Кровь Василиска. Книга IX (СИ)

— Сделаешь как я сказал, и деньги твои, — произнес Каратель и кивнул на кошель.
— Идет! — контрабандист моментально изменился в лице, чувствуя легкую наживу.
Франсуа вернулся к Бриану.
— Что вы собрались делать? — спросил Де’Кларри священник.
— Как всегда, разбираться с проблемами, — горько усмехнулся бывший наемный убийца.
Луи покачал головой, но ничего не стал отвечать Карателю, поэтому несколько минут они плыли молча.
— До пирса осталось совсем ничего, — тихим голосом произнес Бобер, оставив штурвал и подойдя к Франсуа.
— Жди меня здесь, — произнес Каратель, смотря контрабандисту в глаза. — Если я не вернусь в течении часа, то плыви обратно.
— Но…
Вместо слов, Каратель ткнул его кулаком с кошелем в грудь.
— Будет сделано! — усмехнулся контрабандист и на его лице появилась довольная беззубая улыбка.
— Я подам сигнал, что плыть можно, — произнес Франсуа.
— Какой? — спросил капитан баркаса.
— Подожгу что-нибудь, — спокойно ответил Де’Кларри.
Так как сохранность пирса Бобра волновала мало, он просто молча кивнул, не став вдаваться в лишние подробности.
— Луи, надеюсь на вас, — произнес Де’Кларри, после чего сделал по баркасу несколько быстрых шагов, а затем перепрыгнув через борта шхуны, нырнул в ночное море.
Оказавшись в воде, бывший наемный убийца взял клинок в зубы и поплыл в сторону доков Тузулы.
Если кто-то решил устроить на Карателя засаду, то этот «кто-то» должен был понимать с кем он имел дело.
И сейчас, Франсуа в очередной раз собирался доказать, что с Карателем, дел лучше не иметь.
  
Глава 28
 
Идиот! — подумал я, и сразу же рванул вслед за Де’Аламиком.
— Анри! — успел крикнуть я, когда Пересмешник достал свою шпагу и ее клинок вспыхнул ярким золотым светом.
Я начал усиливать свое тело магической энергией и в принципе, без труда бы догнал лекаря, но что потом?
Если я остановлю его силой, то врядли это решит проблему.
Он все-равно захочет отомстить этому призраку и вернется сюда.
Хотя, учитывая нашу ситуацию, он вообще не обязан идти с нами дальше. Сейчас Жумельяк не был его командиром, а значит Де’Аламик был волен делать все, что ему заблагорассудится.
В том числе, и попробовать убить алого аббата, которого он винил в смерти своей сестры.
Ну, или умереть от него…
Разумеется, Пересмешник не остановился, услышав свое имя, и быстро сократив расстояние до призрака, сразу же атаковал его.
Ничего себе! — каким же было мое удивление, когда алый аббат спокойно отбил атаку Де’Аламика серпом, который удерживал в воздухе при помощи своей силой.
Причем, удар был настолько сильным, что Анри был вынужден совершить несколько шагов назад, чтобы не упасть и судя по тому, что я видел, ему стоило больших трудов сохранить равновесие, чтобы не упасть.
Как я и предполагал, сущность, обосновавшаяся в этой церкви и следившая за погостом оказалась очень сильна.
Но самое удивительное, что на агрессию Пересмешника призрак никак не отреагировал.
Отбив удар, он продолжил заниматься своими делами, чем удивил не только меня, но и видимо, самого лекаря.
Де’Аламик посмотрел на меня и я покачал головой, тем самым мысленно говоря ему — «не надо».
К сожалению, он меня не послушал и снова бросился в атаку, но в этот раз, в его второй руке я заметил небольшой пузырек, который спустя мгновение, тоже начал сиять ярким солнечным светом.
Что он задумал? — подумал я, и как только Пересмешник поднес склянку к губам сразу же все понял.
Он собирался облить алого аббата водой, которую запитал своей магией света.
Так и случилось.
Откупорив пузырек, лекарь выплеснул его содержимое в призрака и вода, которая была пропитана его светлым элементом попала на алую мантию сущности, живущей в этой церкви, которая сразу же задымилась, а ее обладатель издал странный пульсирующий вой.
Причем, такой силы, что мне пришлось закрыть уши руками, чтобы не оглохнуть.
А вот сейчас начнутся проблемы! — сразу же понял я, смотря на призрака алая мантия которого начала угрожающе развиваться а на его безликом лице, состоящим из тени, вспыхнули алые глаза.
  
