Оракул с Уолл-стрит 3 (СИ)
— И самое интересное только начинается.
Здание на Уолл-стрит, 114 я выбрал не случайно. Расположенное достаточно близко к эпицентру финансовой жизни, оно тем не менее новее и просторнее, чем большинство офисов старых брокерских фирм.
Войдя в холл, я с удовлетворением отметил, что рабочие уже устанавливают на стене директорию с названием нашей фирмы — «Стерлинг Инвестментс».
Поднявшись на третий этаж, я отпер дверь в новый офис. Солнечный свет заливал просторное помещение через высокие окна, отражаясь от полированной поверхности свежеуложенного паркета.
Стеклянные перегородки отделяли индивидуальные кабинеты от общего пространства. В центре зала находилась большая доска для котировок, вокруг которой по моему проекту должны располагаться рабочие места брокеров.
Я вдохнул запах нового начала, свежей краски, полировки для мебели, дерева, и позволил себе слегка улыбнуться.
— Впечатляет, босс, — О’Мэлли оглядывался вокруг. — Когда вы успели все это организовать?
— Я работал над этим последние три дня, — ответил я. — Хорошие подрядчики и щедрые чаевые творят чудеса.
Мастер по установке мебели подошел ко мне с чертежами:
— Мистер Стерлинг, куда прикажете поставить столы для брокеров?
О’Мэлли перехватил инициативу:
— Расставить столы можно по этой схеме, — он развернул подготовленный мной ранее план. — Двенадцать по периметру главного зала, еще восемь в западном крыле. Столы для аналитиков у северной стены, ближе к окнам. Доска котировок в центре.
Мастер кивнул и отправился к рабочим.
— Я проверю телефонные линии, — сказал О’Мэлли. — Связисты должны уже заканчивать монтаж.
Я прошел в свой кабинет, просторную угловую комнату с панорамным видом на финансовый район. Массивный стол из красного дерева уже стоял у окна, как я и заказывал. Рядом расположились книжные шкафы, сейф и удобное кресло для долгих часов анализа рынка.
Я поставил портфель на стол и подошел к окну. Отсюда открывался вид на Уолл-стрит, запруженную деловыми людьми, спешащими по своим финансовым делам.
Где-то там, среди них, уже работали мои подставные брокеры, постепенно продающие акции через дюжину разных компаний. Невидимые нити моей финансовой паутины протянулись по всему Манхэттену.
Стук в дверь прервал мои размышления. На пороге стоял Бейкер, первым прибывший из «Харрисон и Партнеры».
— Мистер Стерлинг! — он оглядывался вокруг с нескрываемым восхищением. — Вот это да! Здесь все по-другому!
За ним вошли еще четверо молодых брокеров, нагруженных папками с документами и личными вещами.
— Господа, — я приветствовал их. — Добро пожаловать в «Стерлинг Инвестментс». Мистер О’Мэлли покажет вам ваши места. Чуть позже проведем организационное совещание.
Следующие часы прошли в контролируемом хаосе. Продолжали прибывать сотрудники, по большей части молодые и амбициозные брокеры, уставшие от консервативных подходов Харрисона.
Рабочие устанавливали мебель, подключали телефоны, монтировали телеграфные аппараты. Я лично проверял каждую деталь, убеждаясь, что все соответствует моему видению современной финансовой компании.
К полудню появился Прескотт, введя в офис небольшую группу доверенных людей:
— Мистер Стерлинг, позвольте представить вам основу вашей новой команды.
Я внимательно рассматривал новых сотрудников. Среди них особенно выделялись две фигуры.
Седовласый Маркус Хендерсон, специалист по облигациям с тридцатилетним опытом, и молодая, но невероятно талантливая Сара Левински, первая женщина-аналитик, которую мне доводилось встречать в консервативном мире Уолл-стрит.
— Мистер Хендерсон, рад видеть вас в нашей команде, — я пожал руку старшему специалисту. — Ваша репутация в области муниципальных облигаций широко известна.
— Мистер Прескотт высоко отзывался о ваших методах анализа, — ответил Хендерсон. — Признаюсь, я давно не видел столь свежего подхода к инвестициям.
