Режиссер твоего завтра (СИ)

С опаской шагнула на деревянные ступени, судорожно вспоминая, скрипели ли они, когда поднималась по ним вверх. К низу лестницы все-таки нашлась ступенька, которая пронзительно скрипнула. Испугавшись, я отбежала от нее подальше.
И вздрогнула, когда встретилась со своим отражением в широком зеркале гостиной. Непослушные волосы от постоянного верчения по подушке спутались до ужасного состояния. Домовенок Кузя, ей-богу. Приглаживая волосы, с недовольством оглядела голые ноги. Следовало поискать пижаму, а не брать первую попавшуюся мужскую футболку в шкафу. Рома точно оценит мою едва прикрытую пятую точку. Если увидит, но он ее не увидит. Не собираюсь перед ним светить ею.
Несмотря на тишину, на кухне мерцал слабый свет. Стараясь бесшумно и медленно ступать, я подкралась к арочному проходу и увидела Рому, который сидел ко мне спиной за кухонным столом. Голова слабо покачивалась в ритм музыке, к ноутбуку тянулся провод наушников, рядом источала горький аромат чашка свежесваренного кофе, а пальцы то еле слышно отбивали ритм по столу, то порхали над клавишами.
Переписывается с какими-то девчонками. Сто процентов. Ну что, мне подвернулся отличный шанс разочароваться в Роме. Сейчас увижу, как он подкатывает к другим, и слова Миланы выветрятся из головы, а чувства покинут тело.
Шаг, один, второй. Ощущая себя мелким зверьком, который решил подкрасться ко льву, я мягко переступала вперед. Взгляд застыл на белом прямоугольнике монитора, дыхание замедлилось, а сердце наоборот ставило рекорд по отбиванию дроби в груди. Еще немного ближе надо подойти. Хоть бы Рома не обернулся.
Когда я оказалась уже настолько близко, что смогла бы положить руку на его плечо, разобрала строчки переписки. И сразу же прикрыла ладонью открывшийся от шока рот.
Кирилл: Так сложно что-то посоветовать. Обрисуй ситуацию в целом.
Роман: Она симпатичная, аппетитная, но просто кошмар какая зажатая. Совершенно не реагирует на мои подкаты! Я сначала думал, что проблема в бывшем. Типа любит его до сих пор. Но она это категорично отрицает, да и выглядит вполне адекватной, чтобы испытывать чувства к тому кретину. Короче, я ничего не понимаю. Буквально несколько часов назад рискнул ее поцеловать — так она вырывалась, как обезумевшая кошка.
Кирилл: Исчезни из ее жизни на время, потом опять появись и понаблюдай за реакцией. Если будет рада видеть, то дожимай дальше.
Роман: Не могу. У нас общее дело.
Кирилл: Хреново. Но способ работает, проверено.
Роман: Ты понимаешь, какая подстава? Я и не могу, и не хочу исчезать. Кроме меня, ее больше некому защищать. А быть постоянно рядом уже невыносимо. Хочу ее так сильно, что все время ловлю себя на одной мысли — в конце концов сорвусь и просто изнасилую.
Кирилл: Воу-воу! Пойди остынь в душ, чувак! Или переключись на кого-то другого.
Пальцы Ромы пробежались по клавиатуре, набирая ответ: «Не хочу. Она мне слишком нравится». Я превратилась в статую — ни вдохнуть, ни сдвинуться от шока. Только и могла неотрывно смотреть на строчку ответа. Пальцы замерли над клавиатурой. Наконец Рома нажал «энтер» и внезапно завел руку за голову, чтобы, видимо, в задумчивости взъерошить волосы. Но так и застыл, задев мое плечо.
Наверно, зря настолько близко подошла. Хотя точно помнила, что стояла дальше. Гадкое любопытство, скорее всего, вынудило поближе подобраться и слегка наклониться, чтобы хорошо видеть буковки.
Рома вытащил наушники и растерянным взглядом уставился на меня. Я правда ему нравлюсь настолько, что он ни на кого не хочет переключаться? С ума сойти. Вряд ли он бы лгал своему другу. От осознания этого, в груди пробудился нежный трепет и теплом объял сердце.
На моих губах дрогнула улыбка. Но взгляд Ромы быстро наполнился яростью.
— Что ты тут делаешь?
— А что такое? — пробормотала я, микрошажками отступая. — Водички пришла попить.
С особой резкостью Рома захлопнул крышку ноутбука и подорвался с места. Как некстати, у меня тут футболка едва прикрывает трусики. И ясное дело, он сразу это заметил, когда поднялся, и зацепился взглядом за обнаженные ноги. В голове пронеслась строчка: «… в конце концов сорвусь и просто изнасилую». Надо бежать дальше чем глаза глядят! Но страх вместе с исступляющим любопытством окончательно подчинил себе и не дал сделать шагу назад. Я лишь ухватилась за край футболки дрожащими пальцами и потянула его вниз.
 
