Кровные узы (СИ)

— Когда есть аналог в виде более опытных мирайя? Нет, — сразу отверг верон. — Чтобы Харватиус согласился пойти на подобный обман, у Олега должно быть что-то уникальное и очень ценное. Проблема-то не в Харватиусе, а в среднем и низшем уровне совета магов.
— Они должны проголосовать за казнь вместе с верхушкой, — погладил кончиками пальцев рог Бешенный.
— Да, — кивнул Тарален, — а чтобы они проголосовали, мальчик должен проносить максимальную пользу союзу миров. И одного его дара здесь недостаточно, да еще и настолько спорного. Вспомни, как относятся к Далаку в открытых мирах. Там симпатией и близко не пахнет. Пока всё против нас.
Возле красного забора показался Аркадий с двумя бутылями наливочки.
— Мне нравится этот старик, — прищурился дракон. — Давайте ему не стирать память, да и этим балаболкам просто заблокируем пару дней, пока прошение будет на рассмотрении у Эла.
— С Шераином будешь сам разбираться, если он тебя поймает, — предупредил Тарален, — я не твой начальник.
— Ничего, приду, высморкаюсь в его занавеску, он нервный срыв заработает и сам забудет, — лениво отвечал Буйный.
Его поддержал смехом полудемон:
— Я помогу!
  
Глава 3.23
 
После возвращения Амрона ждали толпы журналистов, которые казалось, к нему в спальню залезут через окно. Пришлось прятаться под столом в кабинете отца с сестрой и… Генлием.
— Я, конечно, ожидал, что брат чего-нибудь натворит… но такое… — пролепетал Амрон, осторожно выглядывая из скромного убежища.
— Да я сам в шоке, — шепотом признался Генлий. — Засранец порвал поводок. Я думал, после нападения на столицу и его столкновения с Дэнвилом меня уже ничего удивить не способно…
Вместе они смотрели телешоу. Как раз зрителям показывали сцену, где Олег в теле брата ставил на место слуг и заступался за новичка йота. Самые эпичные кадры с ним крутили в качестве рекламы передачи «В поисках истины» с кричащим названием: «Монстр или жертва интриги?»
— Не понимаю… — пролепетал Амрон, — я столько раз просил их этого не делать, а они всё равно продолжали… почему они его послушались, а меня нет?
— Он жестко выставил границы дозволенного, чего не смог сразу сделать ты, — не согласился с племянником Генлий. — Иногда просьбы и уговоры не срабатывают и надо показывать кто в доме хозяин.
— Но я… даже игрушки развесил…
— Никто не понял твоих намеков, всем просто казалось, что у тебя причуда собирать куклы и прикалывать их к стене.
— Э…
— А вот костерок сразу дал всем понять, что тебе это не нравится, — продолжал Генлий, пока племянник переваривал его слова. — Ты не улавливаешь главного. Он действием показал, кто во дворце веронов главный. Об него так ноги, как об тебя никто бы никогда не вытер. И он бы не развешивал игрушки на стенах, нет. Я уверен, ему бы никто никогда не рискнул бы подарить девчачьи вещи, как их дарят в большом количестве тебе…
— Тише вы! — шикнула на них Лимра, не отрывая взгляд от планшета. — Начинается!
В кадре на фоне цветущего и благоухающего окружения появилась красивая пышногрудая мелианка:
— С вами Дива и передача «В поисках истины». Мы раскрываем истину, о которой умолчали. Истину, о которой не принято говорить. Давайте сегодня разберемся, почему возврат зла убил одних и не тронул других? Кому этот внушающим всем ужас дар несет смерть, а кого исцеляет от болезней? Стоит ли его бояться? Мы пригласили к нам в студию полевого врача йотов Мяуриса Ухтона из рода лесных охотников, который выжил в гуще беспощадного сражения против демонического нашествия.
Крупным планом показали песочного пожилого йота, сидящего на цветке.
— Это правда, Мяурис, что вас возврат зла не тронул? — спросила мелианка, изящно присаживаясь напротив гостя.
— Да, это так, он меня задел, но не убил, — отвечал с легким волнением йот.
— Вас не тронул возврат зла, потому что вы были рабом демонов?
— Нет, на мне не было рабских цепей, — Мяурис показал чистую шею без символов. — Никого из моих коллег дар тронул, как и большинство раненых, находившихся в палатке. Никто из нас не служил демонам и не был под их контролем. Малого того, самые безнадежные раненные исцелились и даже погибшие вернулись к жизни.
 
