Кровные узы (СИ)

— И переменная сила никогда не была выше среднего порядка, — дополнил Акрон.
— Искрос идиот, если он действительно заключил такую сделку со старой ведьмой! — закричал Генлий. — Мать его, он сам был высшим порядком! Зачем с его-то силой он в это полез⁈ Он сам мог со всем разобраться! Размараль — его территория!
— Может он не видел другого выхода?
— Он годами твердил, что следующий будет лучше его! В чём лучше⁈ Анрифаль в руинах! Что дальше⁈
— Как я уже говорил, перемены — не всегда приятный процесс, — парировал Акрон.
— Когда Кантор нашим пацаном займется⁈ Его мамаша это заварила! Пускай мирайя это и расхлебывают!
— Точной даты и времени они нам не назвали.
— Замечательно! — Генлий освободил плечо Олега и закурил.
— Чего ты злишься? — отложил бумаги Акрон. — Ты — долол, тебя это никоим образом не касается!
Генлий показательно развернулся к верону, демонстрируя покрытое синими линиями лицо.
— Сказать тебе правду о том, какие перемены меня лично коснулись⁈ — кипел долол. — Это не я убил Марду!..
Акрон закрыл нижнюю часть лица рукой.
— Так что не надо мне говорить, что меня это никак не касается! — продолжал кипеть Генлий. — Похоже, старая ведьма решила устроить всем нам «веселую» жизнь! Понять бы еще насколько будет весело⁈
— Как это произошло? — более примирительно спросил Акрон. — Как погибла Марда?
— Она меня разозлила…
По его недосказанности даже Олег понял, что женщину убил возврат зла.
— И она не единственная кто пострадал из наших, — продолжал дядя. — Вместо Марды пришла к власти одна из моих чокнутых сестер Сейра. Она взяла какой-то дорогостоящий заказ, подробностей которого я не знаю. Она только говорила в своей любимой манере, что этот заказ выведет нашу семью на новый уровень и заставит другие семьи её уважать. Когда я пришел, она вместе со своим ближайшим окружением лежала с выжженными глазницами, а я внезапно стал главой семейства. Уж не знаю, кого она хотела убить и к кому послала убийц, но это стоило ей жизни.
— Сейра умерла два года назад… — задумчиво протянул Акрон. — Неужели кто-то из совета магов обратился к вашему семейству? Кто-то из дололов погибал еще похожим образом?
— Если и погибал, то причины гибели семейства скрыли, как это сделали мы. Для долола погибнуть во время исполнения заказа — позор. Поэтому дололы будут молчать. И не исключаю, что кто-то из семейств может захотеть вендетты, чтобы смыть позор.
— Как много они могут знать?
— Зависит от того, как много им сообщил совет магов, учитывая их панический страх перед ясновидящими мирайя.
Лимра мученически застонала:
— Я думала, что всё разрешилось после появления Далака! Не хватало нам еще кровавой вендетты дололов!
— Дололы более осторожные, — ласково посмотрел на неё Акрон. — Они не будут действовать так нагло и решительно, как демоны, пока всё не проверят и не взвесят все риски для своей жизни.
— Но и ударить могут через десятилетие, когда жертва расслабится, — добавил Генлий со смешком. — Мы злопамятны.
Олег тихо отошел ко второму окну и положил руки на обвитый цветущими лианами подоконник. Обмен телами с братом уже не казалась ему замечательной идеей. Чем больше он копал и узнавала про себя, тем меньше ему нравилась ситуация. Еще в марте самой большой проблемой казались перебои с электричеством, да разбитые лампочки. Он не помнил, чтобы кого-то убивал два года назад и чтобы применял дар. Как получилось, что он нажил врагов, не зная об этом? Алирая как-то упоминала, что его способности работали как отражение: чем ударили, тем получили в ответ. Он мог и не знать, что его атаковали, а бездушный дар пощады не знал.
Дядя подошел и протянул Олегу толстую большую гусеницу со словами:
— На, подкрепись, а то снова хандришь. Игрушки вон спалил.
— Аппетита нет… — едва не поморщился Олег, представляя, как бы отреагировала его мама, если бы он полакомился при ней дохлым насекомым. Она от сырого мяса не в диком восторге.
