Кровные узы (СИ)
— Правда? — встрепенулся Амрон.
— Родись ты в более светлое для нашей расы время, ты бы вырос в нормальной веронской семье, пусть и наделенной властью. У тебя бы даже мысли не возникло, поменять их на что-то иное.
— Я бы хотел, чтобы папа жил вместе с мамой. Чтобы мы все жили здесь. Мы бы все могли притворяться людьми…
— Эла я еще как-то мог бы уломать, хотя бы на время вашего детства, а вот Шераина… вряд ли, — Тарален приманил на палец птицу с желтой грудкой и покормил её семечками. — Да и это не самая лучшая идея с вашей-то силой прятаться среди людей. Я и Олега не знаю пока, как буду перевозить отсюда, и смогу ли уговорить. Та степень ответственности, которая висит на нём, нереально огромна.
— Вы так и не смогли его убедить? — наклонил голову Амрон.
— Я не знаю, что должно заставить его передумать и принять роль главного стража Размараля, учитывая влияние на него тихой гавани его человеческой семьи. Его как верона не привлекает власть и сила. Она ему больше мешает, чем помогает, особенно среди людей. Всю жизнь скрываясь, он мечтал лишь о том, чтобы от неё избавиться. Он искренне хочет стать обычным человеком…
Верона прервало появление Яны. Он сразу отпустил птичку, чтобы женщина не заметила, и убрал руку Амрона от проползавшего мимо жука.
— Я так рада, что вы поладили, — сказала мама, тепло взглянув на них. — Олег нечасто с кем-то находит общий язык. Вечно ведет себя как колючка… — укоризненный взгляд на сына, — особенно с учителями математиками что-то у него не заладилось. Надеюсь, вы не обижаетесь на него больше за тот неприятный случай в школе, а то я как-то переживаю из-за этого.
Тарален засмеялся и похлопал недоумевающего Амрона по плечу. О конфликте с учителями математики Олег брату не рассказывал.
— Я думаю, — заговорил верон, — причина в недопонимании и в неправильной оценке ситуации. Олег просто испугался из-за того, что его друг мне признался в своих семейных проблемах. У вас очень разумный сын, но крайне… осторожный в отношении новых людей.
— Увы, это так… виноваты, сами его таким воспитали, — Яна внезапно покачнулась и поднесла руку ко рту, словно её затошнило.
У Амрона расширились зрачки, едва он взглянул на её живот и на исходящие из него волны энергии. Мальчик уже ощущал еще один канат, помимо того, что связывал его с матерью…
— Тарален, — прошептал Амрон, едва Яна извинившись за недомогание, ушла в дом.
— Дядя Леонид, — машинально поправил мальчика верон.
— Вы… видели?
— Я почувствовал, как только приехал в мир, но пока еще никому не сообщал. У Эла и так голова болит из-за одного Олега. Наличие второго члена королевской семьи в закрытом мире ему обеспечит нервный срыв.
— И что будете делать? — погладил ласковую кошку Амрон. — Его кольцо однозначно появится в чаще власти, едва он родится. Будет как с нами. За ним приедут.
— Пока не решил. Тем более, что Олег будет его защищать с не меньшей яростью, чем человеческую семью, а я едва сумел с ним наладить контакт. Не хочется откатываться в начало.
— Понимаю…
— И возможно одна из причин того, почему Олег отправился вместо тебя в Размараль, что он хочет найти способ скрыть не рожденного брата от нас и совета магов.
— Я бы тоже так сделал, — признался Амрон, беря кошку на руки.
Рядом с ними материализовалась Алирая.
— Ой! — отреагировал на неё Амрон. Большую часть времени мальчик её не видел, хотя и знал о существовании. Пока её не наполняла сила Олега, она редко материализовалась и без ментального дара присутствие призрака практически невозможно обнаружить.
— Олег уснул. Надолго, — сказала Алирая с легким раздражением.
— Давно не виделись, Али, — приложил руку к сердцу Тарален, приветствуя её.
Она демонстративно опустила взгляд на Амрона.
— Ты же понимаешь, Тар, что раз Олег уснул и не попал в изнанку, значит, однажды туда попадет его брат.