Это, видимо, не особо напугало Пересмешника, так как он встал в боевую стойку, а его свободная рука, в которой был пузырек, вспыхнула ярким золотым светом.
Он же не боевой маг, — подумал я, смотря на уверенного Анри, который явно решил идти до конца.
Я начал усиливать себя остатками маны, поглядывая искоса поглядывая на Титуса и Тину, которые судя по их виду, тоже готовы были в любой момент броситься в атаку.
Но, что самое удивительное — алый аббат не нападал.
Его полупрозрачная мантия продолжала угрожающе развиваться и дымиться в местах, где на нее попала «заряженная» магией света вода, но сам он не спешил наподать.
А затем случилось то, что не ожидал никто.
Алый аббат заговорил.
— Что-о ва-ам ну-ужно, — протяжно произнес призрак, после слов которого сразу же повисла гробовая тишина.
Пересмешник даже опустил шпагу, настолько он был удивлен происходящим.
Я удивился меньше, так как уже разговаривал с потусторонними сущностями ранее, вроде Неспящего губернатора или того же фантома, которого мог создавать брат Избранника Угла.
И, пока в отношении с алым аббатом возникла заминка, я решил подойти к Пересмешнику, благо хозяин этого места не обращал на меня никакого внимания.
— Оно говорит, — произнес Пересмешник ошарашенным голосом, когда я с ним поравнялся.
— Вижу, — кивнул я. — Спроси его про сестру, — посоветовал я лекарю. — Вдруг, он что-то знает, — добавил я, не спуская глаз с призрака.
Да, было сложно поверить в происходящее и уж тем более, что эта сущность помнит сестру Де’Аламика, но попытка не пытка.
Ситуация и так была абсурдная и хуже уже вряд ли могло стать.
— У меня есть вопрос получше, — взяв себя в руки, ответил Анри. — Ты убивал людей? — спросил Пересмешник алого аббата.
— Да, — все тем же протяжным голосом ответил он.
Лекарь сглотнул, ком, застрявший у него в горле.
— Кого? — спросил он и его голос дрогнул.
— На-ру-ши-те-лей, — ответила ему полупрозрачная сущность в алой мантии.
Де’Аламик посмотрел на меня и я пожал плечами.
— Мы нарушители? — спросил я.
— Нет, — ответил алый аббат.
— Кто, тогда, является нарушителем? — задал я логичный вопрос.
— Кто тре-во-жит не-ви-нных, — протянул призрак.
Прозвучало сильно расплывчато.
Я уже собрался было задать другие наводящие вопросы, но меня опередил Пересмешник.
— Моя сестра тревожила невинных? — спросил он и я сразу же напрягся и приготовился к бою.
От ответа призрака многое зависело и я уже приготовился к бою, но алый аббат не спешил отвечать и на погосте повисла гробовая тишина.
— Сес-тра…Я не зна-ю кто есть тво-я сес-тра, — наконец, заговорила сущность.
Хм-м, логичный ответ.
Задай мне Пересмешник этот вопрос, я ответил бы также.
— Дай спрошу я, — попросил я Анри и лекарь кивнул. — Скажи, как давно ты кого-то убивал? — задал я вопрос алому аббату, ответ на который мог разрешить нашу проблему.
Призрак снова задумался. Если, конечно, они вообще на подобное способны.
Я перевел взгляд на Де’Аламика и увидел, как тот напрягся.
— Мно-го зим, — наконец ответил алый аббат.
Хм-м, получается много лет? Опять же, слишком растяжимое понятие.
— Можешь вспомнить сколько? — спросил я и наш призрачный собеседник снова задумался.
При этом, его мантия перестала угрожающе развиваться, да и вообще, он, как будто, стал выглядеть менее враждебно.
Во всяком случае, так подсказывала мое чутье, которому я привык доверять.
Алый аббат медленно повернулся и указал рукой на могилы, а вернее на надгробные камни и кресты.
— Больше чем их, — наконец, дал он ответ и я облегченно вздохнул.
На погосте их было больше чем тридцать штук, а значит и убить сестру Де’Аламика он не мог.