"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Мимо столика, оживлённо переговариваясь, прошли двое в форменной одежде «Интерстеллара» — земной мегакорпорации, контролировавшей, по самым последним оценкам Меркурианской Торговой Гильдии, до сорока процентов общего объёма грузовых перевозок в Системе. Ханссен проводил землян насмешливым взором и подумал, что как раз эти двое заслуживают уважения, даже несмотря на то, что являются главными конкурентами не только МТГ, но и всех вольных торговцев Солнечной системы. По крайней мере, эти двое добросовестно трудились вместо того, чтобы влачить жалкое убогое существование на государственное пособие и убивать своё время за просмотром бесконечных тупых видеосериалов, походами по магазинам в поисках какой-нибудь ненужной хрени (а просто чтоб было!) и перемалыванием косточек соседям по Системе — особенно марсианам, которых простые земляне из разряда «социально защищённых», как именовало их правительство Земной Федерации, недолюбливали и боялись. Недолюбливали — потому что жители Красной планеты воплотили-таки в реальность мечту первых колонистов ходить под небом Марса без скафандров и не бояться смертельной космической радиации, тяжёлым трудом многих поколений сделав мечту реальностью, чего половина населения Земли, живущая на пособие, понять не могла. Боялись — потому что знали, что Военно-Космический Флот Марсианского ТехноСоюза превосходит земные Военно-Космические Силы по всем параметрам и способен за несколько часов превратить Землю в выжженную термоядерными бомбами пустыню. Да и лидерство Марса в области высоких технологий тоже давало повод для подобных чувств. И вот этого Ханссен никак не мог понять. Что случилось с землянами, что послужило тем толчком, который превратил половину населения планеты-прародины в тунеядцев, открыто презирающих всяческий труд и предпочитающих просто прожигать свою жизнь за экранами стереовизоров, в бессмысленной беготне по магазинам, в алкоголе, наркотиках и беспорядочном сексе? Неужели правду говорили те, кто утверждал, что именно наиболее деятельная часть человечества покинула свою родную планету и расселилось по Солнечной системе, оставив на Земле толпу озлобленных неудачников?
  
Как знать…
Ханссен медленно покачал головой и неспешно допил разбавленный апельсиновым соком церерский виски популярной марки «Золотая шпора». На Церере умели делать хорошее пойло, умело комбинируя дрожжевые концентраты со своих сельскохозяйственных ферм и концентрированный ячменный солод с Паллады, производимый из выращиваемого в условиях низкой гравитации ячменя. Вкус у виски был просто бесподобным, по популярности «Шпора» проигрывала только «Синей куропатке» с Весты. Совсем чуть-чуть.
Космонавты «Интерстеллара» миновали дверь кантины и почти сразу же через неё прошёл суперинтендант «Молчаливого странника» Карлос Монтойя, одетый в свой неизменный уник тёмно-синего цвета с торчащим из воротника слева от головы тонким усиком антенны КМ-коммуникатора. Как и всегда, смугловатое лицо землянина не выражало никаких эмоций, однако по слегка приподнятым уголкам губ суперинтенданта Ханссен понял, что тот нашёл для «Молчаливого странника» новый контракт на грузовые перевозки. Сейчас, когда «Интерстеллар» и марсианский «Комбайн» практически поделили меж собой рынок межпланетных грузовых перевозок, игрокам помельче навроде меркурианской МТГ или «Сатурнианских Грузовых Линий» с Титана приходилось из кожи вон лезть, чтобы обеспечить свои собственные корабли контрактами на перевозки. Поэтому, если Монтойя что-то нашёл, то этим следовало незамедлительно воспользоваться — даже если это будет груз косметики с Умбриэля для какой-нибудь земной компании.
Суперинтендант «Странника» неторопливо приблизился к столику, за которым восседал капитан грузовоза, аккуратно отодвинул в сторону пластолитовый стул и уселся на него с видом Александра Македонского, только что покорившего Персию. Внимательно изучив встроенное в столешницу трёхмерное меню-пульт, Монтойя выбрал то, что его заинтересовало, и обратил, наконец, внимание на молча глядевшего на него Ханссена.