— Э-э-э? Какая еще изнанка⁈ — воскликнул Амрон. — Он меня предупреждал только о даре, а не об изнанке!
— Поэтому вам нельзя было меняться, — посетовал Тарален. — У Олега очень опасные способности, а ты знаком только со стихийным даром.
— Встречу в изнанке, — со вздохом испарилась Алирая.
— И что… меня там ждет? — спросил Амрон учителя.
— Али покажет, но вряд ли тебе это место понравится…
Глава 3.17
Казалось, время остановилось. Оно тянулось как липкая патока, обволакивая страхом. О том, что Завс еще живой и господин не разорвал его на части, напоминала боль во всем теле.
Хозяин просыпался медленно из глубокого сна. Завс сомневался, что он будет при памяти после пробуждения, от чего страх еще сильнее сковывал его старое немощное тело. В господине заключалась огромная сила. Именно она поддерживала жизнь в теле свинорыла на протяжении столетий, и именно она на равных противостояла могуществу Искроса.
— Господин… — прошептал Завс, когда хозяин сел. Кровь медленно стекала по его белоснежной коже, зажигая древние письмена.
Взгляд бархатно-чёрных глаз остановился на старом свинорыле, заставляя его затрястись от страха еще сильнее.
— Ты пробудил меня раньше срока, — раздался приглушенный голос господина. — Где Мэрг?
— Он мёртв, господин, — сглотнул Завс.
— Мёртв? — хозяин взлетел над кровавой ванной и остановился напротив дрожащего советника. — Что значит мёртв?
— Наследник убил его, — едва смог выдавить Завс.
— Какой наследник? — недобро сузились глаза хозяина. — Он не должен был родиться сейчас.
— В этом и проблема, господин, его никто не чувствует, его не видят радары и его не было в вашем плане.
— И почему он до сих пор жив в таком случае, если его не было в плане?
— Потому что у него… возврат зла.
Хозяин опустился на пол и неожиданно для Завса расхохотался:
— Старая стерва оставила нам маленький подарок перед своей кончиной, а я уж думал, что она ушла на тот свет с концами.
Он сжал правую руку так, словно она плохо его слушалась, и поморщился.
— Господин? — позвал Завс. — Что нам делать с наследником?
— Пока ничего, — продолжал разминать руку хозяин. — Мне надо восстановиться и понаблюдать за новым поколением, прежде предпринимать какие-либо действия. Посмотрим, насколько сильно их исказила старая стерва.
Гекада передал господину халат и мокрое полотенце, а Завс порадовался, что он не сильно разозлился на них и пока не собирался никого убивать.
* * *Клиника Анрифаля
— Разве его учили такие барьеры на разум ставить? Откуда это?
— Наверное, совет магов перестарался с домашними арестами. На нём же живого места нет от сдерживающих печатей.
Обрывки голосов незнакомцев доносились откуда-то из соседнего помещения. Повторно Олег проснулся внутри белого цветка, облепленного голубыми проводами. Последнее что мальчик помнил, как его собирались отвезти в больницу…
Олег так сильно привык к человеческим медучреждениям, что веронское привело его в легкое недоумение. Гигантские цветы. Провода. Трубки. Дисплеи с непонятными символами. Парящие штуки неизвестного назначения. Роботы…
На запястье датчик пиликал и Олег совершенно не понимал, как его снять, пришлось обращаться к памяти предков, но и она не подсказала.
Олег слез с цветка. Его облачили в сиреневую робу в пол, никаких тапочек не наблюдалось. Пришлось идти босиком. Дверь сама расползлась, словно множество змей, в коридоре не оказалось охраны. Да и переплетение проходов напоминало лабиринт, к тому же некоторые проходы круто уходили вверх и вниз…
— Не понял…
И тут память предков подсказала: вероны не всегда летали, поэтому веронский дворец строился еще во времена, когда вероны ходили по земле. Больница более современная, поэтому уже учитывала способность веронов к полету и ползанью по стенам. Притом больница именно веронская, а не та, что находилась на межпространственной станции и где могли получить медицинскую помощь иномиряне. Амрон — веронский наследник, его бы не повезли на нейтральную территорию. Иномиряне его до смерти боялись.