Молчание (СИ)

19
— Вы когда-нибудь такое видали? — спросил Груша у заведующего ожоговым отделением Дмитрия Антоновича Кожало и показал пальцем на небольшую ледяную корочку, образовавшуюся на стене прямо над кроватью Федора Ивановича.
Дмитрий Антонович, недолго думая, дотронулся до ледяной корочки, та шикнула и обожгла его палец.
— О, черт, больно! — вскрикнул Кожало.
— Это появилось сегодня ночью, — сообщил Груша.
Заведующий ожоговым отделением поправил очки на носу и внимательно стал рассматривать неизвестное науке ледяное образование:
— Не поверишь, парень, но эта гадость может стать отличным материалом для целой научной диссертации. Ты пока больше никому про нее не рассказывай.
20
Борис Анатольевич с металлическим кейсом в руках остановился возле дверей процедурного кабинета, посмотрел по сторонам и зашел в кабинет.
Положил кейс на стол и открыл его. В кейсе лежали несколько металлических и стеклянных ампулок с каким-то веществом, бутылочка с яркой розовой жидкостью, респиратор и пачка долларов.
Беленький положил пачку долларов в карман белого халата, надел на лицо респиратор, на руки — перчатки и взял из шкафчика со стеклянными дверками одноразовый шприц. Он открутил маленькую крышечку на металлической ампуле и заполнил шприц, затем внимательно осмотрел содержимое шприца и выдавил лишний воздух.
Внезапно в его кармане зазвонил мобильный телефон. Беленький вздрогнул и поднес телефон к уху. Оттуда раздался слабый голос:
— Борис Анатольевич, как продвигаются наши дела?
Беленький опустил респиратор на шею и ответил:
— Очень медленно, господин мэр.
— Вы ведь понимаете, что я не могу ждать, — еле выговаривая слова, произнес мэр. — Любая задержка может привести к непоправимым последствиям.
— Я здесь ни причем, — заявил Борис Анатольевич. — Мне не дает спокойно работать мой прямой начальник — Магамединов Максим Викторович, заведующий нашим отделением.
— Хорошо, я решу эту проблему в течение нескольких ближайших часов, — сказал мэр.
— Уж постарайтесь! — рыкнул Беленький, отключился и положил мобильный телефон в карман. Затем бросил заполненный шприц в металлический кейс, закрыл его и тихо вышел из процедурного кабинета.
  
Глава 2
 
Абсолютная тишина
 
1
Когда все нормальные люди позавтракали и уже забыли про это, в столовую ворвался Вася и закричал в раздаточное окошко:
— Ой, теть Наташ, дайте чего-нибудь поесть, а? А то останусь голодным до самого обеда! У меня причина уважительная, чесслово! Я кровь сдавал!
— Что ж с вами, голодными монстрами, делать? Все лезете и лезете один за другим, — выглянув в окошко, раздраженно буркнула повариха-раздатчица.
— Я последний такой, правда! Ем много, но тихо. Почти не чавкаю, — жалобно заскулил Василий. — И не вампир, как некоторые тут… в белых халатах. Столько крови выкачали из меня — не поверите, думал, все, приплыл, по стеночке ходить буду.
— Веселый ты парень, Васька, — грустно улыбнулась тетя Наташа, которая все утро ждала чего-то очень плохого, а чего и сама не могла понять. — Ладно, покормлю тебя, так уж и быть.
Она положила на тарелку рисовую кашу и парную котлету, налила чай в стакан.
— Ничего, что чай холодный? — спросила она и мысленно поблагодарила Василия за его всегда веселое настроение, передавшееся и ей.
— Какой есть, — махнул рукой Вася. — Лишь бы с сахаром. Спасибо, теть Наташ!
Повариха-раздатчица поставила тарелку с едой и стакан чая в проем окошка. Вася взял все это и сел за ближайший стол, лицом к раздаточному окошку.
И в этот же момент в столовую вошел Федор Иванович. Бедный парень чуть не подавился. Он сразу же почему-то вспомнил все те бредни, что ему рассказывал Груша. И женщину, которая крутилась здесь на полу и умерла на его глазах, так и не дождавшись помощи врачей.
— Эй, красавица, покушать у тебя есть что-нибудь? — заглянул в окошко Федор Иванович.
— О, еще один, — хохотнула повариха. — А ты, Васька, говорил — последний такой.
 
