"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

- Кажется, я догадываюсь, что это за помещение! – угрюмо произнёс Стерн, останавливаясь перед поворотом коридора и осторожно выглядывая из-за него, держа наготове лазеружьё. – А это значит, что нам нужно торопиться!
- А возможная засада, шеф? – спросила Ленора.
- Если до сих пор никто так и не удосужился проявить к нам внимание, то навряд ли они проявят его прямо сейчас. Хотя ничего нельзя исключать. Но я думаю, что мельтешение этих киберов под ногами не входило в планы Дженкинса. Кто знает, как поведут себя механоиды, когда еретики будут шариться по этой базе. Так что давайте не будем ослаблять внимание. Вперёд, и осторожно.
  
Какими были клоды до того, как их поглотил Хаос, разумеется, никто не мог знать. Но почему-то Лаймону казалось, что эти ксеносы были довольно скучны и унылы. Во всяком случае, именно такое впечатление создалось у инквизитора при виде серых однообразных металлических стен, единственным украшением которых являлись светло-коричневые заклёпки неправильной шестиугольной формы. И больше ничего. Словно эстетическое чувство было этим ксеносам совсем несвойственно.
Как бы там ни было, а до дверей лифтовой кабины десантный отряд с «Доминатора» добрался без происшествий. Никто на них не нападал, никто не пытался организовать огневое противодействие. Вполне возможно, что фарадеец был не так уж и неправ в своих предположениях.
Однако здесь Стерн снова остановился, задумчиво воззрившись на дверную панель неправильной формы, всю поверхность которой покрывал довольно сложный узор в виде изломанных шестиугольников. Инквизитор явно не собирался лезть наобум в гнездо неизвестно кого и подставлять себя и своих спутников под бластеры. Но и тянуть время до бесконечности тоже было опасно – ведь еретики, вполне возможно, уже подобрались очень близко к тому, чтобы запустить это древнее оружие. Тогда уже просто будет поздно.
Наконец, решение было принято. Решительным движением закованной в бронеперчатку левой рукой фарадеец надавил на слегка выпирающий из стены синий нарост – клапан открытия двери лифтовой кабины. Откуда-то сверху ударили две тугие воздушные струи, пронёсшиеся над головами десантников, над дверной плитой вспыхнул толстый световой шнур всё того же синего цвета, и тяжёлая плита, будто нехотя, поползла вверх, открывая проход в кабину лифта, вернее, на платформу, на которой свободно могли бы разместиться два лёгких патрульных марсианских шагохода «Страж».
- Капитан Мазарини – вы меня слышите? – произнёс Стерн в микрофон коммуникатора, что был встроен в ЗСК, Впрочем, это был чисто риторический вопрос – гиперсвязи были чужды какие-либо помехи, субпространственные волны без проблем проходили сквозь любые препятствия, и прервать гиперпередачу можно было только посредством создания ассиметричной гиперсферы, которая поглощала любые посланные гиперсообщения. Даже линейные прерыватели гиперполя, установленные на имперских крейсерах-заградителях, не могли нарушить работу гиперсвязи, лишь немного исказить её.
- Я вас слышу, инквизитор Стерн, - отозвался военный космонавт. – И слышу хорошо. Чего не могу сказать о визуальном контакте – буря внизу препятствует работе сканеров, а ЭМ-флуктуации забивают практически все диапазоны. Действенен в данной ситуации лишь радар. Что там у вас? Я не ошибусь, если предположу, что вы сумели войти внутрь этого сооружения Хаоса?
- Не ошибётесь, - на лице Стерна промелькнула слабая улыбка. – Мы действительно внутри строения и готовимся спускать вниз, туда, где находится то, за чем мы сюда и прилетели.
- Поосторожнее там, - услышал Лаймон. – Мне вовсе не улыбается составлять отчёт о гибели целой оперативной группы Инквизиции и отчитываться перед парнями из ОВБ.
- Вам не придётся этого делать, капитан Мазарини, - спокойно отозвался Стерн. – Это не входит в мои планы, знаете ли.
В наушниках раздался какой-то невнятный звук, но более ничего инквизитор не услышал. На лицевом щитке боевого шлема, в верхнем левом углу, вспыхнула и погасла иконка отключения связи.
