Кровные узы (СИ)

— И ты погубишь тот мизерный шанс, что у вас есть, — жестоко ответила крылатая. — Я не раз прокляла свой дар за то, что я не могу открыто говорить о том, что вижу, потому что я знаю последствия каждого моего выбора. И ты видел, что будет, если ты расскажешь. Я ни к чему тебя не принуждаю, я дала тебе возможность выбора. Ты считаешь его жестоким? А каково быть мной⁈
— Это же ты показала Дунгрогу? — горько спросил Искрос.
— Я ему ничего не показывала, — с горьким вздохом отвечала она, — он сам увидел. Наш дар — проклятие, юный наследник. И Дунгрог свой выбор сделал, и он был более жесток, чем твой.
— Когда же твоя расплата придет? — зло спросил верон. — Или ты должна только других на алтарь жертвы класть?
— Скорее, чем ты думаешь. Придет день и старую ясновидящую, которую ты так ненавидишь, обезглавят, потому что она нарушила правила и открыто рассказала одному глупому верону, что его ждет.
— Мне? — опешил Искрос.
— Да. А ты думал, только ты здесь должен заплатить?
— И оно того стоит?
— Стоит, — она развернулась в сторону Олега, казалось, взглянула прямо на него. — Я прожила долго и уступаю место молодой. Готов ли ты сделать то же самое?
Крылатая отошла от верона и приблизился вплотную к Олегу. Сомнений в том, что она смотрела прямо на него не осталось. Непонятно каким образом древняя ясновидящая видела его. В какой-то момент она облегченно вздохнула, а позади неё раздался звериный крик Искроса.
Фигуры растаяли дымкой…
— Он совершил ошибку! Я не тот, кто вам нужен! — закричал Олег. — Есть другие! Они лучше справятся, чем я!
Из снежинок возникло другое видение: Генлий ходил с ухмылкой среди многочисленных трупов мутантов, имевших смутную схожесть с веронами. Долол остановился, зависнув над трупом красивого изящного чёрноглазого верона с торчащим мечом из груди.
— Они все сдохли! И ты дохлее дохлого! Гори в бездне, ублюдок! — расхохотался Генлий. — Конец твоего правления, мразь! Ты думал, что раз я твой сын, то не найду способ прикончить тебя⁈ — он с каким-то садистским удовольствием пнул бездыханное тело. — Гори-гори в бездне, ублюдок! — продолжал пинать труп. — Это тебе за Алираю! За Гера и Дания! За всех, когда ты убил проклятый ублюдок!
— Отец, что-то не так с Искросом, — позвал его еще один долол в окровавленной одежде.
Генлий позабыл о трупе, поднял с пола раненного Искроса и усадил его на трон. С каким-то фанатизмом он надел на брата корону, но она упала, так как наследник не смог удержать голову ровно.
— Что ты наделал⁈ — заорал Генлий, осознавая, что происходило с братом. — Зачем?!! Кому ты, сволочь, передал дар?!!
Искрос с полубезумной улыбкой сжал руку долола.
— Это уже неважно. Обещай мне… что будешь заботиться об Инаране…
— Ты не сдохнешь!!! Я убил отца не для того, чтобы ты сдох!!!
— Он… тебе расскажет…
— О ком ты?!!
Магия в глазах наследника затухала по мере того, как из него утекала жизнь.
— Не смей сдыхать!!! — заорал Генлий, силой удерживая Искроса в сознании. — Слышишь меня?!! Ты свободен от его влияния!!! Теперь ты можешь освободить её!!!
— Он… сможет рассеять тьму… — Искрос закрыл глаза. — Он будет… сильнее меня…
Генлий завыл и обнял обмякшее тело брата. Только общими усилиями сыновья смогли оторвать горюющего долола от наследника и увести до того как его обнаружили на месте преступления.
— Я не смогу… — отрицательно покачал головой Олег, глядя, как таяло очередное видение. — Почему я?
Ему никто не ответил, и он продолжил ходить кругами. В лесу не было никого: ни живого, ни мертвого и никаких звуков.
— А на мои вопросы, когда ответят? — беспомощно оглядываясь, спросил Олег пространство. — Где Воскрешенная? У меня нет времени смотреть видения! Мне нужна помощь!
После его слов перед ним сложилась извилистая дорожка из синего огня.
— Будем надеяться, что это приглашение, — поежился Олег.
