"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

- Позволю себе с этим не согласиться, губернатор Нурминен, но это ваше право. Глава планетарной администрации волен поступать так, как считает нужным для того, чтобы вверенная ему планета процветала. Однако, вернёмся к нашим… хм… делам. Вы сообщили Неверову о том, что владеете информацией о инсайдерстве, и что сделал он?
- Ничего. Он сделал вид, что не понимает меня, но сказал, что обращение к лорду-губернатору Калечеру может лишь навредить Дакоте, а посему он не будет выносить сор из избы. К тому же, Вальтер Феруччи после этой выходки Хасимира был взбешён не на шутку. Я думал, он просто-напросто прибьёт этого непутёвого, но обошлось полугодовой ссылкой на Минерву, а там не особенно разгуляешься. Купольные города, атмосфера из хлора и аммиака, словом – убогое место. Там добывают ряд весьма ценных минералов, вот Феруччи-старший и решил, что его непутёвому сынку не помешает там проветриться. Но, как вы можете видеть, ему это не слишком-то и помогло.
  
- Что поделать! – усмехнулась Брекенридж. – Не все понимают тонкие намёки!
- Не думаю, что Вальтер Феруччи на что-то намекал, отправляя Хасимира на Минерву, - слегка поморщился Нурминен. Заметил, что Стерн внимательно за ним наблюдает, но никак на это не отреагировал. – Он вовсе не деспот и не изверг, чтобы убить собственного сына, хотя, думаю, если бы кто-нибудь вдруг – хотя бы на дуэли – пришиб Хасимира, он бы не слишком расстроился.
- Печально, но такое бывает, - заметил Стерн.
- К сожалению. Однако, я полагаю…
Что полагал губернатор Нурминен, так и осталось невыясненным, поскольку раздавшийся откуда-то из центральной части зала шум отвлёк его внимание и внимание имперских инквизиторов от беседы.
Шум исходил от одного из дальних столиков. Насколько мог рассмотреть со своего места Стерн, шумел какой-то хлыщ в серых фрабкордовых брюках и летней рубашке из синтекса, причём находился оный субъект явно в состоянии алкогольного опьянения. Двое каких-то господ в строгих деловых костюмах пытались утихомирить буяна, но у них это как-то плохо получалось. То есть, не получалось совсем.
- Мне кажется или это на самом деле ваш Хасимир Феруччи? – Кассандра пристально всмотрелась в том направлении. – Похоже, ему неймётся.
- Видимо, он всё никак не успокоится после… мм… того инцидента, - без тени улыбки произнёс Нурминен. – Ну, я его предупреждал…
- Если вы позволите, губернатор Нурминен, - произнёс Стерн, поднимаясь из-за стола и делая Брекенридж едва заметный условный знак, - мы попробуем уладить это дело как можно более мирно. Без насилия. Всё же как-никак, здесь не совсем подходящее для мордобития место, вы так не находите?
Нурминен некоторое время молча глядел на инквизитора, затем медленно кивнул, выражая тем самым своё согласие со словами фарадейца.
- Что ж – попробуйте, - без какой-либо эмоции произнёс губернатор. – Быть может, вам больше повезёт.
Стерн с каким-то странным выражением лица, которого Кассандра понять не сумела, взглянул на Нурминена, но ничего не произнёс. Кивнув сидонийке, инквизитор двинулся в том направлении, откуда до них доносился шум скандала.
- Что ты задумал, Лаймон? – тихо произнесла Кассандра, беря Стерна под руку и наклоняясь к его уху. – Тебя явно что-то тревожит. Что именно?
- Пока это всего лишь пустые подозрения и я не могу их взять и с ходу озвучить, Касси, - отозвался фарадеец. – Давай сначала разберёмся с этим дебоширом. Негоже так себя вести в приличном обществе.
Брекенридж фыркнула при этих словах инквизитора, сразу представив себе, каким именно образом Стерн будет урезонивать Феруччи. Ей бы не хотелось оказаться на его месте, потому что здесь вряд ли обошлось бы без членовредительства.
Судя по всему, Хасимир Феруччи, получив отпор от инквизиторов, решил, что жизнь уж слишком к нему несправедлива, а посему решил исправить это изрядной порцией горячительного. Что именно он пил, инквизиторы не знали, но явно не сойжаву. От сойжавы так не пучит, как сказал Стерн.
