В оковах его власти (СИ)

Ревновала ли? Да, ужасно, но запрещала себе запоминать это все. Это было до меня. До меня. Все. Точка.
Садомазохизм какой-то.
Несколько раз я пыталась разобрать хотя бы свои вещи, но дальше простого открытия коробки не доходило. Снова и снова рука тянулась к телефону, чтобы посмотреть новости или проверить его на наличие новых уведомлений и пропущенных (каким-то чудом) звонков. Меня бросало то в слезы, то в истерический хохот при этом. Со стороны наверняка можно было бы подумать, что я спятила. Добравшись до старых фотографий, уложенных беспорядочно поверх книжек, у меня защемило сердце.
На них были мои мама и папа еще в молодости. Искренне улыбающаяся пара. Мне казалось, что даже посмотреть на них — это значило прикоснуться к неземной любви. И все ложь, Маш. Простая ложь, прикрытая за громкими фразами.
Я провела пальцами по молодому лицу мамы и снова всплакнула. Было больно, было снова так же больно, как и тогда, когда она скоропостижно умерла. Разложив каждую карточку на журнальном столе, я методично их рассматривала, будто бы пыталась найти хоть что-нибудь новое.
Но ничего. Эти кадры были выгравированы у меня в памяти и засмотрены до дыр.
Пальцы перебирали снова и снова одну фотографию за другой. Свадьба, день Рождения, маленькая я, улыбающаяся как самый счастливый ребенок в мире, бабушка на заднем фоне. Все тепло и так уютно, что мне не хотелось даже моргать, чтобы упустить моменты наслаждения процессом, запущенным в памяти. Все фото оживали и превращались в фильм. Короткометражный, правда, но все же.
Внезапный звук подъезжающей машины отвлек меня, и сердце зашлось как заведенное. Я на физическом уровне ощущала присутствие Саши. Мы даже иногда двигались синхронно, отчего порой смеялись. От счастья, потому что я подсела на такие эмоции и на эти чувства.
Он зашел тихо, видимо, считая, что я давно спала, но я неслась уже навстречу, повиснув по итогу у своего мужчины на шее.
—Ты чего не спишь, маленькая моя? — уставший голос заставил меня всю сжаться. Сильные руки моментально подхватили меня, прижимая так крепко к себе, что у меня дыхание перекрылось.
—Я волновалась, очень сильно, — говоря правду, смущения у меня не возникало. С Сашей я вообще теперь обо всем говорила открыто, и мне казалось, в этом была наша исключительная особенность. Мне не стыдно, не страшно. Мне с ним как дома — спокойно.
—Не за чем. Ты главное верь мне, прошу тебя, — отчаянно прошептал мне в шею, втягивая носом аромат моей кожи. Меня это ввергало в животный восторг, трепет какой-то, заставляющий нервные окончания скручиваться узлом.
Я первая потянулась к горьким губам, что отдавали привкусом спиртного, но при этом Саша отнюдь не был пьян. Наверное, просто решил расслабиться после такого-то дня.
—Я с водителем, — перечеркивая все мои сомнения, прошептал мне в губы Саша.
Легонько улыбнувшись, я сама потянулась к пуговицам на его рубашке, расстегивая быстрее, чем смогла бы это сделать раньше. Какой бы уставший он приходил, вечерний секс у нас был всегда, и я теперь сама этого ждала с жгучим нетерпением, несмотря на склеивающиеся глаза от желания выспаться. Меня вообще в последнее время как подменили. Если раньше в основном проявлял инициативу Сашу, то теперь по утрам, к примеру, это была я. А он просыпался в процессе, включаясь моментально, опрокидывая меня на кровать и прижимая своим накаченным мощным телом. До сорванного голоса порой я кричала, царапая спину Саши, а он от этого буквально распалялся сильнее, вторгаясь в мое тело грубее и глубже.
—Хочу тебя, но так устал, что долго не смогу, — прошептал он, пробираясь под рубашку и захватывая в плен мою грудь. Большими пальцами он надавливал на соски, от чего я резко встрепенулась, громко ойкнув. Слишком яркая реакция, заставившая меня чуть ли не подпрыгнуть в его руках. Легкая саднящая боль так и осталась на коже.
—Ты чего? Больно? — он нахмурился, отрываясь от моей шеи.
—Да как-то немного.
