Кровные узы (СИ)
— В совете магов явно сидит крот, который всё этим падальщикам сливает! — прорычал Генлий, едва оказался под защитой стен. — Откуда они узнали, что к нам собирается Далак? Об этом известно только в совете магов!
— Это не самое страшное, — вздохнул Акрон и показал племяннику алую иглу. — Я три таких поймал, пока мы шли к порталу.
— Зараза… метку отследили?
— Скорее всего, они никогда не теряют его из виду.
— Дайка, — поставил Лимру на пол и протянул руку Генлий, беря у дяди алую иглу кончиками пальцев.
Долол призвал каралий и передал им предмет с приказом:
— Найти и убить.
— Хочешь нарваться на проклятого? — уточнил Акрон, проводив взглядов тени бездушных убийц.
— У меня элитные каральи. Если кто-то из совета магов хочет со мной потягаться, пускай попробует. Я не прочь повесить их головы у себя на стене. Мне это только рейтинг повысит.
Олег со вздохом закрыл глаза и снова уткнулся в плечо отца. Хотелось спать и не думать ни о чем.
Глава 3.20
Олег едва проснулся в кровати Амрона, как столкнулся со знакомым насмешливым взглядом неестественно изумрудных глаз хранителя миров. Далак пребывал в пятилетнем облике и нисколько не стесняясь, игрался куклами с торчащими в головах кинжалами. Посмотреть со стороны, так от милого крылатого ребенка не отличить…
— Помогает сохранять рассудок, гибкость ума и не впасть в старческий маразм, — считал мысли наследника Далак, поправляя длинную светлую прядь. — Да и как-то не хочется превратиться в старого зануду, каким был один мой давний знакомый. Как заводил нравоучительную шарманку, что свет должен быть серьезен, свет не может себе позволить смеяться и быть ребенком, — и явно кого-то передразнивая, он сказал: — Ты взрослый, Далак. Ты должен вести себя в соответствии с твоим почтенным возрастом, Далак. Ты хранитель миров, Далак, на тебе великая миссия света нести добро. Ты должен быть ответственнее, Далак, и не позволять себе глупостей.
— И где он сейчас? — приподнялся Олег.
— Помер от алкоголизма. Фанатизм никого никогда не доводил до добра, а я продолжаю купаться в лучах света, любить жизнь и творить глупости.
Далак взял и вручил ему куклу со словами:
— Не надо торопиться взрослеть. Игрушки не сжигай. Учись отдыхать и себя отпускать. В нашей работе можно и крышей поехать, если быть постоянно серьезным.
— Это всё? — спросил Олег, когда хранитель спрыгнул с кровати и собирался уйти.
— Я уже снял все проклятия, которые на тебя навесили. Не исключаю, что повесят новые, но чтобы этого не допустить, неплохо бы тебя обучить магии. И учитывая мою загруженность и сильное недовольство совета магов, я могу уделить тебе всего три часа в неделю.
— Это же совет магов повесил на меня проклятия…
— Они не все плохие и тебе тоже однажды придется с ними работать, — расправил крылья хранитель. — И мы с тобой высший порядок, мы не можем вмешиваться в их дела без определенных условий. Обороняться можем, а вот атаковать самим уже непозволительная роскошь.
— То есть вы знаете, кто и зачем, но не можете им никак помешать? — крутил куклу в руках Олег.
— Если бы это касалась моей территории или моей семьи, я бы мог исхитриться, чтобы им ответить, хотя бы через средний порядок. Но Размараль — твоя территория, здесь я бессилен. Мирайя сами не вмешиваются в дела других рас, если нас об этом не просят. Мы не высшая власть и не судьи, мы можем подсказать, но это не значит, что нас послушают.
— Из твоих слов получается… — медленно заговорил Олег, — что и в совете магов знают о том, что в их рядах есть…
— Да, знают, — опередил его с ответом Далак, — но доказательств не имеют. У нашего противника кристально чистая биография и большое влияние. Чтобы с ними разобраться, нужны доказательства более весомые, чем слова кучки безумных ясновидящих мирайя. Их надо поймать за руку, а это сложно, учитывая, что у них есть свои ясновидящие, которые мешают увидеть всю картину. Мы же все не Воскрешенная, которая одним движением все тени разгоняет, и чьи слова никто не ставит под сомнение. Но для её вмешательства нужна угроза глобальной катастрофы. Средний и низший порядок не её песочница.
