"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Стерн моргнул. И сразу же об этом пожалел. Ибо вспыхнувший внезапно ослепительный свет оказался настолько ярок, что буквально выжигал – не сетчатку глаза, нет – само сознание фарадейца. И было здесь ещё что-то, но что именно, Лаймон сказать не мог. Присутствие чьего-то могущественного разума, способного одним усилием мысли погасить целую галактику… и создать на её месте новую.
  
Где-то далеко-далеко, наверное, у самого потенциального барьера, что отделял одну Вселенную от другой, раздался слабый смешок. Саркастический, если Стерн правильно разобрал. Словно кто-то наблюдал за инквизитором. Скрытно, находясь за миллиарды парсек от того места, где сейчас находился фарадеец. «Вокбин» - раздалось где-то на краю сознания Лаймона. Что это было за слово и кто его произнёс, инквизитор сказать не мог.
Картина окружающего мира изменилась так резко, будто кто-то где-то повернул переключатель. Теперь перед внутренним взором Стерна предстал тот же самый монолит, только гораздо большего размера и висящий, судя по всему, в космическом пространстве. И от него по направлению к некоей планете, что виднелась внизу, под основанием пирамиды, струилось нечто, напоминающее плотный шлейф тумана, только не серого, как туманы Терры, и не зелёно-коричневого, как на Ордо Цестусе, цвета, а багрового, будто то был поток крови, струящийся в направлении планетарной массы.
Лаймон непроизвольно моргнул, хотя этого можно было и не делать, ведь вся эта картина транслировалась неизвестно кем напрямую в сознание инквизитора. И, словно это что-то где-то переключило – планета рывком приблизилась, так, что можно было рассмотреть её гористо-равнинный ландшафт, хотя отдельные детали рельефа всё-таки были неразличимы, словно инквизитор находился на космическом корабле, движущемся в стратосфере. Отчётливо было видно, как багровый шлейф, попадая в атмосферу планеты, расходится веером, опускаясь к поверхности. Но он не просто оседал на планету, как должен был бы делать обычный туман, пусть и столь необычного цвета.
Теперь фарадейцу стало видно, что «туман» этот – на самом деле никакой не туман, а некая субстанция, состоящая из  чего-то очень маленького, но, в то же время, довольно агрессивного. Языки этого багрового «нечто» поглощали любую органику на своём пути, живо напомнив Стерну боевые наночастицы, свидетелем применения которых против базы еретиков в системе 307 Телескопа и против логова пиратов-ксъенов на Эльмерде он был. Неорганическую материю это нечто не замечало и никак на неё не реагировало, но вся органика пожиралась ею буквально с невероятной скоростью.
«Это необходимо остановить, инквизитор Стерн!» – раздался в сознании Лаймона гулкий голос, отдававшийся, казалось, в каждой клеточке, в каждом атоме тела инквизитора. – «Иначе под угрозой окажется каждое живое существо в этой галактике! Зукбаи был прав – нельзя давать примитивам такие знания. Ибо в гордыне своей и спеси они способны разрушить саму ткань Мироздания. Зукбаи был прав, а я ошибался. Но ещё ничто не потеряно. Исправь нашу ошибку, человек! Найди Поток и останови Багровый Прилив! Не бойся ради этого искупаться в крови – цель оправдывает средства!»
Планета исчезла из поля пси-зрения Стерна – Лаймон уже понял, что с ним кто-то общается в пси-диапазоне, кто-то непонятный и очень могущественный, являющий, судя по всему, крайне сильным псайкером – и перед мысленным взором инквизитора возникла высокая крепко сложенная фигура в странной боевой броне, вместо шлема – просторный чёрный капюшон, под которым не было видно не то что лица, там вообще ничего не было видно, держащая в левой руке длинный витой посох с навершием в виде перевёрнутого наконечника копья. Фигура эта кивнула Стерну, словно одобряя его будущие действия, и будто где-то кто-то выдернул кабель питания – Стерн вернулся в реальный мир, обнаружив, что Тайрос , Бруд и Таммас непонимающе смотрят на него, пытаясь сообразить, что такого необычного инквизитор увидел в стоящем в углу комнаты изящном торшере, чей плафон был выполнен в виде оплывшей свечи.
