В Кольце (СИ)
И виноват в этом сам Константин. Пристрели он ее тогда, она бы так и осталась смелой и непокоренной. А теперь он ее сломал. Так же, как и родную супругу, которая при знакомстве была целеустремленной, волевой красавицей, но за годы жизни с ним превратилась в такую же серую мышку, боясь лишний раз перечить супругу. Поэтому и сбежала, пока полностью не растворилась в деспотичном характере мужа. Лишь перед разводом она попыталась вернуть себя настоящую, но к тому времени Константин привык, что жена — это что-то вроде подчиненного, только вечерами ложиться с ним в одну кровать.
Кажется в доме стало слишком душно. Или алкоголь еще сильнее ударил в голову. Константин зачем-то еще раз прошелся по всем полкам и перевернул белье на кровати. Хоть бы нож под подушкой найти! Или секретный дневник, в котором она описывает самые изощренные пытки для человека, который закрыл ее в Кольце.
— Вы что-то ищите?
Неожиданный голос за спиной заставил резко обернуться. Александра смотрела на него сонными глазами и искренне не понимала, зачем Константин устроил погром в ее комнате. Зато терпкий запах алкоголя учуяла очень явно.
— Я… Я… Прошу прощения. — мужчина поспешил поднять с пола подушку с одеялом и вернуть их на место. — Не стоило к тебе заходить.
— Вы можете просто спросить. — девушка зевнула, прикрывая рот растянутым рукавом уродливого платья.
— Знаешь что? Сядь. Да, давай, садись.
Константин схватил Сашу под руку и почти силой усадил за стол в гостиной. Сам сел напротив и долго не мог придумать, с чего начать. Сначала размышления в голове ловко собирались в одну осознанную идею, но увидев тревогу в глазах девушки, мысли тут же рассыпались.
— Слушай, прости, что вломился к тебе в комнату. Не знаю, что на меня нашло.
— Алкоголь?
— Да, должно быть он. Но сейчас не об этом. — Константин сделал глубокий вздох, прогоняя бессмысленные обрывки идей. — Когда мы встретились впервые, в твоем доме. Когда мы искали беглецов. Ты была совсем другой. Смелой, бесстрашной. Черт возьми, кто еще кого боялся. — мужчина нервно усмехнулся. — Но теперь ты изменилась. Не перечишь, не ругаешься. Хотя, уверен, в голове уже столько гадостей про меня надумала.
— К чему вы все это говорите, Константин Михайлович?
— Я пытаюсь понять. Понять, почему ты изменилась.
— Серьезно? Сейчас первый час ночи, вы пьяны. Давайте вы завтра попытаетесь понять.
— Нет, сейчас. Завтра будет неактуально.
— А мне неактуально сейчас.
— Вот. — мужчина вытянул руку, указывая пальцем на девушку. — Вот сейчас ты настоящая. Ты тщательно скрываешь свои мысли, растворяясь в моем деспотизме, так? Потому что я настоящий придурок, который не замечает людей вокруг?
— Заметьте, не я это сказала.
— Но ты с этим согласна? Да уж, Светка была права.
— Чего вы от меня хотите?
— Правды. Ты выживала почти год среди смерти и тотальной опасности. Но мало того, что выжила, так еще людей вокруг себя собрала. И даже когда тебя подло предали, не растерялась, продолжила сопротивляться и выживать. Это похвально, серьезно. Нужно быть очень сильным человеком, чтобы все этой пройти. Но теперь… Теперь ты тихая и послушная. Как моя жена.
— Вы хотите поговорить о супруге? — Саша встрепенулась. — Ну что ж, алкоголь к этому располагает. Слушаю.
Константин откинулся на спинку стула и расстегнул верхнее пуговицы рубашки:
— Она была как ты — сильная и целенаправленная. Она могла горы свернуть. Но с годами стала, как и ты, тихой и забитой. А потом бросила меня, назвав неблагодарным, слепым мудаком. Сначала я думал, что она завела любовника, потом, что она просто устала и ей нужно время. Но нет, как только она от меня ушла, то снова стала той самостоятельной и независимой девчонкой, с которой я когда-то познакомился. Получается, дело не в любовниках или бабской непостоянности. Получается, дело во мне?
Саша устало вздохнула, глядя на растрепанного мужчину:
— Я не знакома с вашей женой. Не могу ничего сказать.
— Скажи за себя.
— Вам не надо этого слышать.
