"Фантастика 2025-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Гр-р-рр…
— Рва-а-аа…
По всему миру на смену алому, словно кровь, небу пришла залитая сотнями миллионами литров крови земля…
А на смену сиренам службы спасения пришёл дикий крик шокированного человека. Началась эра выживания…
* * *
Мы закончили ковырять навесные потолочные панели, за которыми всё же нашли технический люк наверх. Вот только он не особо поддавался, так как упирался во что-то тяжёлое.
  
Переставив стол, мы вдвоём с Роберто упёрлись плечами и начали с огромным трудом откидывать неподатливую крышку люка и всё со всем тем, что было навалено на него неё сверху.
Стоило лишь дверце поддаться и замереть в вертикальном положении, как сверху донёсся звук разбитого стекла и чего-то катящегося.
— Твою мать… — выругались мы едва ли не синхронно, прислушиваясь к другим звукам.
— Вроде бы никого… — подытожил я и кинул взгляд на десяток следящих за нами через стекло людей.
К этому моменту они уже начали применять смекалку, мастеря из всего подручного нечто вроде оружия. Молодцы. Не все, конечно, но сразу после моего рассказа многие оказались на удивление морально устойчивыми и готовыми сражаться.
Хотя, вокруг столько крови, смертей и убийств… Думаю, сыграло роль то, что основной актив, шевелящийся и что-то предпринимающий прямо сейчас — это те, кто уже сталкивался со смертью. Бывшие охранники, полицейские, солдаты и офицеры. Даже байкер один был.
Я начал лезть вверх и понял, что именно меня удивило в этих людях. Моя невнимательность меня удивила. Здесь почти пятьдесят человек, а я смотрю на них, и глаза мои замечают меньше половины. Остальные — слабые, безвольные, плачущие и хлюпающие носами слабаки. Я практически не обращаю на них внимания — будто это статисты какие-то. Я считаю их обречёнными уже сейчас. Даже если зомби их не прикончат — с таким подходом в новом мире они станут мясом и добычей сильных, стойких и волевых хищников.
Они будут пахать за копейки и еду, в своих снах лелея мечту о былой социальной справедливости. Они станут послушными овцами, которых будут пасти и сторожить волки. И если кто заблеет — его тут же поставят на место.
В своих снах я таких почти не видел. Лишь солдат, бойцов, отчаянных и готовых до последнего патрона и капли крови сражаться с врагом. А все остальные… Я слишком быстро прекратил обращать вообще хоть какое-то внимание на них.
Это моя профдеформация. И это — неправильно. Человеческий ресурс в этой войне будет крайне важен. И то, что сейчас многие разделились на хищников и травоядных, означает лишь нынешнее ментальное состояние людей. Никто не рождается солдатом. Ими становятся — демонстрируя жесткость своего внутреннего стержня. Те, кто трусливо прячется и плачет сейчас, — это не сломленные люди. Это те, чьи стержни ещё только распрямятся. И станут основой для будущего этих людей. Ну, или они сломаются под тяжестью обстоятельств. Но всё это лишь предстоит им в ближайшем будущем.
Не стоит списывать их со счетов раньше времени. Самый лучший клинок не тот, что был выкован после пары ударов молота и красивый пылится на стене коллекционера. А тот, что выдержал тысячи ударов и не сломался, исполняя своё прямое предназначение. Вот и люди должны пройти закалку и испытание временем. Сразиться, выжить и продолжать бороться. И на это нужно время.
— Чисто… — отчитался мексиканский телохранитель.
— Склад перегоревших ламп, значит? — подытожил я, оказавшись в лишённом света подсобном помещении. — Афина, как обстановка?
«За дверью чисто, но дальше по коридору вас ожидает тройка зомби за поворотом. После этого будет практически чисто пусто — лишь парочка зомби на пути. Так же фиксирую два отряда выживших, сражающихся на подступах к капитанскому мостику. Они баррикадируют коридоры».
— Сколько там зомби?
«Двадцать две особи на данный момент подают признаки активности».
— Что на других связанных палубах? Можем ли мы использовать огнестрельное оружие?
«Опасайтесь рикошетов и дружеского огня. Не убейте выживших, стреляя по зомби. В остальном проблем нет. Если перекрыть тот коридор, по которому вы двинетесь, — все три пути для прихода новых источников угрозы будут отрезаны от мостика».
— Хорошо, мы выдвигаемся.
«СТОП!»
Я тут же остановил отряд и прислушался к своей умнице-помощнице.
