"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

- Господин Грауберг – мы наведались в столь ранний час в ваше жилище вовсе не для распития кофе или любых других напитков, - спокойно произнёс Стерн. – Мы прибыли с Терры на Ризу совсем по другой причине. И, как вы можете догадываться, эта причина – расследование антигосударственной преступной деятельности.
- Великий Космос! – выдохнула Изольда Грауберг. – Вы хотите сказать, что…
  
- Госпожа Грауберг – я ещё ничего не сказал, а вы уже бежите впереди магнитоплана, - усмехнулся фарадеец. – Если вы успокоитесь и пройдёте в гостиную, я всё вам объясню.
- Разумеется, господин инквизитор! – засуетился Дитрих Грауберг. Немного подозрительно, на взгляд Стерна. Лаймон бросил быстрый взгляд на Бруда, и инквизитор-марсианин, уловив едва заметное движение бровей фарадейца, отступил за спину Леноры и выудил из-под своего плаща планшетный компьютер со встроенным модулем для выхода в Интерстар. Зариен мгновенно понял мимику Стерна – а ну как этот господин Дитрих Грауберг нечист на руку? Такое среди планетарных чиновников, к сожалению, встречалось. Правда, коррупция к юрисдикции Имперской Инквизиции не относилась, но проверить всё же не мешало.
Вслед за четой Грауберг три инквизитора и полевой агент миновали небольшую прихожую – небольшую, по местным, видимо, меркам, однако в ней запросто смогли бы разместиться пятеро бойцов-терминаторов Космического Десанта в полной боевой выкладке – и очутились в просторной гостиной, пол которой устилали роскошные ковры с Сансифара, а в противоположном углу, если смотреть от входа, в специальной гидропонической кадке росло какое-то экзотическое инопланетное растение, похожее своим внешним видом на низкорослую пальму с толстыми кинжаловидными серыми листьями. При виде этого растения Ленора Тайрос покачала головой – терранка распознала в нём гренвлант с Кодаци-VII, за стоимость которого на планете типа Венариума или Корво можно было купить подержанный наземный автомобиль во вполне приличном состоянии. Выходило по всему, что чиновники Административного Конклава Ризы относились к категории довольно хорошо оплачиваемых служащих, раз у Граубергов в доме стоит гренвлант. Большой полихорд-кристаллический стереовизор, встроенный в одну из стен, тоже принадлежал к отнюдь не дешёвым вещам. Да и вообще, простых предметов обстановки здесь не было, на всём виднелась печать роскоши и богатства. Квадратный стол из псевдомрамора, выполненный в немодернистском стиле, огромный аквариум на подставке из свальбардского «железного» дерева, в котором плавали декоративные плоу с Ундурани и барахтались в донном песке рыбы-песчанки с Коллимара, а среди перистых водорослей с мелководья ризианских тропических морей ползали маленькие крабики из тёплых морей Эоса. С потолка, украшенного изящной лепниной, свисала массивная многорожковая люстра из ауритума, а стоящий у стены напротив стереовизора клавикорд довершал общую картину.
- Прошу вас, присаживайтесь! – Грауберг приглашающе взмахнул рукой. – Может быть, вам всё же что-нибудь принести?
- Господин Грауберг – мне придётся повторить свои слова, - внешне спокойно, но, вместе с тем, с предупреждающей интонацией в голосе произнёс Стерн. – Давайте, пожалуйста, не тянуть кугхра за волосы.
- Да-да, как вам будет угодно, господин Стерн!
Господин и госпожа Грауберг, как по команде, воззрились на инквизитора с таким выражением на своих лицах, что Бруду и Тайрос стоило большого труда удержаться от того, чтобы не захохотать. Ризианцы выглядели так, словно их удостоил аудиенции Его Императорское Величество Александр XII Колдер, причём пригласил их прямо в Императорский Дворец на Терре. Что до Таммаса, то арктурианец не обратил ровным счётом никакого внимания на реакцию Граубергов. Цепкий взгляд инопланетянина пристально следил за ризианцами, а его правая рука находилась в непосредственной близости от кобуры с бластером. «Не доверяй никому при проведении расследования, даже самому близкому тебе разумному, иначе ты рискуешь оказаться валяющимся в тёмной подворотне с простреленной бластером головой» - эти слова легендарного инквизитора позапрошлого века, ксеноса с девятой планеты Канопуса – Эсори, Равела Гарджи, как хорошо знал Лаймон, были девизом Таммаса. Как и то, что эсориец являлся для арктурианца примером для подражания.
