Кровные узы (СИ)
— Печать стоит? — уточнил Орис.
— На стенах, на полу и на потолке, и еще в соседних помещениях раскидал, — напряженно отвечал Карглос.
Лежащий на полу замер, перевел полный ужаса взгляд на Олега и прорычал:
— Он мой!
— Нет, не твой, — отвечал ему Олег, давая волю дару.
— Он сдохнет, но я тебе его не отдам!
Олег усилил воздействие и тёмный взвыл.
— Пошел прочь из него!
— Я заберу его в бездну вместе с собой!
— Прочь из него! — мальчик еще сильнее выкрутил, пока тёмного не затошнило чёрной и тягучей жижей. Она расползалась по всему защитному рисунку, пока с громким писком не сгорела в синем огне.
— Командир? — закашлялся мужчин, сплевывая последние остатки черной субстанции.
— Стой, Орис, эта тварь может притворяться, — остановил напарника Карглос.
— Кейр, проверь, — приказал Орис.
— Есть первая стадия! — подтвердил верон. — Он в сознании! Лаи, голос тьмы слышишь⁈
— Да, — хрипло отозвался мужчина, дрожа.
— Жажда крови⁈
— Невыносимая…
— Надо срочно глушить голос тьмы, иначе он снова сорвется! И в карантин его! Спеленайте так, чтобы пошевелиться не смог! Не давайте ему крови и ничего мясного!
Медики сразу окружили дрожащего пленника, надевая ему на руки браслеты и обматывая серебряными цепями, натянули ему на лицо намордник и на руки перчатки.
— Больно…
— Потерпи, Лаи, — погладил его по волосам Орис. — Мы нашли лекарство, ты поправишься.
— Другие вероны так могут? — спросил Карглос, как только верданы унесли пациента. — Пацан же не один может обращаться к кровным узам.
— Не один, — устало согласился с напарником Орис, — но только Воскрешенная могла заглянуть в бездну и вытащить оттуда страдающую душу, как это сделал только что он. Теперь я понимаю, как он вылечил Юлиана.
— Подожди… он же первого уровня, а Воскрешенная восьмого.
Карглос сдернул с лица очки и присмотрелся к Олегу, а затем сделал опасливый шаг назад. Тарален присел рядом с мальчиком, поглаживая его по спине и мысленно успокаивая, говоря, что ему не стоило ничего бояться.
— Орис, да его же наши печати не сдержат, он легко снесет их.
— Давай не будем паниковать, — сказал напарнику вердан. — В нашей работе паника опасна.
— Какого он уровня, Орис? На нём столько морока и защитной магии, что я вижу только до пятого.
— Воскрешенная восьмого, значит, и он такой же. И сегодня мы вернули Лаи, я уже собирался похоронку писать его родителям, когда Кейр прислал сообщение и запретил казнить его.
— Лечить их с помощью мальчика очень опасная и рискованная затея.
— У нас есть другие варианты? Другое лекарство?
— Совет магов узнает, нас всех разжалуют!
— Харватиус приказал мальчика скрывать, — вмешался Тарален. — Остальным необязательно знать.
— Надо пробовать, — снова заговорил Орис, — надо пытаться, чтобы получить альтернативу. Я готов рискнуть, если не придется больше убивать наших ребят.
Карглос вернул очки на место, а затем с кем-то связался:
— Медведь, тащи всех пойманных адманов в камеру пыток. Обдадим их всех контрастным душем.
* * *Раз за разом Олег повторял действия с каждым адманом, которого ему приносили. От рядовых стражей границы мальчика скрывали с помощью покрова невидимости. Они косились в его сторону и не понимали, кого начальство привело.
— Бездна, он вытаскивает даже тех, кто крови испил, хотя и с трудом, — произнес рослый зоу в татуировках, кого называли Медведь.
— Главное, что вытаскивает, — отвечал ему напарник-вердан.
Но в какой-то момент дар Олега дал сбой, о чем он и сообщил окружающим:
— Оно тут сидело, я не могу прогнать.
— В каком смысле оно тут сидело? — не понял Карглос, переглядываясь с подчиненными и Орисом.
Первый догадался Кейр и распорядился Зорию снять намордник, который мешал адману говорить.
— Кузнечик, оно тут сидело, как давно ты адман? — насмешливо обратился к нему верон.
— Три месяца, — вполне адекватно отвечал Кузнечик.