«Фиксирую двух выживших. Движущихся с верхнего яруса в нашу сторону. Азиаты… Есть совпадение с моей базой данных. Братья Ли Хо и Ли Ши».
— Ли Хо и Ли Ши? Наёмные убийцы? Они же вроде как были приговорены к повешению в Китае… — удивился я.
— О, ты и о дуэте Ли знаешь? — удивилась Наталья.
— Что там с ними? Где они? — вслух задал я вопрос Афине, и она мне ответила. — Спасибо.
Я развернулся к остальным.
— Слушаем быстро, у нас не больше минуты. Они специалисты и эксперты. И вроде как уже должны были быть развеяны прахом над китайской пустыней. Но они тут. Вероятно — по мою душу. Шансов, что они согласятся сотрудничать, — мало. Будут тут через две минуты. Должны пройти прямо по этому коридору…
Я начал быстро объяснять свой план, и мы дружно согласились с ним, ожидая отмашки от Афины.
«Идут… Крадутся у двери… Прошли мимо… Пора».
— Я дёрнул ручку, открыв дверь, и выскочил с автоматом в руках наружу. Мне на помощь выбежала Наталья, а Роберто ломанулся в обратную сторону, дабы закрыть дверь на этом ярусе, имеющуюся между различными секциями корабля.
— Надо же… — удивился первый из Ли, улыбнулся и поправил солнечные очки, становясь полубоком и опуская меч на уровень пояса.
— Костюмы… Тоже, что ли, пуленепробиваемые? — Я заметил абсолютное отсутствие паники в их глазах и два полуметровых меча в руках.
— Ну, у них хотя бы наши размеры… Возможно, даже маловат в груди мне будет, — ухмыльнулась Наталья.
— Уважаемые, — обратился я к китайцам. — Вероятно, вы тут по мою душу, но, как видите, — обстоятельства в мире сильно поменялись. Лучше бы нам объединиться.
Попытка была сомнительной, но я всё же попытался.
— Китай не потерпит оправданий, — ухмыльнулся первый и медленно опустил руки вниз, к краю пиджака.
— Сделка заключена. Условия для её отмены — не предусмотрены, — дополнил второй брат и сделал те же движения, будто опуская оружие отпускает.
— Вы делаете совершаете большую ошибку, ребята… — предупредил я их, и внезапно те рванули к нам, пальцами рук подкидывая вверх ставшие вдруг жёсткими пиджаки.
Я открыл стрельбу, но это не привело к должному эффекту, ведь на нас бежали костюмы без головы. Да, те спрятали свои головы внутрь пиджаков, стремительно сокращая дистанцию. Пули не могли пробить ткань и останавливались защитой, не хуже, чем бронежилетом. Какие ушлые ребята и какая необычная тактика… Хотя и это должно было приносить им боль, но, видимо, они не зря так знамениты в подпольном мире. Не замедлились ни на секунду.
Рядом из калаша стреляла Наталья, и уже через три секунды нам пришлось отступать, продолжая вести огонь, в надежде на пробитие брони.
В этот раз костюмы подделками не оказались и с честью выдержали свинцовый шквал. Чем здорово меня удивили. Это же не мелкокалиберные патроны… Но меня это не сильно радовало, так как пришлось уворачиваться от клинка наёмников. Так я ещё и алебарду оставил в подсобке, не ожидая такого развития событий… В общем, будет жарко.
Отбросив ставшие бесполезными автоматы, мы начали рукопашный бой, в котором крайне тяжело было найти доминирующую сторону.
Те что-то сделали и их пиджаки обмякли, падая и возвращая полноценный обзор каждому из наёмников. «Эх, мне бы мгновение — пистолет вытащить да извернуться…» — мечтал я, рассчитывая прикончить их до того, как к нам со стороны капитанского мостика примчится эскадрон зомби.
Удар, уворот, контратака… Каждый удар мог стать смертельным. Клинки в таком узком пространстве сильно выигрывают у алебард, хоть их у нас и не было. Поэтому практически с каждой атакой что я, что Наталья уворачивались и отскакивали от ударов, смещаясь назад. Один из братьев повёл своим клинком слишком широко и зацепил дверную ручку. Направление взмаха изменилось, и противник открылся, чем я и воспользовался, резко устремляясь вперёд и входя с ним в клинч, попутно перехватывая руку с мечом. Сместился так, чтобы второй китаец меня не задел, и от души наградил своего наёмника ударом лбом прямо в переносицу.