— Тогда почему возврат зла не убил вас, но уничтожил такое огромное количество ваших соотечественников?
— Возможно, он как-то реагировал на агрессию, а у меня в мыслях было лишь как вытащить и спасти раненных. Я не думал, ни о чем другом. То же самое рассказывали мои коллеги. Да, мы все упали, когда нас задела волна, однако мы не погибли.
— Вы считаете, что возврат зла задел лишь тех, кто сражался и находился под властью жажды крови? — допытывалась Дива.
— Да. Я искренне считаю, что он отреагировал на агрессию.
— Что вы скажите на то, что дар задел юношу Лиуриса Мягколапого, находившегося в городе? Его сделали иконой, невинной жертвой возврата зла.
— Может, он с кем-то дрался, я не знаю, — замялся Мяурис. — Я лишь высказываю свои предположения и могу ошибаться.
Среди находившихся в зале зрителей недовольно зашумели йоты, даже несколько выкрикнуло оскорбление: «слуга демонов, гори в бездне!». Однако остроухая даже ухом не повела:
— Спасибо, Мяурис, за ваше откровение, — она повернулась и улыбнулась в камеру. — Дорогие телезрители, встречайте нашу следующую гостью. Она отказалась называть свое имя, но смело согласилась рассказать, с кем дрался и дрался ли вообще погибший Лиурис. Был ли он невинной жертвой или его смерть не случайна?
В зале снова зашумели, особенно после того, как появилась ширма с льющейся сверху водой, а внутри угадывался образ женской особи йотов.
— Если вы не передумали, — обратилась к невидимке Дива, — расскажите нам, в какой момент погиб Лиурис от возврата зла?
— Он пытался… пытался взять меня силой…
Зал взорвался недовольством. Некоторые вскочили со своих мест.
— После небольшой рекламной паузы мы покажем инклюзивные кадры нападения нетрезвого Лиуриса на нашу гостью, — продолжала приветливо улыбаться Дива под яростные крики в зале, — так же вас ждут откровения вернувшихся из мира мертвых и уникальные кадры с Амроном. И вы, наши дорогие телезрители, сделаете сами выводы. Был ли Лиурис невинной жертвой битвы всемогущих чудовищ или же преступником едва не избежавшим наказания?
Приглушив звук телешоу, Генлий обратился к дяде:
— Акрон, ты попросил или мелианцы сами впряглись?
«Сами впряглись, — мысленно отвечал Акрон. — Они активно раскручивают компанию по поддержке правления Амрона».
— Они ваши ближайшие соседи и у них нет собственного защитника… Они рассчитывают на Амрона в будущем?
«Разумеется. И вы можете выползать, вероны разогнали журналистов».
Вместе с детьми Генлий осторожно покинул убежище, чтобы переместиться на подоконник под тень цветущих растений. Ухмыляющийся долол сразу закурил, выпуская струйку дыма в открытое окно.
— Твое веселье меня пугает! — признался Инаран, едва взглянув на брата.
— Он порвал поводок! — даже не пытался скрыть злорадного веселья Генлий. — Это просто как взять и сказать всем, что совет магов некомпетентная кучка идиотов и их пора всех распустить! Я готов расцеловать твоего пацана, если бы не боялся веронских микробов!
— Генлий, — провел рукой по лицу Акрон, — его поступок заставил выйти из тени верхушку совета магов. Уже они будут решать, как с нами разговаривать на счет поведения Амрона. Это уже другой уровень.
— На мой взгляд, они лучше, чем истерички вроде Керша, — Генлий вытащил из кармана куклу, развязал ей крохотный чепчик и завязал его на макушке Лимры, в ответ девочка показала ему язык и продолжала смотреть шоу. — Кто конкретно взялся за разбирательство? Ты в курсе?
— Шантант.
— Ариант… — скривился Генлий, делая глубокую затяжку и выбрасывая куклу в окно, где её поймала цветущая лиана, — я бы предпочел левкоса или вердана, арианта будет сложно продавить.