В Кольце (СИ)

Лишь один из них не держал в руках автомат. Невысокий мужчина, чья форма отличалась от остальных хорошим покроем и меховым воротником. Он один не смотрел на хозяйку, как на врага. Он вообще не смотрел на нее, ему интересно было окружение — стены, мебель, потухшая свеча на столе, изгиб лестницы. Что угодно, но не живой человек посреди замерзающего Кольца.
В гробовой тишине обойдя первый этаж, заглянув в каждую комнату, он вернулся в гостиную, встал напротив Саши и, наконец, соизволил одарить ее колким взглядом темных глаз:
— Еще живые есть? — сухо спросил он.
Девушка отрицательно покачала головой. В ответ незнакомец лишь пристальней смотрел в глаза, словно от его взгляда ответ перепуганной девушки может измениться.
— А в других домах?
Саша снова мотнула головой. Говорить она не могла — язык присох к небу, а мышцы с такой силой сжимали челюсти, что нет такой силы в мире, способной их разжать.
— А если мы поищем?
Девушка не знала, как надо правильно мотнуть головой на такой вопрос. Да ищите сколько влезет — благодаря вам живых тут больше нет. Вы всех убили!
— Обыщите все вокруг! Живых привести сюда.
Грозный голос мужчины эхом прокатился по первому этажу, заставив Сашу вздрогнуть от неожиданности. Добрая половина солдат тут же исчезла за дверью.
— И вы тоже, — приказал он остальным, — уж с одной женщиной я как-нибудь справлюсь.
Когда последний солдат покинул дом, мужчина медленно закрыл за ними дверь, еще раз оглядел помещение и двинулся вдоль стен, срывая одеяла с окон. Саша хотела было остановить его, ведь на тепло могут прилететь беспилотники. Но, черт возьми, он и есть тот самый человек, который их запускает!
Непроглядную тьму ледяного дома осветила полная луна. Такая яркая и чудесная, что было видно сугробы за окном, силуэты крыш соседних домов и замерзших до весны деревьев. Как же Саше хотелось сбежать от холодных стен и страшного человека и стать такой же вечной, как Луна.
В доме тоже стало значительно светлей. Можно было отчетливо разглядеть кухонный гарнитур, стол и стулья вокруг. Кресло, которое так любил Сергей, не привлекло никакого внимания незнакомца. Он прошел мимо него, с лязгом отодвинул стул и сел за стол, словно его приглашали.
— Есть свечи или фонари? Зажги. Нет смысла сидеть в темноте.
Едва совладая с закостеневшими ногами, Саша дошла до кухни и достала из ящика три последние свечи. Трясущимися руками она зажгла их и поставила на стол. Мужчина жестом указал на свободный стул, не сводя колкого взгляда. Она не сопротивлялась. Осторожно отодвинула указанный стул и села ровно напротив незнакомца.
Теперь мужчину можно было разглядеть получше. Без сомнения военный, ровная спина, словно проглотил лом, до мурашек по коже острый взгляд, который бесстыдно рассматривал ее перепуганное лицо, и поджатые губы. По лицу мужчины совершенно невозможно определить ни возраст, ни мысли в его голове. От дрожащей между ними свечи лицо менялось каждое мгновение. Только цепкий взгляд оставался неизменным.
— Давно ты здесь?
Сейчас его голос не был грозным или пугающе приказным. Скорее просто неприятным. Надо что-то ответить, но Саша никак не могла совладать с мышцами лица. Словно они замерзли вместе с окружающим миром. Раз заговорить не получилось, она в ответ кивнула.
— Как давно? Неделю, месяц, больше?
Одними кивками диалог не построить. Незнакомец вроде не пытается убить хозяйку, так что надо взять себя в руки, глубоко вздохнуть и ответить, как нормальный человек:
— С самого начала.
— Ну хоть говорить умеешь. Уже хорошо. — мужчина облегченно вздохнул, вытащил небольшой электронный планшет из внутреннего кармана и снял кожаную перчатку с правой руки. — Как тебя зовут?
— Саша.
— Александра? Чудесное имя. — он быстро набрал что-то в планшете и, не сводя взгляд с экрана, продолжил: — Почему не эвакуировалась с другими?
— Пыталась. Кто-то взорвал пропускной пункт и меня завалило обломками. Когда пришла в себя, уже все закрыли.