— Как хочешь, — Генлий закинул гусеницу себе в рот.
— Если сделка заключена… что должен делать высший порядок? — решился спросить Олег. — Что обычно просят у высшего порядка?
 
— Этому тебя должны научить мирайя, — отвечал Акрон. — Из того, что я знаю, обычно у высшего порядка света просят защиты, особенно во время демонического нашествия. Это самая распространенная причина обращения к столь огромной силе. Без сделки высший порядок не может вмешиваться без последствий для своей зоны влияния.
— Что тогда просят у тёмного порядка?
— Власти, мести, — в этот раз отвечал Генлий, закидывая в рот одну гусеницу за другой, — богатства, славы, красоты.
— А какая расплата за их услуги?
Долол засмеялся:
— Когда обращаются к высшему порядку тьмы, о расплате никто не думает, да и тёмный порядок никогда не озвучивает цену своего вмешательства. Они просто проходят и забирают то, что им причитается. И раскол не единственное, чего желает высший порядок тьмы. Кровь, упадок, разложение. Их устроит любой негативный результат. Только высший порядок света хотя бы намекает о последствиях, потому на их помощь и соглашаются немногие. Хотя, на мой взгляд, уж лучше знать, чем придется заплатить…
— Тогда почему высший порядок тьмы заключает больше сделок, чем свет? — грустно спросила Лимра.
— Потому что тёмные пи…дят красиво, — грубо отвечал Генлий, жестикулируя дохлой гусеницей. — Что приятнее звучит? Раскол или богатство и слава?
— Зачем вообще нужно заключать эти сделки? — провел руками по волосам Олег, едва не сняв диадему с головы. — Какая выгода с этого высшему порядку?
— Тёмному выгода есть, — пожал плечами Генлий, — а светлый выгоду не ищет, у них цель другая. Высший порядок света существует для защиты и созидания. У тебя задача — защищать веронский мир, а остальные могут рассчитывать на сделку, чтобы получить твою помощь.
— Зачем им обращаться ко мне? У них нет своего высшего порядка?
Генлий подавился гусеницей и закашлялся. Акрон встал, подошел и мощно от души хлопнул его по спине. Лимра незаметно ущипнула брата, намекая, что он палится. У Олега на языке вертелось еще много вопросов, но сестра права. Чем дольше он взаимодействовал с Генлием и Акроном, тем скорее они обнаружат подмену. Акрон уже подозрительно на него косился. Достаточно того, что они и так знали об его существовании.
— Ты меня иной раз поражаешь, племянничек, своей необразованностью, — откашлялся дядя. — На собственный высший порядок не каждая раса согласится, максимум на хранителя миров, который будет где-то на ветке сидеть и не отсвечивать, так как хранители миров все миры защищают, а не какой-то конкретный как ты.
— Почему не согласятся?
Генлий указал на разрушенное здание, которое еще не успели починить, и сказал:
— После нападения на столицу, иномиряне скупили все ближайшие билеты, чтобы уехать из Размараля в более безопасные миры, где нет высшего порядка.
— Они боятся этого, — в ту же сторону указал Олег, — но при этом всё равно будут обращаться ко мне?
— Обратятся к тебе те, у кого не будет иного выбора. Многие расы живут сегодняшним днем. Появление собственного высшего порядка — это повышение ответственности, а кто любит брать на себя ответственность? Ладно, если высший порядок будет такой, какой Фарад или Дунгрог, но вдруг он будет тупой? Что с ним потом делать? Знаешь сколько среди тёмного высшего порядка откровенных властолюбивых идиотов?
— Почему тогда не сделать высшим порядком… его? — Олег указал на Акрона, у которого сразу брови поползли вверх. — Почему я?
— Потому что ты таким родился, тебя не вероны выбирали, тебя выбрал свет, а у него свои соображения на этот счёт. Есть два способа стать высшим порядком: родится им либо отобрать силу у соседа. Второй вариант выбирают тёмные, отсюда и идиотов так много, да и дохнут чаще.
— Еще возможна добровольная жертва, когда дар посмертно передают преемнику, — дополнил картину Акрон.