"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

К далёкому горизонту (создавалось впечатление, что место, демонстрируемое на голограмме, находится на планете, в несколько раз превышающей размерами Землю), простираясь во все стороны, уходила освещённая лучами сразу трёх солнц пустынная равнина с почвой бело-голубого цвета, по поводу которой любой химик сказал бы, что она содержит большое количество хрома. Высоко в небе канареечного цвета неспешно плыли бледно-зелёные облачка, на фоне которых были хорошо видны парящие в вышине какие-то существа. Птицы то были или что иное — никто так и не понял.
  
Собственно говоря, равнина не была совсем уж пустынной и безжизненной. Тут и там по ней были разбросаны маленькие группки высоких стройных деревьев с чешуйчатой корой шоколадного цвета и веерообразными кронами, с листьями, похожими на наконечники стрел, среди которых мелькали какие-то летающие существа, похожие на птиц.
Под ногами Фроста что-то зашуршало, заставив титанца обратить взгляд в этом направлении. Из-под почвы, интенсивно работая передними когтистыми лапками, выползло небольшое — сантиметров пятнадцати в длину — юркое существо, похожее на ящерицу. Зыркнув на ошеломлённого детектива двумя парами глаз, прикрытых кожистыми веками, ящерица проворно побежала куда-то в сторону ближайшей рощицы и вскорости скрылась из виду.
— Охренеть! — услыхал Дункан голос своего напарника, который был поражён увиденным не меньше него самого. — Это как вот это всё называется, а, Гаррисон?
— Виртуальная симуляция с полным эйдосенсорным эффектом, — последовал ответ эксперта-научника. — Я впервые вижу такую технологию, если честно. С фантазией, конечно, у создателей этой симуляции дела обстоят просто превосходно. Пейзаж-то явно инопланетный и нашей звёздной системе он точно не принадлежит.
— Ну, когда дело касается инопланетных миров, — отозвался один из помощников Гаррисона, — то здесь простор для фантазии просто огромен. Но сам факт существования таких вот кристаллов заставляет серьёзно задуматься.
Гаррисон дотронулся до панели управления анализатором и выключил ВИР-симуляцию. Снова вокруг техников и полицейских возникли привычные стены технической лаборатории, чему лично Фрост был даже рад.
— О чём именно задуматься? — поинтересовался детектив.
— Ни для кого не является секретом, что ВИР-симуляторы существуют и пользуются довольно большой популярностью, особенно у любителей видеоигр. Однако программ, позволяющих полностью окунуться в вымышленный мир, не существует, поскольку с психологической точки зрения весьма велик риск того, что игрок может захотеть остаться в несуществующем мире. Даже на Земле с её либеральными законами такие вещи не поощряются, хотя не исключено, что подпольные дельцы могут соорудить подобную симуляцию. Однако здесь мы видим совсем уже новый уровень виртуальной реальности и я не могу поручиться за то, что мы тут не имеем дело с утечкой военных технологий.
— Военных? — эхом повторили Фрост и Селенский, переглянувшись между собой.
— Именно. Посудите сами. Сами кристаллы уже говорят сами за себя. Их форма и структура свидетельствуют, что они произведены на очень высокотехнологичном оборудовании и такое оборудование в обычных цехах не встретить, вообще-то. И их объём, я имею в виду объём, так сказать, жёсткого диска… Знаете, каков объём… мм… встроенной, так сказать, памяти у этого кристаллика? Пятьсот терабайт!
Лаборант оглядел детективов восторженным взглядом, однако и Фрост, и Селенский глядели на него с видом сварщиков, которым пытаются объяснить основы квантовой механики.
— Э-э… — он почесал мочку левого уха и переступил с ноги на ногу. — Похоже, что вам это ни о чём не говорит…
— Почему же? — спокойно отозвался Фрост. — Пятьсот терабайт — это очень много. Согласен, ке са. Однако полихордовые кристаллы, применяемые в…
— Вот! — лаборант радостно закивал головой. — В том-то всё и дело!
— В чём именно? — не понял Дункан. — В полихордовых кристаллах?