При приближении к месту конфликта до инквизиторов донёсся голос Феруччи, в котором явственно слышались злобные нотки. Да и услышанные ими слова были весьма далеки от тех, которые обычно можно услышать на таких вот мероприятиях. Двое солидных господ, осторожно держа Хасимира под руки, тщетно упрашивали дебошира прекратить, однако их слова на Феруччи никак не действовали. Аристократ продолжал слабые попытки вырваться, сопровождая их отборной бранью сразу на пяти языках, не обращая никакого внимания на присутствующих.
- Мне кажется, что это уже явный перебор, господин Феруччи, - подходя к Хасимиру, спокойным тоном произнёс Стерн. – Будет лучше, если вы пойдёте и проспитесь как следует, вместо того, чтобы…
- Торговец… ик! – Феруччи с большим трудом сфокусировал свои расползающиеся, словно лурибарские мучные черви, глаза. – Тебе-то какого фрага… ик!.. тут надо?! Шёл бы ты лесом… и полем, ха-ха-ха!
Дакотец сделал попытку вырваться из держащих его рук, однако, хотя оба господина и держали Феруччи весьма осторожно, чтобы, не приведи Проводник Душ, чего-нибудь не сломать аристократу, ему это не удалось.
- Хасимир – будет лучше, если вы прекратите буянить и покинете дворец губернатора, - попытался вразумить его один из них. – Вашему отцу не понравится, если вдруг с вами приключится какая-нибудь неприятность.
- Не-приятность?! – Феруччи мотнул головой и сплюнул на пол. - Единственная, мать вашу неприятность – это моё нахождение… ик!.. на этом паршивом приёме! Наш доблестный губернатор только и делает, что… ик!.. мелет языком, как помелом, а толку от этого?! Хер!
- Вы не одобряете действий Бориса Нурминена? – прищурился Стерн.
- Т-тебе-то что за дело, торгаш?! – осклабился Феруччи. – Вы все одним говном вымазаны! Вас лишь собственная прибыль заботит… ик! На всё же остальное вам насрать! Хочешь, я скажу тебе, что ты будешь делать после этого приёма?
- Ну? – левая бровь фарадейца изогнулась наподобие ганианской штурмовой сабли.
- Ты нажрёшься, перетрёшь со своим другом-задохликом, а потом будешь трахать свою сучку всю ночь! – Феруччи нагло расхохотался Стерну прямо в лицо, обрызгав инквизитора своей слюной. Стерн слегка поморщился, вынимая из кармана своей куртки носовой платок и тщательно отирая им лицо, но более никак не реагируя на слова Феруччи. – Вот чем ты будешь заниматься, Дэйн ван Райк! И я тебе по-настоящему завидую, чтоб в твоей жопе завелись дажжи!
Хасимир перевёл взгляд своих осоловелых глаз на Кассандру, которую при этом передёрнуло, и пошловато причмокнул губами.
- Охренеть какая цыпочка! – произнёс аристократ. – Я с неё весь день не слезал бы, клянусь мудями Духа Космоса! Она бы у меня узнала, что такое настоящий муж…
Договорить Феруччи не сумел. Стальные пальцы стиснули его горло, грозя раздавить гортань, перекрыв доступ воздуха в лёгкие.
- За такие слова я с тебя живого кожу сдеру, паскуда! – прошипел Стерн, буравя Феруччи злобным взглядом. – Если ты нажрался, как глип, то хотя бы изволь за своим языком следить, мразь болотная! А то я его быстро вокруг твоей шеи морским узлом завяжу!
- Хр-р… аргх… кха-кха… - это было всё, что сумел выдавить из себя Хасимир. На большее его усилий просто не могло хватить.
- Ты сейчас же попросишь прощения у леди и после этого покинешь это помещение, - голосом, холодным, как ночной северный ветер на Снежной, произнёс фарадеец. – В противном случае, ты всё равно покинешь это помещение, но только в пластиковом мешке для трупа. Я понятно изъясняюсь, Хасимир Феруччи?
Стерн слегка ослабил свою хватку, чтобы аристократ смог хотя бы что-то произнести.
- Кха-кха… …ный колобок! – вырвалось у дакотца. Почему именно «колобок» и какие ассоциации возникли у него в мозгу, Стерн сказать не мог. – Да ты на кого руку свою поднял, падла?!
Феруччи попытался было ударить инквизитора. Честно говоря, он и в трезвом состоянии вряд ли смог бы что-нибудь путное сделать, а уж в подпитии – и подавно. Стерну не составило особого труда сбить Феруччи с ног и провести против него болевой приём, выгибая правую руку аристократа под довольно опасным углом. Ещё чуть-чуть – и вмешательство хирурга-травматолога было бы неминуемо.