Я повернулся к молодой женщине:
— Мисс Левински, добро пожаловать. Ваша статья о влиянии цен на нефть на автомобильную промышленность была блестящей.
Сара Левински удивленно приподняла брови:
— Вы читали мою статью? Большинство даже не обратило на нее внимания.
— Я ценю аналитический талант вне зависимости от того, кто его носитель, — ответил я. — В «Стерлинг Инвестментс» вы получите возможность полностью реализовать свой потенциал.
Когда первоначальная суматоха улеглась, и основная команда была размещена по рабочим местам, я поднялся на небольшое возвышение у доски котировок.
— Дамы и господа, — начал я, дождавшись тишины. — Благодарю вас за смелость и доверие. То, что мы создаем сегодня — это не просто новая брокерская фирма. Это новая философия инвестирования.
Я обвел взглядом внимательно слушающих сотрудников:
— «Стерлинг Инвестментс» будет работать по принципам, отличным от традиционных фирм. Во-первых, прозрачность для клиентов. Никаких скрытых комиссий, никаких манипуляций. Во-вторых, индивидуальный подход к каждому инвестору, учитывающий его истинные цели, а не только стремление к сиюминутной прибыли.
Я перешел к объяснению организационной структуры:
— Наша фирма будет работать в двух направлениях: публичное отделение, для широкого круга клиентов, и частное — для особых инвесторов с долгосрочными стратегиями. Мистер Прескотт будет управлять публичным отделением, я буду курировать частное.
Я представил ключевых сотрудников, обозначая их роли:
— Мистер Хендерсон возглавит аналитический отдел. Мисс Левински будет заниматься исследованиями новых рынков. Мистер О’Мэлли отвечает за безопасность и конфиденциальность.
Один из молодых брокеров поднял руку:
— Мистер Стерлинг, а как вы планируете привлекать клиентов? Харрисон наверняка настроит против нас многих из своих старых связей.
— Наш главный козырь — результаты, — уверенно ответил я. — За последние месяцы моя стратегия показала доходность вдвое выше среднерыночной. Кроме того, — я позволил себе легкую улыбку, — многие клиенты уже выразили желание перейти к нам. Фуллертон, Вестон, семья Паркеров… Они ценят инновационный подход и индивидуальное внимание.
После общего собрания мы с Прескоттом уединились в моем кабинете для более детального обсуждения стратегии.
— Никогда не видел такого быстрого запуска, — признался Прескотт, оглядывая почти готовый к работе офис из окна моего кабинета. — Вы подготовили все заранее?
— Я верю в тщательное планирование, — ответил я, разливая кофе. — И в предвидение необходимых изменений.
— Что ж, — Прескотт откинулся в кресле, — должен признать, ваше предвидение впечатляет. Но Харрисон прав в одном. Регуляторы будут наблюдать. После прошлогоднего скандала в Чикаго с инвестиционным домом «Гринвуд» власти стали особенно подозрительны к новым фирмам.
— Поэтому мы будем предельно прозрачны, — твердо сказал я. — По крайней мере, в публичной части бизнеса.
Я открыл папку с документами:
— Вот список клиентов, готовых перейти к нам немедленно. Фуллертон, Вестон, семья Паркеров от вас… Общий капитал под управлением составит около тридцати пяти миллионов долларов с первого дня.
Прескотт присвистнул:
— Внушительно для начала.
— Это только начало, — я подошел к карте США, висящей на стене. — В течение года я планирую открыть филиалы в Бостоне и Чикаго.
Стук в дверь прервал наш разговор. В кабинет вошел Сэмюэль Розенберг, мой юрист, невысокий мужчина с проницательными глазами за круглыми очками.
— Мистер Стерлинг, вот окончательные версии всех необходимых лицензий и разрешений, — он положил на стол пухлую папку с документами. — Нью-Йоркская фондовая биржа одобрила нашу заявку на членство. С завтрашнего дня «Стерлинг Инвестментс» может официально начать операции.
— Отлично, — я просмотрел и подписал документы. — А что с возможными исками от «Харрисон и Партнеры»?
— Они бессильны, — уверенно ответил Розенберг. — Соглашение, которое вы подписали, полностью защищает вас от любых претензий. Более того, мы подготовили ответные иски на случай, если они попытаются воспрепятствовать переходу клиентов.