Стану твоей проблемой (СИ)

- До этого момента не была, Флоренсо миловал, но вижу в ваших глазах намерение это исправить.
Второй инстигатор на мгновение замер, недоуменно моргнул, очевидно пытаясь понять что я вообще только что сказала, и почему смысл слов абсолютно не вяжется с моей добродушной мордочкой. Затем все же представил нас с Гароном друг другу. Племянник монарха отвесил мне два нелепых комплимента, а после этого мечтательно произнёс:
- А я все гадал, отчего Алазар отказался хорошо провести время в борделе, где мы встретились несколько недель назад. Оказывается дома его ждала такая прелестница.
Я поперхнулась соком, которым некстати решила промочить горло, и уставилась на невозмутимого лорда. Краем глаза заметила подлую ухмылочку Окставуса, словно говорившую: «да, вот такой кобелина ваш супруг, Эстель».
Вот только у меня не возникло ревности, если мужчины надеялись на ее резкую вспышку, потому как Алазар для меня был почти незнакомым мужчиной, и никакими привязанностями я не была скована. Но под выжидательным взглядом второго инстигатора, в мыслях закопошились мои веселые тараканы, которые не могли оставить эту реплику без реакции.
- Где вы встретились? - я постаралась изобразить на лице ужас, какой может испытать невинная дева в день свадьбы, застав новоиспеченного супруга в собственной постели с подружкой невесты. Октавиус, судя по блеску в глазах, был доволен моей актерской игрой, даже не подозревая, что это сплошной обман.
- В городе Торп, - растерянно ответил Гарон, словно не понял, что он сказал не так. Говорило ли в нем вино или просто врожденная недалекость, я пока понять не могла.
- Вы сказали, что мой муж был в борделе? - опустив голос до истеричного шепота уточнила я, а сама задумалась над тем почему герцог Хеланд действительно посетил это заведение. Неужели ему так надоела Ванесса?
Хотя, если задуматься, то можно вспомнить, что три убийства девушек произошли именно в окрестностях этого города, а одна из жертв, кажется, значилась как ночная бабочка. Так что вполне возможно, что он был там именно по делу.
- Ой, - спохватился Гарон. - Наверное, я не должен был говорить этого вам, леди Хеланд.
Мужчина беспомощно глянул на серьезного Октавиуса.
- Что вы, лорд Гарон, - успокаивающе и как-то покровительственно положил свою руку на плечо Верле Октавиус. - Леди Хеланд достойна знать правду о том, где и с кем проводит время ее супруг. Наверное, он частый гость в подобных заведениях, а в этот раз поспешил сбежать, оттого, что попался вам на глаза.
Я все еще раздумывала над тем стоит ли мне выдавить слезы или это уже будет перебор, а сама никак не могла перестать поражаться наглости второго инстигатора. Будь на моем месте по уши влюбленная доверчивая даркти, и сейчас лорда Хеланда ждал бы скандал. Но я, пожалуй, припасу эту информацию о борделе на другой случай. Да и как-то надоели мне эти лакети, нужно от них избавиться.
- О, нет! - я театрально схватилась за сердце, отхлебнула сока и заторопилась: - Прошу простить меня, лорды, я вынуждена поскорее найти супруга.
- Конечно, леди Хеланд, - Октавиус не дал заговорить Гарону, сильнее стиснув пальцами его плечо, а сам снисходительно улыбнулся мне: - Был рад с вами познакомиться.
Склонив голову, я скорее отвернулась и, выбрав направление наугад, поспешила прочь.
 22 
Эстель
Скрываясь от множества глаз лакети и высокородных даркти, я обошла особняк и углубилась в маленький ухоженный садик. Это место разительно отличалось от остальной далеко не маленькой территории принадлежащей герцогу. Словно укромный оазис притаился в углу участка. Я даже замерла, не уверенная, что мне можно потревожить спокойствие этого места. Но вот за склонившей к земле ветви ивой я разглядела качели, и сомнения меня покинули. Ноги сами понесли вперед, мимо розовых кустов и поздних цветов. Шиповник уцепился за платье, словно намеревался не пустить меня, но я нежно отодвинула его веточки и все же скользнула за зеленый ивовый занавес.