Тетя Наташа кинула взгляд на перебинтованную шею и грудь Федора Ивановича и вскрикнула:
— Ой, дедушка! Как же это вы так? Я мигом… вам сейчас все положу.
— Да я уж рассказывал, — очередной раз принялся объяснять старик. — Внук под ноги мне выскочил, когда я кастрюлю с кипятком по коридору нес.
Повариха-раздатчица поставила тарелку с кашей и парной котлетой в проем окошка и подмигнула Федору Ивановичу:
— Понятно. А вы дедушка, небось, любите по коридору гулять с кипятком в кастрюльке, да?
— Ну, дак, а чего не прогуляться? — радостно загудел старик. — Наше дело стариковское. Ноги размять. А чем же еще заняться в мои-то годы? Может, ты, красавица, подскажешь?
Повариха налила в стакан чай и поставила его рядом с тарелкой.
— Да какая из меня советчица? — произнесла она, мысленно ругая себя за мрачное настроение. — Если вам это занятие так нравится, прогуливайтесь себе на здоровье. Слова никто не скажет. Только под ноги себе смотрите.
— А я тебе свой адресок перед выпиской подкину, — улыбнулся Федор Иванович. — Приходи в гости, вместе прогуляемся, у меня кастрюлек мно-ого!
— Ох, дедушка, да вы ходок, что ли?! — улыбнулась в ответ тетя Наташа.
Федор Иванович с хохотком забрал тарелку с чаем и подсел за стол к Васе.
— Доброе утро, Иванович! — поздоровался Василий.
— Привет, Василий, — ответил старик.
Вася быстро допил остатки чая из стакана и встал.
— Приятного вам аппетита, — произнес он.
— Да, не спеши ты, Василий, — сказал Федор Иванович и взглянул прямо в глаза парню. — Посиди со мной… Кашу свою доешь.
Вася нехотя сел обратно. В висках его застучало.
— Хм. Да какая-то она сегодня невкусная, — хмыкнул Вася.
— Ты мне вот что скажи, друг ситный, — наклонился к нему мерзкий старик. — Чего это Груша на меня постоянно пялится?
Вася подумал несколько секунд и хитро улыбнулся:
— Как это вам объяснить? Он дедофил. Короче, это… неровно дышит ко всяким там дедушкам.
— Эх, Василий, — наигранно вздохнул Федор Иванович. — Обормот! Кто так шутит?
— Ха-ха! Купились, да? — засмеялся Вася. — Пардоньте, как говорится.
— Так и быть, извиняю. А на вопрос мой ты так и не ответил.
— Ладно, я вам по секрету скажу, — наконец-то без своих шуточек ответил Василий, и мерный стук в его голове прекратился. — У Груши чердак реально поехал. Он думает, что вы не человек, а этот…
— Кто? — резко переспросил старик.
— Нуу… Типа демон, что ли, — выпалил на одном дыхании Вася.
Федор Иванович отломил ложкой полкотлеты, быстро ее прожевал и запил чаем.
— С чего это ему такие глупости в голову лезут? — спросил он.
— Сначала у него глаз вдруг задергался, когда вы начали рассказывать свою историю, — начал объяснять Василий. — Потом тут в столовой тетка задергалась в приступе эпилепсии и умерла на полу, после того, как вы ей что-то интересное рассказали и ушли. Вот он и сделал свои выводы.
— Вот идиот! — воскликнул старик. — Это же случайные совпадения.
2
Заведующий хирургическим отделением Павел Петрович Николаев подошел к посту дежурной медсестры и протянул Алёне журнал учета лекарственных препаратов.
— Спасибо, Алёна! Передайте ночной медсестре Марьяновой, я ей делаю строгий выговор, — раздраженным голосом произнес он.
Алёна испуганно посмотрела на Николаева и спросила:
— А что случилось?
— Больному из шестой палаты ни одного обезболивающего укола не сделала. Бедняга на стенку лез, — разгневанно зарычал Павел Петрович.
 
— Как же она могла? — осуждающе вскрикнула Алёна.
— Да очень просто. Закрылась где-нибудь в процедурном кабинете и прохрапела всю ночь, — высказал свое предположение Николаев. — Плевать ей на человеческую боль, свой сон дороже!
— Гнида, одним словом! — искренне возмутилась Алёна. — Уж я ей передам, не волнуйтесь! И от себя добавлю.