Мужчина оторвался от планшета и внимательно посмотрел на девушку:
 
— И кто тебя спас из обломков? Другие выжившие? Военные? Где ты была все это время?
— Здесь. — тихо ответила Саша. — Это мой дом.
— Все девять месяцев?
Девушка кивнула в ответ, не сводя взгляда с задумчивого лица, освещенного блеклым светом планшета. Зачем он все это спрашивает? Зачем все записывает? Чего хочет? И, главное, где Александр с Сергеем? Может они где-то совсем рядом, следят за домом и выжидают удобный момент, чтобы напасть, убить неприятного мужика и спасти ее? Лишь бы так оно и было.
— Родные, близкие. Кто-то остался?
— Все были в столице.
— А ты была одна здесь?
— Да, хотела подготовить дачу. Привезла вещи.
— Пыталась добраться до столицы?
— Один раз. Встретила военных, они не пустили.
— Где именно?
— Где-то по дороге. Я уже не вспомню.
— Здесь было много выживших?
«Много! Тысячи! Мы как-то жили и без вас!» — вертелось на языке. Неожиданно Сашу окутало чувство ненависти к этому человеку, к его спокойному тону, не выражающему ни капли эмоций. Он же знает, сколько людей тут было. Он все знает! Зачем спрашивает?
— Много. Но вы всех убили. — раздраженно ответила хозяйка и посмотрела на собеседника не менее холодным и колючим взглядом.
— Не всех. Ты еще жива. — голос мужчины даже сейчас не выражал ничего человеческого. Ни злости, ни сочувствия, ни вины. Сухая констатация факта — убили они не всех.
Саша хотела было сказать, что жива она ненадолго и либо этот неприятный тип, либо кто-то из его солдатиков с автоматами очень скоро убьют и ее. Но сказать такое вслух — приблизить неминуемый конец. А жить хотелось, как никогда. Ведь не может все оказаться настолько бессмысленным? Взлеты и падения, попытки не только выжить, но и жить, просыпаться каждое утро и даже чуть-чуть влюбиться. Пусть и в мудака.
Хорошо, что неприятный мужчина сам решил сменить тему разговора:
— Об общине в городе что-нибудь знаешь?
— Была один раз.
— Почему не жила с ними?
— Мы не подружились.
— Волк-одиночка значит? Пусть так. В последние пару дней у тебя тут не проходили чужаки? Интересуют мужчины. Двое или четверо.
Саша вопросительно посмотрела на гостя. О каких именно мужчинах спрашивают она догадывалась. Раз он говорит о четверых, значит всех поймали. Чертов Александр со своими высокими порывами спасти остатки людей! Если бы они сразу убежали, то был бы шанс спрятаться и не попасться воякам.
— Здесь много кто был. В том числе и мужчины. Поищите в той самой общине в городе.
— Они появились позже и пришли откуда-то из этих мест. Странно, что ты их не видела. Кроме тебя мы пока никого не нашли.
— И не найдете, я здесь одна.
Мужчина, казалось, вообще не слушает хозяйку дома:
— Двоих мы ликвидировали вчера. Высокий, худощавый парень и мужчина невысокого роста. — он описывал солдат Александра и внимательно смотрел на реакцию Саши, но на замерзшем лице не дернулся ни один нерв. — А двое смогли сегодня сбежать за Кольцо.
Сложно было не заметить, как изменилось лицо девушки. Сначала удивленное, потом вопросительный взгляд на незваного гостя и, наконец, ужас на самом дне влажных глаз:
— Вы врете. — прошептала она. — Вы все врете.
— Зачем мне врать? Двое мужчин сегодня вечером убили троих наших сотрудников, похитили их форму и служебный автомобиль и смогли выехать за Кольцо. Мы их ищем и найдем, не переживай. Но мне интересно, кем они были?
«Предателями» — вертелось на языке. Они же пообещали, что вернутся. Неужто опять громкие слова и пустые обещания? Им подвернулся шанс убежать и они, не раздумывая, бросили Сашу на верную смерть. Бросили ту, что спасла им жизни. А кому-то даже не один раз. Разве это справедливо? Сердце в груди бешено застучало, отдавая колоколом в висках. Ее обуяла всепоглощающая злость и обида. Такая сильная, что каждый вздох давался с невероятным трудом.