Саша удивленно вскинул брови, теперь приложившись к моим губам, легко и невесомо захватывая их в плен, затем вторгаясь в рот проворным языком. Внизу живота ощутимо жгло, а по телу проносились знакомые импульсы, за которым непременно следовала обильная влага между ног. Саша быстро скинул брюки вместе с боксерами, а меня уложил на диван, призывая встать на коленки.
 
—Давай попробуем так, тебе должно понравиться, но может быть глубже обычного. Расставь ножки, и если будет неприятно, поменяем позу, — он уложил ладони на мои уже оголенные ягодицы, так как трусики давно поползли вниз, оседая возле коленок. Я скинула ненужный атрибут одежды и сделала все, как сказал Саша, понимая, что меня только его голос заводил сильнее всего на свете. В шаге от того, чтобы сойти с ума здесь и сейчас.
Рубашка полетела прочь, теперь я была полностью оголена, стояла на коленках и упиралась предплечьями в кожаный диван.
—У меня прекрасный вид на тебя, малыш. Ты даже не представляешь, какой…— мечтательно произнес он, слегка касаясь меня эрегированным членом. Водя им по ягодицам и бедрам. Заставляя меня прикусывать губы и просить его сделать хоть что-нибудь с этим полыхающим пожаром внизу живота.
—Саш…
—Маша…— уместив член между моих ног так, что он касался клитора, Саша начал меня буквально мучить, водя и елозя им вперед и назад, вперед и назад.
Я изнывала и дергалась, но он намертво держал меня, лишая возможности двигаться.
—Не торопись, почувствуй меня. Мы с тобой разрядимся скоро, а сегодня и так быстрый секс будет. Дай мне хотя бы насладиться тобой такой…
Низкий голос разливался вибрацией по моей коже. Сжав руки в кулаки, честно пыталась собраться. Меня закручивало в водоворот разврата и невыносимого отчаяния, потому что я была так близко к оргазму и все не то…Он двигался быстро и резко, и когда я была почти готова кончить, останавливался, затем снова вдавливал член между складочек, тараня при этом клитор. С моего ракурса я видела толстую и блестящую от соков головку, скрывающуюся между бедрами, и снова появляющуюся.
Словно он хотел, чтобы я кончила от него, только когда он будет внутри. Влага сочилась по ногам, даря хлюпающий звук.
—Красиво, очень…
В какой-то момент, когда я почти потеряла связь с реальность, он осторожно толкнулся в меня, даже не на всю длину. Вскрикнув, мое тело грузно опустилось чуть ниже. Яркая вспышка ослепила меня, а Саша продолжил вонзать в меня член по чуть-чуть, с каждым разом все глубже. Меня распирало от наслаждения, это все было максимально прекрасно. Настолько, я уже перестала верить, что происходило оно со мной.
Соски упирались в кожаную обивку дивана. Холодно/Горячо. На контрастах у меня срывало крышу, а пружинка внизу живота все сжималась и сжималась, чтобы в конечном итоге лопнуть. Я кончила первая, все еще ощущая рваные толчки. Саша спустя пару секунд —тоже, обильно изливаясь на спину. А затем накрывая меня сверху.
—Это было…было…— хриплым голосом сипела я…
—Пиздец как хорошо, — ругнулся Саша, и я устало улыбнулась, ощущая негу во всем теле.
Мы так и уснули на неудобном диване, обхватив друг друга руками и ногами. Не укрываясь. Нас грело что-то неземное. Наше. Родное.
ГЛАВА 21
БЕЛОВ
Я проснулся на неудобном диване, держа в руках Машу, и помимо боли в спине, ощущал чистое счастье, пущенное по вене. Мне немного было больше надо. С сыном разобраться, да вот так жить и понимать, что она моя от макушки до кончиков пальцев. Синхронно моим движениям задвигалась моя девочка потягиваясь. Я жадно водил взглядом по оголенной груди с возбужденными сосками, опустился ниже, остервенело притягивая Машу к себе.
—Доброе утро, — она отозвалась первой, обхватывая меня руками за шею. Лучшее ощущение, что только существует в мире. Запредельное и вырубающее «с вертухи».
—Доброе, — смазано поцеловав Машу, я укрыл ее собой, умещаясь между аппетитных ножек.
—Саш, подождиии…мне надо в душ, очень, — смеясь, она и правда пыталась вырваться. Глупости такие. Зачем тратить время на душ, если потом можем вместе сходить?