— Три месяца⁈ — взревел Медведь, а Олег понял, за что ему его прозвище дали. — Да я ж тебя, скотину, еще неделю назад на задание посылал!
— Оно тут сидело, чем сдерживал? — продолжал спрашивать Кейр.
— Печатями по всему телу, кровь пил.
— Убивал?
— Пару ублюдков на задании. Не жалею.
— Запах скрыл, система на него не срабатывает, мирайя не выдали и поймали, когда на задании себя раскрыл…
— Их кто-то покрывает, — понял Карглос из сказанного вероном. — Медведь, вызови Бархата.
Когда в комнату вошел рослый чернокожий весь в красных символах, его сразу спеленали таким же образом, как и остальных адманов.
— Я не говорил им, — виновато сказал ему Кузнечик, отвечая на косой взгляд.
— Глянь его, — распорядился Кейр.
— Одно сидело, а второе — нет, — сказал Олег.
— Не торопимся. То, что сидело, должно остаться целым и невредимым.
— Хорошо…
Едва Олег применил дар, как чернокожий заорал. Мальчик старался сосредоточиться лишь на одном, как в какой-то момент вмешался Тарален и помог сконцентрироваться. И только после этого адмана затошнило и тошнило довольно долго.
— Сколько ж в тебе дерьма-то накопилось, — прокомментировал Кейр, — как давно ты адман?
— Пять лет… — кашлянул Бархат.
— Как самочувствие?
— Намного лучше…
— Так, они тут сидели, мы помещаем вас в карантин. Меняем диету на искусственную кровь. Ломать будет, как самых убитых наркоманов.
— Из твоих уст звучит как обещание райского наслаждения, — ухмыльнулся Бархат, обнажая испачканные чёрным зубы.
— Но сначала спрошу, скольких ты покрывал?
— Их не убьют?
— Ну, тебя ж не убили. Оно тут сидело оставим, а остальное отправим в бездну.
Бархат перечислил имена. И с каждым новым именем лица командиров всё больше вытягивались. Карглос и вовсе стоял с видом: «как мы могли такое пропустить, пора на пенсию».
— Дикий, позови Перчика, — приказал Орис, после того как прозвучало последнее имя.
Перчиком оказался робкого вида светловолосый мирайя. Осмотрев комнату, он скривился, явно осознав, что ему предстоял допрос.
— Перчик…
— Я не мог сдавать друзей, — сразу отвечал мирайя, словно считал, что хотел сказать зоу. — Так они могли продолжать работать, хоть и недолго.
— Сколько…
— Пять лет, как у лордов, а затем начиналась перековка. У некоторых раньше.
— И…
— Да, только тёмные.
— Ты видишь, когда начинается перековка? — спросил Кейр.
— Да.
— Назови тех, у кого она началась. Надо оставить только тех, у кого оно тут сидело.
— У Бархата, но он еще держится, — Перчик перевел взгляд на чернокожего, — кто-то её отменил…
— Уже легче.
— Если мирайя покрывают, надо шерстить все наши базы, — задумчиво протянул Орис.
— На сегодня хватит, — сказал Тарален, снова погладив Олега по спине, — он устал.
— Да и мне материала для работы хватит, — согласился Кейр.
Перчик перевел взгляд на мальчика и присел перед ним. Как понял Олег, покров невидимости мирайя не останавливал.
— Командир, взгляните, — сказал Перчик, а в воздухе повис алый символ. — Метка свежая, вчера или позавчера поставили.
— Медведь, Дикий, — очень мрачно позвал Карглос.
— О, кто-то напрашивается на знатных пи…дюлей! — Медведь в злом предвкушении стукнул по раскрытой ладони кулаком.
— Согласен, — более сдержано отреагировал его напарник, нехорошо сузив глаза.
«А с вами полезно дружить», — оценил Олег. В ответ Тарален слегка сжал его плечо.
— Так, на осмотр его в мой кабинет, — распорядился Кейр.
— Он устал, — возразил Тарален.
— Вот и отдохнет в моем кабинете, — Кейр сам подхватил Олега на руки и понес его из камеры пыток под любопытные взгляды других стражей границы.
Из своего кабинета Кейр всех прогнал, кроме одного красноволосого ассистента. Как только все в недоумении вышли верон усадил Олега на волнообразное кресло, которое явно не предназначалось для детей. Руки Кейра запорхали, активируя разные непонятные приспособления.