— Мда… — не нашелся, что сказать Олег.
— Так как ты равный мне, я могу помочь тебе лично: полечить, снять проклятие, что-то рассказать, обучить какой-то технике, поделиться знаниями. Но то, что ниже моего порядка, тут уже, извини, разбирайся сам. Тебя атаковал средний порядок, поэтому и отвечать им должен кто-то равный им или ты сам.
— Как вы понимаете, что можно, а чего нельзя делать? — поднял взгляд на хранителя Олег.
— Достоверно все последствия наших поступков и действий знала моя мама, а я просто по опыту знаю, чего точно делать нельзя.
— Вы так сильны, но в то же время у вас столько ограничений…
— Не, я мог бы пренебречь всеми правилами и сравнять с землей весь совет магов, однако я прекрасно понимаю, что из-за моих действий может пострадать мой родной мир, а я этого не хочу.
Далак протянул в сторону Олега руки. Его запястья обвивали светящиеся красные цепи.
— Это то, что нас сдерживает, — пояснил хранитель. — Запомни одно. Если такие цепи, неважно какого цвета, появились на твоих запястьях, значит, без сделки с местным правителем, ты не можешь вмешиваться без последствий для своего мира. Конечно, ты можешь сам её разорвать, но я тебе этого делать не советую. Ты можешь действовать без последствий, только если тебе руки развяжут, или через более низкий порядок.
— Но я уже применял силу… у йотов… и не помню, чтобы у меня появлялась такая цепь.
— Эм… ты её порвал и не заметил, — покачал головой Далак. — Убей ты только того, кто на тебя напал, ничего бы не случилось. Дать сдачи ты можешь, но ты вызвал на бой Дэля массовой атакой и его отправили прямым рейсом в бездну. В общем… считай, что разобрался.
— То есть, если я сам порву цепь, я привлеку кого-то из тёмных?
— Если у мира нет собственного защитника, то да, они как шакалы слетаются на кровь и цепь — предупреждение, чтобы ты с ними не связывался.
— Но почему их ничего не сдерживает, как нас⁈ — возмутился Олег.
— Почему не сдерживает? Мы их сдерживаем. Они очень не любят попадать в бездну или когда их развеивают. Понимаешь, проблема в том, что они действуют не сами, а через правителей среднего и низшего порядка, заключая с ними сделки. Правители сами по дурости впускают их на свою территорию. Понимаешь?
— Йоты сами впустили армию Дэля разорять их мир⁈ — подскочил Олег.
— Да, один из их правителей заключил сделку с Дэлем, чтобы захватить территории соседа, не понимая, что одного города Дэлю будет мало, и он будет распалять жадность победителя, пока тот не захватит весь мир, и что расплачиваться с тёмным придется кровью и жизненной силой мира.
— Как же адман?
— Тут он полез, свято уверенный, что ты ему ничего не сделаешь. Он же бросил вызов тебе, а не кому-то из нас.
С широко раскрытыми глазами Олег плюхнулся на подушки. Он наивно считал, что демоны сами вторгались в миры, как было с веронской столицей. Но ему и в голову не приходило, что их могли впустить сами йоты.
— Правитель, который заключил сделку…
— Он был казнен сразу после поражения Дэля, — опередил его с ответом Далак. — Заодно и всё его окружение под нож пустили. Дочек его жалко, их тоже казнили. Не люблю такие вещи, но в чужой огород со своими инструментами не полезешь. Йоты и от твоего вмешательства были не в восторге, а вмешайся я… вони было бы лет на двадцать.
— Вы же силы света…
— И что? — пожал плечами хранитель. — Для них я — ханжа и религиозный фанатик, который на кострах добропорядочных ведьм сжигает. Белокрылое зло в чистой расе.
— Демоны так благородные рыцари в сияющих доспехах, раз они к себе их впускают⁈ — воскликнул с искренним возмущением Олег.
— Ты не понял, между нами ставят знак равно. Многие даже не знают, как наш с тобой дар правильно работает.