Стерн невозмутимо пожал плечами и, окинув пристальным взглядом платформу лифта, сделал шаг вперёд и встал на её краю. Снова огляделся по сторонам.
- Держит, - произнёс он таким тоном, словно ожидал, что под его весом лифт рухнет в глубину шахты. – Выдвигаемся!
- А куда именно? – спросила Линдеманн, опасливо озираясь по сторонам. – Мне как-то неспокойно на душе, знаете ли. Как-то уж всё очень гладко идёт, вы так не считаете?
- Считаю, - отозвался фарадеец. – Однако в том и заключается задумка еретиков. Они стараются притупить нашу бдительность, но этот номер у них не пройдёт. Дженкинс и его прихвостни явно собираются прибрать к своим рукам Поток и использовать его для своих гнусных целей. Значит, внизу нас ждут. И это ясно и без эф-прогнозов. Поэтому давайте не будем рассуждать, что и как может быть, а подготовимся к боевому контакту. Потом будет уже не до этого.
Совету Стерна все последовали очень быстро и практически одновременно. Платформа ощетинилась стволами роторных лучемётов и лазеружей.
По всей вероятности, лифт здесь управлялся какой-то автоматикой, поскольку никакого намёка ни на пульт управления, ни на соответствующую панель не было и в помине. Однако, как только последний десантник ступил на платформу, в воздухе над ней, на высоте примерно трёх человеческих ростов, загорелся синий транспарант, внутри которого можно было разглядеть незнакомые символы – возможно, то была письменность клодов. Они быстро пробежали слева направо, после чего транспарант свернулся в синюю же точку и погас, но сразу же после этого над головами десантников вспыхнул сине-зелёный огонёк. И тут же платформа лифта дрогнула и медленно начала опускаться вниз.
Спуск на глубину порядка ста метров занял немногим более четырёх минут. Платформа явно была оборудована антигравитационным приводом, поскольку ни тросов, ни зубчатой передачи никто не заметил. Но было очевидно, что механизмы древней базы чужаков находятся в отнюдь не лучшем состоянии, что явствовало из скорости платформы и раздававшихся откуда-то из-под днища резких неприятных звуков.
И снова штурмовой отряд ждали тишина и пустота. Никого так и не было обнаружено в довольно просторном лифтовом холле – ни киберов, ни автоматических пушек и турелей, ни живых солдат. Однако всем было ясно, что такое положение дел не будет продолжаться до бесконечности.
«Бесконечность» закончилась очень быстро, даже быстрее, чем ожидалось. Не успели десантники добраться до первой же развилки коридоров, которые были похожи один на другой, как две капли воды, как по ним тут же открыли шквальный огонь автоматические лазерные турели, явно привезённые сюда хаоситами. И если бы не включённые щиты, то штурмовому отряду точно бы не поздоровилось. А так всё обошлось, лишь двое терминаторов получили лёгкую контузию от разрывов энергозарядов на поверхности своих защитных полей.
Однако для того, чтобы остановить продвижение терминаторов Инквизиции, одних автоматических турелей было явно недостаточно. Пусть даже турели эти самые и были закрыты силовыми полями. Перегрузить щит не являлось такой уж неодолимой проблемой, и солдаты Инквизиции это сейчас хорошо продемонстрировали массированным огнём своих роторных лучемётов.
Преодолев таким нехитрым способом первую линию обороны хаоситов, инквизиторы и терминаторы продолжили свой путь к цели. И уже через двадцать метров оказались под плотным огнём укрывшихся в засаде еретиков. Коридор располосовали лазерные трассы, гулко загрохотал тяжёлый стаббер, установленный на штативе и защищённый небольшим переносным бронередутом. И вот это оружие было куда посерьёзнее лазганов, так как разогнанные ЭМ-полем до высоких скоростей микроснаряды обладали довольно большой кинетической    энергией и могли довольно быстро перегрузить щит, со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Очередь разрывных пуль прошлась по боевому скафандру Сестры Линдеманн, перегружая силовой щит и сбивая её с ног кинетическим импульсом. Куан и Стерн тут же выпустили в сторону редута несколько зарядов из своих «Дреймаков», но без толку. Поднятый щит и броня отразили энерголучи, зато очередь стабберных пуль заставила обоих инквизиторов броситься за угол. Декомпрессия их ЗСК отнюдь не входила в их планы.