— Не то чтобы, но отчасти да, — несколько путанно высказался лабораторный техник. Фрост вспомнил его имя — Мирослав Гашек, пожалуй, один из лучших специалистов на Титане в области молектронных систем и программирования. — Вы ведь знаете, что полихордовые кристаллы, открытые в двадцатых годах Двадцать Второго Века Михаилом Филимоновым и Сергеем Красновым произвели настоящую революцию в информационных технологиях и…
— Мирослав. — Гаррисон сделал предостерегающий жест, давая своему подчинённому понять, что не стоит углубляться в дебри Истории, а стоит сосредоточиться на текущем моменте. — Детективы и без этого прекрасно знают историю полихордовых кристаллов и повсеместно их используют, даже не задумываясь о ней. Сейчас нам нужно разобраться в том, что же это за кристаллы такие необычные и откуда этот тип мог их взять.
— Мм… да, извини, босс. Увлёкся малость.
Гашек провёл ладонью по волосам, смущённо кашлянул.
— Тут ведь в чём закавыка? — ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс он. — Вы пробовали когда-нибудь программировать обычный кристаллодиск, детектив Фрост?
— Программировать диск? — эхом откликнулся Дункан. — А это как, прошу прощения? Это ведь не процессор, чтобы его можно было запрограммировать.
— А вот в случае с этими кристаллами как раз наоборот. Может, именно поэтому их так и назвали — мемокристаллы. Они обладают способностью к программированию, то есть, каждый отдельный кристалл может содержать целую ВИР-программу, наподобие той, что вы видели только что. И не только программу, но и операционную систему. Фактически, по сути своей, такой кристалл можно смело назвать микропроцессором. Насколько мне известно, никто в Системе даже близко не подошёл к подобному.
— То есть, как — никто в Системе? — Фрост и Селенский непонимающе переглянулись.
— Кто у нас самый развитый в технологическом плане? — задал встречный вопрос Гашек. — Конечно же, Марс. За некоторые их изобретения учёные Земли и Луны душу дьяволу без раздумий продадут. Но даже марсианам такое пока не под силу. Таких процессоров просто нет.
— По-моему, здесь вы ошибаетесь, Мирослав, — возразил Фрост. — А как же тогда устройства навроде микропроцессоров новейших штурмовых МД-винтовок космодесантников ТехноСоюза? Эти… как их там…
— «АШ-28», — подсказал Селенский. — Их ещё называют «адский шторм». Эта винтовочка — по сути своей, высокоскорострельный ручной пулемёт — выплёвывает титан-вольфрамовую шрапнель диаметром три миллиметра со скоростью тысяча шестьсот метров в секунду в темпе тысячи ста пятидесяти выстрелов в минуту, которая производится микропроцессором KTR-4000 прямо в корпусе оружия из обоймы. Обойма эта представляет собой цельный брусок титан-вольфрамового сплава весом в тысячу двести граммов, из которой управляемый микропроцессором наносборщик формирует эту самую шрапнель. Это разве не пример?
— Нет, — усмехнулся Гашек. — KTR-4000 какой размер имеет? Почти такой же, как и обычный гражданский процессор этого же класса. Не четыре миллиметра, как в данном случае.
— И какой же вывод из всего сказанного следует? — прищурился Фрост.
— Либо кто-то совершил прорыв в области микромолектронных систем, либо одно из двух.
— В смысле?
— Ксенотех.
— Ксено-что? — не понял полицейский.
— Технологический артефакт внесистемного происхождения. Конечно, быть может, что какой-то чересчур продвинутый «головастик» из Федерации мог такое придумать, но если брать во внимание общий уровень развития технологий Земли и Луны, мне лично это представляется маловероятным.
— То есть, вы хотите сказать, что земляне где-то в космосе нашли инопланетную хреновину и используют её в своих шкурных целях, так, что ли?
— Примерно это я и собирался сказать.
Фрост и Селенский переглянулись между собой, после чего титанец скептически фыркнул и произнёс:
— Вы, Мирослав, похоже, пересмотрели фантастические боевики.
— Ну, я не стану отрицать, что этот жанр мне нравится, — пожал плечами Гашек, — однако факты, как говорится, вещь упрямая. На данный момент не существует такой технологии, которая могла бы позволить создать процессор на основе кристалла, да ещё и такого размера. И я, кстати, слежу за новостями в данной сфере, детектив Фрост. Так что вывод напрашивается сам собой, знаете ли.