— Нет, мне как раз очень надо услышать от тебя твое настоящее мнение. Не вот это вот «да, Константин Михайлович», «как скажите, Константин Михайлович». Я хочу услышать ту девушку, какой ты была до нашего знакомства.
— Думаете, это поможет вернуть супругу?
— Нет, она уже год как замужем за другим. Это поможет вернуть тебя.
— Я никуда не девалась. Обстоятельства таковы, что моя жизнь зависит от вас. Считаю ли я вас мудаком? Конечно. Лично вы превратили мою жизнь в ад. Бросили подыхать в Кольце, а ваши дружки почти каждый день охотились на нас, как на мышей в клетке. Я не знаю, почему вы не пристрелили меня при первой встрече. И не хочу знать. Но прямо сейчас для того, чтобы выжить, я должна вам прислуживать, как какая-то рабыня и желательно не говорить лишнего, иначе вы опять будете в своей мудацкой манере напоминать, что я жива только благодаря вам или вламываться в мою комнату и устраивать обыски. Сбегу ли я от вас? Нет, я не дура. Я не выживу за Кольцом, потому что никому не нужна. Удивительно, правда? Я смогла выжить тут, но не смогу ничего сделать среди цивилизованных людей. Вы это можете исправить, но не хотите. Почему? Потому что вам нравится ваша маленькая власть над людьми. И надо мной в том числе. Но я не ваши оловянные солдатики, которых вы считаете по головам. Я человек, которому нужна забота, безопасность и открытое сердце. И вашей жене, уверена, нужен был муж и друг, а вы были для нее… Простите, я не разбираюсь в званиях, но, предположим, генералом в погонах, отдающим приказы, когда есть, когда дышать, когда спать, когда делать детей. Доступно объяснила?
— Да, вполне. — тихо ответил Константин.
— Теперь можно пойти спать?
***
Константин проснулся с чудовищным похмельем и желанием немедленно сдохнуть, чтобы больше не мучаться. Голова раскалывалась на мелкие части и среди этих частей вспышками всплывали события минувшего вечера. Сначала мутные воспоминания о застолье, потом он зачем-то продолжил пить в полном одиночестве в кабинете. На хрена? Можно было бы прийти домой. Ах да. Тут он тоже начудил. Александра, должно быть, в ярости. Вон как на кухне сковородкой гремит.
Неожиданно сковородки затихли и через несколько секунд раздался оглушающе неприятный стук в дверь.
— Уже встаю. Бога ради, не надо так стучать!
— Таблетка от головы на столе. Завтрак через пять минут. — послышался спокойный голос девушки за дверью.
Вот те на. Откуда такая забота? Он был уверен, что с ним еще неделю не будут разговаривать. Особенно после не очень красивого обыска.
Константин кое-как натянул брюки и майку и в таком виде вышел в гостиную. Надо бы умыться, но стакан с водой на столе так манил, что невозможно было устоять. И рядом с ним действительно лежала таблетка.
Осушив стакан одним глотком, он с волнением направился на кухню за добавкой. Саша никак не отреагировала на потрепанный внешний вид. Она молча сняла сковородку с плиты и ушла в гостиную накрывать стол.
Надо было что-то сделать, но Константин продолжал стоять истуканом посреди кухни. Девушка вернулась за чайником, стараясь не обращать внимания на хозяина дома.
— Откуда таблетки? — осторожно спросил он, чтобы хоть как-то привлечь внимание.
— От Галины Ивановны.
— Она приходила?
— Нет. Идите завтракать.
Константин послушно сел за стол, хотя, по правде сказать, есть вообще не хотелось. А вот таблеточка не помешает. Словно читая его мысли, Саша поставила перед ним полный стакан воды.
— Посидишь со мной?
— Мы договаривались только на ужин. — сухо ответила девушка.
— Пожалуйста…
Саша молча села напротив. Но сегодня, в отличие от всех остальных дней, она не боялась смотреть на мужчину. Еще бы, в таком разбитом состоянии его мало кто будет бояться.
— Прости, что вчера рылся в твоей комнате.
— Нашли, что искали?
— Я даже не знаю, что искал. И я не считаю, что ты рабыня и не радуюсь маленькой власти, что за глупости. Ни в коем случае. Но я знаю, что молодые и горячие ребята тебя в покое не оставят, а постоять за себя ты не сможешь. Ты здесь, потому что под моей защитой и никому не придет в голову к тебе приставать. Вот и вся задумка.