Кровь Василиска. Книга IX (СИ)

Несколько секунд понадобилось тюремщику, чтобы прийти в себя.
— Они…Они странные. Он не отжимается, приседает или качает пресс, как делал это, например, Каратель. Всего его упражнения, как будто, направлены только на руки, — произнес Де’Руг. — Вернее даже не так. Скорее на кисти рук, — сказал тюремщик.
— Кисти? — удивился Вивьен.
— Да, кисти, — кивнул подчиненный начальника Кастилии. — И пальцы, — добавил ледяной маг и его собеседник задумался.
— Хм-м, интересно, — холодным тоном процедил Де’Сад. — Неужели он хочет…
Мужчина вовремя оборвал себя на половине предложения.
Разумеется, Де’Руг не стал просить, чтобы его начальник поделился с ним своими соображениями, которые не высказал.
Тюремщик, вообще, хотел бы быть, сейчас, где угодно, но только не в кабинете начальника тюрьмы.
— Продолжай следить за ним, — произнес Де’Сад, а спустя несколько секунд, в дверь его кабинета постучали.
— Войдите, — произнес управляющий Кастилией и когда дверь открылась, на пороге появился один из служащих тюрьмы.
— Господин, вам письмо, — произнес работник Кастилии, и когда Вивьен, кивком, дал разрешение ему войти, работник тюрьмы подошел к своему начальнику и протянул ему письмо с печатью кардинала.
Несколько секунд Де’Сад изучал ее, а потом сломал печать и выудив из конверта листок бумаги, начал внимательно его изучать.
И с каждой секундой прочтения, его взгляд становился все смурнее и раздраженнее, а затем Вивьен выругался и ударил ладонями по столу, после чего посмотрел на своих подчиненных.
Оба они боялись даже пошелохнуться, поэтому в кабинете воцарилась гробовая тишина.
Казалось, работники Кастилии, даже, перестали дышать, видя в каком бешенстве находится их начальник.
— Как же меня бесит этот Кастельмор… — процедил управляющий тюрьмой сквозь зубы.
Разумеется, ему никто не ответил.
Раскрывать рот в этой ситуации было себе дороже и равноценно самоубийству. Одно неверное слово и…
О последствиях никто из тех, кто сейчас находился в кабинете Де’Сада, даже, думать не хотел.
В кабинете снова повисла неуютная тишина.
— Приведите ко мне, этого лейтенанта, — сквозь зубы процедил Вивьен
— К вам в кабинет? — набрался духу и спросил Аднот.
— Ты, идиот⁈ — рявкнул на него управляющий Кастилией, от чего бедный тюремщик еще больше вжался в кресло. — Нет, конечно! В допросную!
— Будет сделано, господин! — Де’Руг вскочил с места, как ужаленный и быстро покинул кабинет своего начальника, чего он, в последние несколько минут, желал больше всего на свете.
— Господин, я вам еще нужен? — в этот раз, набрался храбрости спросить второй из работников тюрьмы.
— Нет, можешь идти, — махнул на него Вивьен, которого уже полностью был поглощен своими мыслями.
Второй раз просить его было не нужно, поэтому посыльный быстро ретировался и Де’Сад остался наедине со своими мыслями.
Значит, этому Жозе Жумельяку удалось уговорить своего папочку, чтобы тот разрешил ему повидаться со своим другом, — подумал Де’Сад, и скомкав письмо отправил его в мусорное ведро, которое стояло рядом с его столом.
А ведь так все хорошо начиналось.
Да, судя по отчетам Аднота, этот Люк Кастельмор был крепким орешком и сломить его было не так просто, но Вивьен не думал, что кардинал так быстро добьется от короля того, что его сыну разрешат увидеться с пленником.
Он, как-никак, обвинялся не в чем-то, а в измене короне. Согласно обвинению, он помог сбежать самому Карателю — Франсуа Де’Кларри, который попытался убить короля Галларии — Людовика Мудрого.
И как только король пошел на это…
Неужели высокопреосвященство имеет такое сильное влияние на монарха?
Вивьен тяжело вздохнул и встал из-за стола.
Не собирался он, конечно, так быстро переходить к беседе с заключенным, но что ж поделаешь.
Управляющий тюрьмой покинул кабинет и направился в допросную.