- Шеф – с тобой всё в порядке? – обеспокоенно спросила Ленора. Будучи псайкером, терранка, скорее всего, тоже уловила отголосок пси-передачи, однако её возможности в этом плане не шли ни в какое сравнение с возможностями Стерна, являющимся довольно сильным псайкером. – У тебя какой-то отсутствующий вид, словно ты что-то увидел непонятное и загадочное…
- Ридер изъять и пометить «вещественное доказательство первого уровня», - отрывисто распорядился инквизитор, не объясняя ничего никому. – Переводу еретического текста присвоить наивысший приоритет. Зариен – что внутри этой фрайговой папки?
- Вот, - Бруд указал на монитор компьютера. – Такой же монолит. И всё. И надпись вот эта, на древне-готическом. Я не понимаю, что она означает, но взгляните вот на эти имена. Шо-Шанн, Ордоши, Тан и Аманар. Четыре… мм… как их называют еретики, Владыки Хаоса. Но вот что означает вот это слово… или имя – Вокбин? Впервые такое слышу. Это тоже кто-то из этой весёлой шайки? И обратите внимание, что после этого имени идёт довольно длинное предложение на совершенно другом языке. Написано древне-готическим алфавитом, но и дажжу понятно, что это не готик. Это какой-то ксенодиалект, по-моему.
- Мне почему-то кажется, что этого Вокбина в тамошних кругах не слишком уважают, - произнесла Ленора. – Не спрашивайте, почему мне так кажется. Просто интуитивно чувствую.
- Интуиция для инквизитора – очень важное чувство, - наставительно проговорил Стерн. – Она очень часто помогает в проведении  оперативно-следственных мероприятий… да и выживать в неприятных ситуациях – тоже. – Фарадеец оглядел комнату Вероники Грауберг. – Здесь мы закончили, коллеги.
- К еретику в гости? – на лице Бруда возникла очень неприятная ухмылка. – Нанесём, так сказать, визит вежливости, а?
- Да, нанесём, - совершенно серьёзно ответил Стерн. – А то, как я погляжу, этот ублюдок уж слишком вольготно себя чувствует. Пора ему познакомиться с имперским правосудием лично, так сказать.
При этих словах фарадейца на смуглом лице Таммаса возникла зловещая улыбка, больше похожая на оскал хищника. Тайрос и Бруд, переглянувшись, согласно кивнули, при этом марсианин красноречиво дотронулся до своего бластера.
Дом семьи Граубергов инквизиторы и агент Таммас покинули спустя пятнадцать минут после того, как Стерну было продемонстрировано неким неизвестным псайкером видение, касающееся таинственных «Потока» и «Багрового прилива», оставив Дитриха Грауберга и его супругу в полной уверенности в том, что их дочь является всего лишь невинной жертвой финансового афериста, и не более того. Бруд, улучив момент, поинтересовался, что будет делать Стерн, если вдруг любовница Горюнова схватится за оружие. Фарадеец, немного подумав, сказал, что тогда ему придётся обвинить генерального директора ризианского филиала «Фолворт-Игнести» ещё и в убийстве. Марсианин понимающе кивнул и более к этому вопросу не возвращался.
Оказавшись внутри «Тигра», Стерн уселся в пассажирское кресло, указав Бруду кивком головы на место водителя, и включил коммуникационную панель.
- Шеф Декстер – это инквизитор Стерн, - произнёс Лаймон в микрофон, защёлкивая предохранительный ремень. – Можете начинать. С Граубергами мы закончили.
- Надеюсь, вызывать «скорую» не пришлось? – донёсся до Лаймона смешок шефа ризианской полиции.
- Мы были предельно вежливы и не стали говорить им всей правды.
- Ну, может, так оно и правильно… Хорошо – мы начинаем. Вы едете в Ланч?
- Да, мы выдвигаемся.
- Вам дополнительная поддержка не нужна?
- Спасибо, шеф Декстер, но в этом нет необходимости, - заверил его Стерн. – Вполне достаточно опергруппы Верисова. К тому же, я привлеку для обеспечения воздушного прикрытия штурмовой корабль Инквизиции.
После этих слов инквизитора в эфире на некоторое время воцарилась тишина. Однозначно, Донован Декстер прикидывал, во что это действие может обойтись казне Ризы. Но, по всей видимости, шеф планетарной полиции всё-таки решил, что в действиях Стерна есть резон, так как никаких возражений не последовало.