Дорога привела его к болоту с единственной белой точкой среди незамерзающей чёрной жижи.
— Где-то я уже это видел…
В трясину медленно затягивало мальчика примерно пяти лет. Он не барахтался и казался мертвым безжизненным. По натуре Олег не мог просто стоять и смотреть, как ребёнок тонет. По этой причине он не прошел мимо, когда избивали Федю, не оставил брата, не отвернулся от беды учительской семьи. И сейчас Олег мог помочь.
 
— Вы же знаете, что я не смогу остаться в стороне, — угрюмо выдохнул он.
С трудом Олег зацепился с берега за чёрный воротник мальчишки. Тянул долго, болото явно не хотело отдавать ему свою жертву. С резким щелчком Олег вытянул мальчика из болота и повалился назад, потеряв сопротивление.
С близи мальчика удалось разглядеть. Черная одежда, ошейник с шипами и незнакомыми рунами, длинные желтые волосы и… четыре белоснежных крыла. Олег засомневался в правильности своего поступка, когда ребёнок открыл невероятно яркие зеленые глаза с совершенно недетским взглядом. Олегу показалось, что его просканировали, а потом незнакомый мальчик расплылся в улыбке.
— Ги, пижама — класс! — первое, что сказал незнакомец очень громким голосом, словно ему неправильно подкрутили громкость.
Олег второй раз в жизни покраснел. Даже дядя и Федя никогда не видели его дурацкой пижамы.
— Её мама купила! — обиженно насупился Олег.
— Да расслабься! Моя маман меня в цветочек наряжала, чтоб не сожрали! — только сейчас Олег заметил, что говорил мальчик на чистейшем русском, хотя к человеческому роду не имел никакого отношения. — Далак, — представился он и сделал знакомый жест: протянул руку для рукопожатия.
— Олег, — подозрительно уставился на протянутую руку ребёнок.
— Болота безмолвия не побоялся, а руки моей опасаешься? — хихикнул крылатый мальчик, поняв колебания собеседника.
— Болота чего? — все-таки пожал протянутую руку Олег.
— Болото безмолвия. Затаскивает зараза, но не убивает, и позвать никого не можешь, отсюда и название. Но это был единственный способ выбраться из западни. Я не знал, куда меня выплюнет… Ты вообще представляешь, где мы находимся?
— Нет, а ты?
— Не-а! — еще веселее ответил Далак.
Мальчик поднялся и прямо на глазах Олега преобразился во взрослого мужчину. Незнакомец глубоко вздохнул, расправил все четыре крыла и осмотрелся, останавливая взгляд на Олеге.
— Ты наследник веронов что ли? — спросил его Далак с подозрительным прищуром.
— Эм…
— Ты не слишком молод для ритуала? — крылатый снова превратился в пятилетнего мальчишку. — Да и что ты тут хотел найти? Маман давно померла или ты решил её дух призвать?
У Олега случилось дежа вю, словно он снова повстречался с Пламенеющим. Или очень похожей на него силой.
— Сразу тебе скажу, хреновая затея, — продолжал Далак. — Она и живая была не слишком разговорчивой, а после смерти так и подавно. Мама называется… — он явно передразнивал кого-то. — Собственному сыну сто лет ответить не может.
— Извини, я не понимаю, о чем ты, — ошеломлено сказал Олег. — Я не думал призывать покойницу, я хотел позвать её преемницу…
— Ты из какого леса-то вышел?
Олег невольно указал себе за спину.
— Постой-ка… ты не знаешь, кто я? — почему-то обрадовался мальчишка, снова превращаясь во взрослого и наклоняясь к собеседнику.
— Тебя зовут Далак.
— А расы я какой?
Взгляд Олега заметался. Про крылатую расу ему никто не рассказывал. Брат и сестра как-то не потрудились познакомить его с расовым многообразием открытых миров. Он лишь знал, что в открытых мирах много разных народов, в том числе тех, кого люди считали сказочными созданиями…
— Ангел? — неуверенно ответил Олег.
На мгновение Далак задумался, прежде чем выпалить не по теме:
— Интересно, ты говоришь не на веронском языке, а на каком-то ответвлении славянского, хотя и знаешь родной язык, но редко пользуешься им. Давно это было, когда я последний раз навещал человеческую расу в закрытом мире, но пару слов знакомых проскальзывает. И раз с тобой говорили на ответвлении славянского языка с рождения, значит ты родом из закрытого мира.