Что ж, посмотрим на этого лейтенанта и на то, насколько он крепок, — подумал Де’Сад и усмехнулся.
Интересно, долго он сможет продержаться?
* * *
Четвертый день в Кастилии ничем не отличался от трех предыдущих.
  
Разве что, в последние два дня меня кормили раз в день.
Помои, конечно, но хоть какая-то питательная ценность. Не будь этой баланды, тогда, вообще, было бы худо.
А так, благодаря медитациям и узкоспециализированным физическим упражнениям с упором на сохранение энергии в организме, жить было можно.
Утром, я даже попытался забраться наверх, делая упор на одну лишь силу хвата пальцев.
Получилось так себе, но как говорят, попытка не пытка.
Мне, все-равно, удалось преодолеть несколько метров в высоту, прежде чем я сорвался.
А это уже, какой-никакой результат.
В любом случае, нужно же было чем-то занять себя, благо времени у меня было предостаточно.
И я собрался, было, снова приступить к медитации, но сверху послышалась какая-то возня, а затем крышка моего колодца начала медленно отъезжать в сторону.
Вскоре, я увидел лицо своего тюремщика, которого, судя по разговорам, которые я иногда слышал сверху, звали Аднот.
И судя по его фамилии — Де’Руг, он был из благородных.
Да уж, такая себе, конечно, работенка для сильного одаренного мага, да еще и из благородного рода.
Чем он заслужил себе такое?
— Лейтенант Кастельмор, живой еще? — послышалось сверху.
— Как видите, — спокойно ответил я, смотря вверх.
Мой ответ, скорее всего, разочаровал тех, кто был снаружи, но что поделать, подыхать здесь, точно не входило в мои планы.
Сверху, снова, началась какая-то возня, а затем, неожиданно, ко мне вниз скинули какой-то горшок, причем, целились явно в меня, но я отошел и он упав, разбился.
Стоило этому случится, как всю камеру, тутже, начало заполнять каким-то очень едким зеленым дымом, от которого сразу же начали слезиться глаза.
После пары секунд я ощутил, как моя голова начинает кружиться, а затем, мне стало так плохо, что я едва мог устоять на ногах.
Я упал на одно колено и закрыл нос и рот ладонью.
Эти твари, что, пытаются меня отравить⁈ — была последняя мысль, которая промелькнула у меня в голове, прежде чем мое сознание потухло и я провалился в забытье.
* * *
— Очнись! Слышишь, кому сказал! — чей-то голос звучал, будто бы говоривший находился очень далеко от меня.
— Эй! — это был уже другой голос, который звучал так же тихо.
Создавалось такое впечатление, что говорившие с ним, общались в толще воды, и голоса их было очень сложно разобрать.
Еще сложнее было это сделать через ужасную головную боль, которую я испытывал, стоило мне прийти в сознание.
— Давай, лей, — тем временем, услышал я чьи-то слова, и буквально в следующий миг меня окатили водой из ведра.
— Кха, — я открыл глаза и сплюнул воду, которая попала мне в рот и в нос.
Какое-то время мне понадобилось, чтобы сфокусировать взгляд.
Когда же я сделал это, то увидел перед собой ледяного мага, который, сопровождал меня во время обходной экскурсии по Кастилии и незнакомого мне мужчину, судя по одежде которого, можно было догадаться, что он какая-то местная шишка.
Возможно, даже, управляющий тюрьмой.
— Пришел в себя? — мне отвесили звонкую пощечину, хоть это было и лишним.
Они видели, что я открыл глаза.
Я ничего не ответил. Было и так понятно, что я в сознании.
Вместо этого, я смерил обоих мужчин уничтожающим взглядом, уверенно для себя решив, что они точно не жильцы.
Мой взгляд точно не понравился одному из присутствующих — тому, которого я раньше не видел и он, кивнул ледяному магу.
Видимо, это был какой-то условный сигнал, так как я сразу же ощутил пробирающий до костей холод, от которого стало физически больно.
Настолько, что я чуть было не застонал.
Казалось, в моем теле замерзло все, включая саму кровь.
— Хватит! — снова кивнул ему незнакомец и спустя несколько секунд я, наконец, смог позволить себе вдохнуть, ибо казалось, сделай я это, мои легкие, просто, потрескаются и лопнут.