- Итак, перейдём к делу, - сказал Стерн, вынимая из-под плаща свой планшетник и кладя его на стол. Ленора покосилась в сторону фарадейца и едва заметно усмехнулась. Сделано это – имелся в виду планшетник – чисто для придания более официальной обстановки, на самом деле Стерну не было нужды в каких-либо электронных суфлёрах. Фарадеец обладал прям-таки феноменальной памятью, и способен был без особого труда запомнить огромный объём информации. – Вы – Дитрих Грауберг, статс-секретарь департамента тяжёлой промышленности Административного Конклава Ризы, сорок девять лет, уроженец планеты Риза, гражданин Галактического Империума, владелец особняка, расположенного по адресу Кловерфилд, улица Утренней Зари, квартал Семнадцать, дом двадцать один, женаты на гражданке Галактического Империума Изольде Виккерс, сорок семь лет, домохозяйка, уроженка планеты Риза?
- Э-э… совершенно верно, господин инквизитор.
- Кем приходится вам гражданка Галактического Империума Вероника Грауберг, восемнадцать лет, уроженка планеты Риза, студентка Университета Мальдарона, факультет ксеноистории?
- Это наша дочь, - с некоторой осторожностью в голосе ответил Грауберг. – Но, во имя Трона Терры – что, в конце концов, про…
Стерн предупреждающе поднял ладонь левой руки и Грауберг умолк, словно попал под луч детермалайзера.
- Здесь вопросы задаёт Имперская Инквизиция, господин Грауберг, - веско объявил фарадеец. – Инквизитор Тайрос – вы записываете?
- Да, шеф, - кивнула Ленора, глазами указав на лежащей перед ней на столешнице вокоридер.
- Хорошо. – Стерн оглядел чету Грауберг суровым взглядом. – Теперь к сути проблемы. Господин и госпожа Грауберг – что вам известно о личной жизни вашей дочери?
- О личной жизни? – переспросила Изольда Грауберг. – Простите, господин инквизитор, но вам не кажется, что это чересчур личное?
- Когда дело касается вопросов национальной безопасности, личное перестаёт быть таковым и становится предметом пристального внимания Инквизиции, - назидательно проговорил Стерн. – Или у вас есть своё мнение, отличное от общепринятого?
- Нет, разумеется, нет! – поспешил вмешаться Дитрих Грауберг. – Однако, осмелюсь заметить, что моя супруга всё-таки права…
- Признаю это, господин Грауберг, но в данный момент это можно отмести в сторону. Итак, я повторяю свой вопрос – что вам известно о личной жизни вашей дочери?
- Мм… - Дитрих Грауберг переглянулся с женой, затем медленно проговорил:
- Да, нам известно, что у Вероники есть… э-э… друг, однако мы до сих пор ни разу не имели удовольствия с ним побеседовать. Возможно, дело в том, что, как мы подозреваем, он несколько старше Вероники, но в этом мы не видим ничего предосудительного. А при чём здесь личная жизнь нашей дочери, уж простите за вопрос?
- У Инквизиции есть подозрения, что ваша дочь связалась с финансовым аферистом и теневым дельцом, - без обиняков сказал Стерн. – Возможно, он даже использует её для прикрытия своих тёмных делишек, пользуясь её наивностью и влюблённостью. Имя и подробности сказать не могу – сие есть тайна следствия. Пока никаких обвинений в адрес вашей дочери не выдвинуто и, надеюсь, что до этого не дойдёт, поэтому прошу вас сохранять спокойствие и выдержку.
Дитрих и Изольда Грауберги ошарашенно переглянулись между собой, но надо отдать им должное – они не впали в истерику и не стали бухаться в обморок. Помощники же Стерна при его словах «надеюсь, что до этого не дойдёт», понимающе переглянулись. Под этими словами их патрон подразумевал ментоскопирование – процедуру частичной коррекции памяти, в просторечии именуемой «промыванием мозгов», которая выполнялась посредством специальной аппаратуры. В конце концов, и таким способом можно было вернуть в лоно общества начинающего еретика-хаосита.