— И что же скажет уважаемый господин суперинтендант? — с лёгкой усмеш-кой в голосе произнёс Ханссен, глядя на Монтойю, которого, казалось, ничего не волнует, кроме того факта, что в данную минуту он находится в главном зале кантины «Австралийский кенгуру». — Что-то нашлось или нам стоит попытать счастья на торговой станции Эоса?
— Груз есть, — неторопливо произнёс Монтойя, внимательно наблюдая за тем, как к столику, за которым сидели космонавты, движется официантка в строгом фирменном одеянии, что свидетельствовало о том, что на торговой станции Метида с соблюдением норм морали и закона всё очень и очень серьёзно. Впрочем, учитывая тот факт, что владелец станции и её генеральный директор Малькольм Танненбаум являлся в недалёком прошлом марсианским космическим десантником, вышедшим по выслуге лет в отставку и решивший заняться предпринимательством, в этом не было ничего удивительного. Марсиане вообще слыли людьми суровыми и тех вольностей, которые царили на Земле и — отчасти — на Луне, на их родной планете просто не могло быть в силу воспитания и культуры. И, кстати, это тоже являлось поводом для того, чтобы земляне (по крайней мере, те из них, что сидели у государства на шее) называли марсиан расистами, фашистами и прочими не вполне лестными эпитетами. Впрочем, сами жители Красной планеты на это не обращали никакого внимания. Что с убогих взять, собственно говоря?
— Ваш заказ, койо, — произнесла официантка на марсианском стандартном, на котором говорили все жители Пояса, добавив слово из астерского диалекта, означавшее вежливое обращение к кому-либо. Слегка раскосые глаза и смуглая кожа девушки говорили о том, что в её жилах течёт смесь из азиатской и креольской кровей, что для современного человечества было вполне нормальным явлением. Межнациональные браки среди жителей Системы были вполне обыденным делом, поэтому не стоило удивляться тому, что зачастую имя и фамилия человека нисколько не соответствовали его внешнему виду. — Приятного аппетита.
— Я хотел бы сразу оплатить, фро, — отозвался Монтойя, вынимая из внутреннего кармана уника пластиковую ЭМ-карту ТехноБанка Марса. — Я здесь не задержусь.
— Прямо в рейс с танцпола? — улыбнулась официантка.
Суперинтендант «Странника» лишь молча кивнул головой и вставил в щель считывающего устройства, протянутого ему официанткой, ЭМ-карту. Вспыхнул небольшой полихордкристаллический дисплей, на котором появилась надпись, приветствующая клиента и заодно просящая ввести ПИН-код для идентификации владельца карты. Монтойя механически набрал на сенсорной клавиатуре ридера пять цифр кода, после чего устройство, тоненько пискнув, показало зелёное окошечко с надписью «Платёж завершён». Ещё раз кивнув официантке, марсианин со спокойным выражением лица откинулся на жёсткую спину стула и взял в левую руку высокий и узкий фужер, внутри которого переливался всеми оттенками оранжевого свежевыжатый апельсиновый сок, который получали при выжимке церерских апельсинов, выращиваемых на плантациях в северном полушарии карликовой планеты, рядом с третьим по величине города Цереры — Фредериксхавном. Для придания плодам наиболее тонкого вкуса и для увеличения их размера на плантациях постоянно поддерживали гравитацию, не превышающую 0,45 от стандартной, для чего всем работникам приходилось во время смены носить на своих поясах индивидуальные генераторы псевдограва.
— Так что тебе удалось заполучить, Карлос? — с нетерпением в голосе спросил Ханссен.
— Терпение, мой друг, терпение, — с ноткой самодовольства в голосе отозвался суперинтендант. И для этого у него были все основания — Ханссен знал немногих суперинтендантов уровня Монтойи, могущих на пустом месте заполучить выгодный контракт. А уж увести парочку крайне денежных фрахтов у самого «Интерстеллара» и вовсе удавалось единицам. Но как бы то ни было, промышленное оборудование для плутонского горнорудного консорциума, которое должен был с Луны на Плутон доставить суперкарго «И-С», на далёкую ледяную планету повёз именно «Молчаливый странник». И всё благодаря Карлосу Монтойе. — Спешить стоит лишь тогда, когда тебе в корму дышит протонный шторм. Или когда тебя настигает пиратский корвет. А не тогда, когда груз завтра утром будет доставлен в ангар, где наш корабль находится.