Секунда — и мир перевернулся вверх тормашками. От неожиданности я сдавленно вскрикнула, Рома крепче обхватил мои ноги, пресекая любые попытки вырваться. Да брыкаться я и не рискнула бы! Не хватало свалиться вниз головой! А она и так захмелела от резкого переворота и дурманящих мыслей.
— Поставь меня на пол! — выкрикнула, молотя кулаками по заднице Ромы. Не реагируя на мои крики, он широкими шагами направился в гостиную. Куда дальше? Понесет насиловать? Атмосфера кухни не подходит для таких вещей? Или он сейчас притащит меня в какую-то комнатку, где заблаговременно приготовил наручники и другие садистские штучки?
По телу пронеслась колючая дрожь. Надо что-то делать. Какого черта не сбежала сразу?! Но кто бы мог подумать, что Рома просто перекинет через плечо и понесет в известном только ему направлении. Извращенец.
Перед глазами замелькали ступеньки. Вдохновившись одной неплохой идеей, я задрала футболку Ромы, обнажая поясницу, и дождалась, пока он поднимется на второй этаж (не то еще полетим кубарем с лестницы). Выбрала момент и со всей дури вцепилась зубами в кожу.
Реакция последовала быстро. Я почувствовала, как Рома вздрогнул от укуса, услышала несколько ругательств, а затем меня резко дернули вверх. Удивляясь, как ему удается так легко кружить мною, я наконец-то оказалась в более-менее нормальном положении — на руках Ромы.
— Сейчас я тебя покусаю. — Меня испугали не столько слова, сколько сердитый голос. Сразу представилось, как он, точно вампир, проводит кончиком языка по жилке на шее, предвкушая наслаждение, и впивается острыми зубами в желанное место.
Пора брыкаться! Вон недалеко виднеется дверь комнаты, в которой я пыталась уснуть. Вырваться бы и спрятаться в ней. Кажись, там на двери даже была защелка.
Но после моих нескольких неудачных попыток освободиться, Рома лишь крепче прижал меня к себе, занес в эту же комнату и бросил на кровать. Не навис сверху, не навалился, прижимая к постели своим горячим телом. Я едва не всхлипнула от разочарования, когда его руки оставили мое тело лежать на холодных шелковых простынях.
Смотря куда-то в сторону, он сиплым голосом произнес:
— В ванной комнате стоит фильтр. Можно воду пить прямо из крана, необязательно идти на кухню.
А после направился к двери. Несмотря на все доводы разума, я чертовски не хотела оставаться одна. Обуздать желание оказаться в объятьях Ромы было больше невозможно. Страх сковывал меня, то горячие, то холодные волны проносились по телу, мне стоило огромных усилий протолкнуть в горле ком и произнести:
— Не уходи.
Рома замер, ухватившись за ручку двери. Какое счастье, он услышал. Мой голос прозвучал настолько тихо и неуверенно, что я боялась — он растворится в тишине. И останется без ответа.
То, что Рома не вышел, остался в комнате, тоже было ответом.
— И мне быть постоянно рядом невыносимо. Но не уходи.
Под тусклым светом ночника, стоящего на прикроватной тумбочке, наверняка хорошо виднелись мои покрасневшие щеки. А вот Рома скрывался в темноте. Мне стало еще более неловко оттого, что я не знала, каким именно взглядом он на меня смотрит.
 
Потянулась к ночнику, щелкнула выключателем — и комната погрузилась в темноту, к которой мои глаза, благодаря дару, быстро привыкли. Но все равно я не могла разобрать выражение лица Ромы.
— Решила поиздеваться надо мной? — хриплый голос, в котором звенел металл, мигом отрезвил меня. Не прошло и секунды, как я подорвалась с кровати.
— Это ты надо мной постоянно издеваешься! — В несколько шагов преодолела расстояние между нами и ткнула пальцем в его грудь. — Знаешь, каких усилий мне стоит не реагировать на твои подкаты?! О! Ты себе даже не представляешь!