 
Качели были явно старые, но крепкие. Издалека мне показалось, что сидение на веревках подвешено к одной из толстых веток ивы, но оказалось, что для него были сделана специальна деревянная рама, которая поросла вьющимся плющом.
Здесь было так тихо, словно ивовый полог отгородил меня не только от веселящихся аристократов, но и от всего мира. С другой стороны укромное место закрывал забор, который тоже был увешан жадным плющом.
Несвойственный мне порыв поднялся от солнечного сплетения, оттуда, где у обычных даркти в организме была полость, а у таких, как я, ведьм, имелся лишний орган. Я воровато оглянулась и, убедившись, что нахожусь в оазисе одна, стянула с руки белую перчатку. Стало невероятно интересно кто сотворил этот маленький укромный уголок. Осторожно шагнула вперед и коснулась качели.
Мир знакомо закружился, подернулся пеленой и исчез, но лишь для того, чтобы через мгновение возродиться вновь.
Раньше этот садик выглядел иначе. Растения были меньше, совсем молодая ива даже не доставала салатовыми изящными ветвями до земли, а плющ еще только помышлял о том, чтобы забраться на только сколоченную арку для качелей.
Красавец лакети с глазами цвета индиго проверял крепкость конструкции. Женщина, что стояла рядом с ним, наблюдала за этим с легкой улыбкой. Она сложила руки на большом округлившемся животе и терпеливо ждала.
- Ты мог вызвать наемных работников, - голос женщины был низким и приятным. Мужчина обернулся к ней, подошел и обнял, ласково привлекая к себе:
- Как я смогу сделать вас обоих счастливыми, если не могу сам соорудить качели в саду?
Женщина негромко рассмеялась, смотря на мужа влюблёнными глазами.
Видение дрогнуло.
Солнце исчезло, его скрыли тучи. Ветви качал сильный ветер. Листва на разросшихся кустах пожелтела, большая часть опала. Вдали слышались раскаты грома. Я почти физически ощутила налетающий порывами осенний холод.
Мальчишка-лакети, подбежавший к качелям и усевшийся прямо на землю за ней, был очень похож на своего отца. Я удивленно присмотрелась к ребенку, который уткнулся лицом в ладони и, кажется, плакал.
- Алазар! - к малышу подскочила виденная мною ранее женщина. Под ее глазами залегли темные тени, а на лице читалась тревога. Она упала на траву, рядом с сыном, протянула к нему руки, но не смогла коснуться. Лишь поджала губы, сдерживая собственные слезы. Все же она смогла выдавить: - Папа поправится. Врач говорит, что прогноз хороший.
- Это ведь сделал атэльпат?! - воскликнул мальчик, поднимая заплаканное лицо. От той чистой неприкрытой ненависти, которая отразилась в его сапфировых глазах, мне стало не по себе. Я даже дернулась и коснулась рукой солнечного сплетения, но видение не оборвала.
- Да, Ал, атэльпат, - вынуждена была признать женщина. В этот момент по моему телу прошла дрожь, а юный герцог вновь закричал:
- Почему их всех не уничтожили еще давно?! Почему папа пострадал из-за них?!
- Ал, - ахнула лакети, она все же положила руки на плечи ребенка, стараясь его обнять, но он скинул с себя ладони матери:
- Ненавижу ведьм! Уничтожу всех, когда вырасту!
После этого он вскочил на ноги побежал в другую сторону, а его мама несколько секунд ошарашенно всматривалась в пустоту перед собой, затем тоже поднялась и кинулась за ребенком.
И новый толчок пространства, покрывший видимый мир рябью. Только картинка стабилизировалась, как я вновь увидела Алазара. Стояла напротив семилетнего мальчишки, что сидел на качелях, не в силах даже сделать нормальный вдох. Внутри все сжалось и я наблюдала за происходящим, ощущая, что полностью потеряла над видениями контроль.
В этот раз лакети был одет во все черное. Строгий костюм на растрепанном мальчишке сидел немного нелепо, а лицо его было искажено гримасой боли.
- Ваша Светлость, - произнесла невысокая полноватая женщина даркти, бережно отодвигая ветви ивы и проходя в укрытие. Ребенок шмыгнул носом и отвернулся. - Леди Лаура и лорд Вернон ждут вас.