который удерживает их после смерти. Они просят меня разрушить алтарь, но для этого им придется завладеть моим телом.
— Нет! — Дженна отчаянно замотала головой. — Нет, слышишь? А если они обманут?
— Мы с тобой все еще связаны, ты можешь мне приказывать. Думаю, если что-то пойдет не так, ты поймешь, что делать. А теперь прости, я не могу допустить, чтобы духи моих сородичей и дальше бродили по земле в мучениях.
И он кивнул духам, давая понять, что готов. Почти сразу будто холодные иголки впились в его тело. На этот раз Люмьер все понимал и осознавал, но оставался будто сторонним наблюдателем. Он свернул с тракта прямо в чащу. Дженна догнала его, крепко сжала ладонь, и это давало уверенность.